Лучшие мои воспоминания об отдыхе связаны именно с этим временем. Музыка... звезды... диванчики... и, конечно, кальян.
Эх, там, на Востоке, знают толк в наслаждении жизнью! Там не курят на ходу, урывками, за работой. То, что здесь называется вредной привычкой, там являет собой почти что медитацию. Мне рассказывали про одного москвича, которому подарили кальян. Тот вечером, проводив гостей, из любопытства раскурил его и — не заметил, как просидел с ним всю ночь. Время растворяется в чаше кальяна, даже если он стоит в московской квартире. Что говорить о родной для него обстановке!
Очищенный водой от смол, облагороженный фруктовыми ароматами, дым его деликатен настолько, что вкус обычных сигарет по сравнению с ним кажется грубым.
А внешний вид! Положите рядом с кальяном пачку сигарет, и увидите сами: никакой верблюд не дотянет ее до понятия «эстетика», тогда как кальян, похожий на лампу Аладдина, возвышает вас над ширпотребом, приближая к прекрасному. Прикасаясь губами к его мундштуку, вы словно вдыхаете аромат старинного искусства. Лучшие кальяны ручной работы, поэтому каждый из них уникален, но даже фабричные радуют глаз. Мне больше по душе те, чаши которых выполнены из стекла: тогда видно, как с каждой затяжкой вода оживает, поглощая дым, преобразуя его, — это почти алхимия. Цвет стекла обычно либо сапфировый, как ночное небо, либо изумрудный, как неувядающая, чуть припорошенная пылью южная листва.
Украшенные покрытым чеканкой металлом такие кальяны напоминают перстни с драгоценными каменьями.
А есть кальяны, полностью изготовленные из серебра или камня.
Полуметровый кальян не сунешь в карман, с ним не помечешься по комнате — и слава Богу! Рядом с ним вы, наконец, приходите к состоянию покоя. И вот вы уже даже в состоянии задуматься над символикой этого предмета — нет, этого организма!
Не секрет, что сигарета или трубка являют собой фаллические символы, а огонь (даже огонь одноразовой зажигалки) служит воплощением мужского начала. Куря сигарету или трубку, вы как бы демонстрируете свою мужественность (или компенсируете ее недостаток). А что такое мужественность без женственности! Она половинчата. Она не завершена. Единственное, что еще поддерживает жизнь в нашем изношенном мире, это объединенное усилие женского и мужского начал, инь и ян.
Но кальян! Это сосуд. И в нем — вода. А вода символизирует женственность. Теперь смотрите: вы извне разжигаете уголь (табак под ним), и дым проникает внутрь кальяна, проходит сквозь воду. Курение кальяна приводит в действие обе стихии, оба начала, мужское и женское. И этот (весьма эротический, замечу в скобках) процесс как бы приводит вас к целостности. (Не говоря уже о том, что конечный продукт намного чище и аристократичнее продукта обычного европейского курения.)
Жаль, что МСН не ездил тогда с нами в Шарм-эль-Шейх. Хотя, возможно, ему известны иные способы обретения целостности.
15 июля. В авторитете
Видел во сне, будто приезжаю в институт, а у входа на высоком узком постаменте стоит мраморный бюст МСН! Белый такой. «Интересно, — думаю, — надо будет поздравить МСН с мраморным бюстом». Иду к нему — кабинет закрыт. Рядом со мной появляется наш директор.
— А что, — спрашиваю, — МСН сегодня не будет?
— Как не будет! Он теперь всегда будет, — говорит директор института. — Вы ж мимо него прошли, он у входа стоит.
— Так это скульптура...
— Это для посторонних — скульптура, — подмигивает директор. — А так он и говорит, и все вопросы решает. Вот хотим его в здание перенести, чтобы лекции там читал, а не во дворе, а то осень скоро.
— А почему не в полный рост?
— А это, — шепчет директор, — не нашего с вами ума дело.
Я бегом к мраморному бюсту.
— МСН, извините, что мимо проскочил! Я думал, вам памятник поставили, а оказывается, вы и есть памятник...
— Памятник, памятник... Вы же меня сюда и поставили в виде памятника! — говорит МСН сердитым голосом.
— Я?!
— А кто же? Вы все! Почему вы решили, что объяснить вам, в чем состоит смысл жизни, должен кто-то другой, к примеру я? Кто вам сказал, что вопрос о том, существует ли Бог, тот свет, подлинная реальность, — называйте, как хотите, — можно решить с помощью учителей, философов, священнослужителей и написанных ими книг?
Люди во все времена искали того, кто сказал бы им, как вести себя правильно и как неправильно; они соблюдали традиции, уважали современные им культурные ценности и придерживались тех или иных учений, а вопрос о смысле жизни по сию пору остается открытым.
Вот я вас учу, и вы мне верите, но ведь это же не ваше собственное знание, это информация из вторых рук. А если я не прав? Да и разве я открываю вам Истину? Сами же слышали: что бы я ни рассказывал, я то и дело извиняюсь, говорю, что дальше объяснять не имею права. Наставники не велят.
Я предлагаю вам систему знании, а вы соглашаетесь ей следовать; стало быть, я становлюсь для вас авторитетом. Но это значит, что между нами возникает конфликт. Вы считаете себя обязанным поступать так, как я говорю, вы подражаете, приспосабливаетесь, но вы же — не я. У вас собственные наклонности, привычки и обстоятельства жизни. Однако вы, чтобы скопировать меня, пытаетесь подавлять себя самого. Да еще, чего доброго, начнете бояться сделать что-нибудь неправильно, не так, как я вас учу. Так, между прочим, и появляется двойная жизнь. А вы и с од-ной-то еще не разобрались. И вот вы будете ходить за мной хвостом и преданно смотреть мне в глаза, а в глубине души при этом чувствовать раздражение. И потом при случае — перемывать мне косточки. Знаю я вас!
А я-то в чем виноват? Я вам что, навязывался? Я что, просил возводить меня на пьедестал? Сами меня «притянули» на свой жизненный путь. Потому что вам нужен был кто-нибудь, на кого бы вы могли переложить ответственность за свою жизнь, кто говорил бы вам, как надо поступать. А мне нужен был кто-нибудь, кто смотрел бы на меня снизу вверх. Вот мы и встретились.
Что, думаете, я и вправду возьму на себя ответственность за вас? Как бы не так! Очень мне это надо! Не только за тысячу евро, но даже за тысячу памятников себе, замечательному, не возьму. За меня бы кто согласился отвечать, так я бы не отказался. А вы-то сами — искренне ли хотите себя изучить и изменить свою жизнь? А? Врете ведь: вам нужно, чтобы вас изучил ваш учитель и духовный вождь и преподнес бы вам всю информацию в готовом виде на блюдечке.
Я вам так скажу, Арнольд, в виде особого расположения: не создавайте себе авторитетов. Ни в каком варианте. Если, конечно, действительно хотите что-то понять. Сэкономите массу энергии, а значит, и кучу денег. Потому как деньги — эквивалент энергии, как учил нас, кажется, Карл Маркс. Впрочем, он тоже — авторитет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
