– Какая разница? – спросила она.
– Шарлотта, почти все одинокие женщины в этой больнице с радостью оказались бы на твоем месте и согласились бы на предложение Джеймса. С какой стати ты ему отказала?
Если она начнет все объяснять, придется рассказать правду, а Шарлотте этого не хотелось. Поэтому она ограничилась простым объяснением:
– Он слишком шикарен для меня. Итак, теперь, когда мы все выяснили, могу я попить кофе и заняться делами?
– Ты сошла с ума. Ты совершенно обезумела. – Стеффи покачала головой.
Джеймс в этот момент случайно находился неподалеку и услышал ее слова. Он быстро вошел в комнату. Меньше всего ему хотелось, чтобы Шарлотта догадалась, что он в курсе их со Стеффи разговора. Да, он подслушал, но не нарочно.
Итак, Шарлотта считает, что он слишком шикарный для нее. Значит, он немного перестарался, сравнивая себя с Джеймсом Бондом, когда пытался успокоить Дэнни. Но Шарлотта слишком серьезно восприняла его слова. Ведь на самом деле он не так уж плох, верно?
Но, уходя из больницы поздно вечером, Джеймс был вынужден признать, что Шарлотта оказалась права. Он может ездить домой на велосипеде, но это будет не какой-то там старый велосипед. Он выберет солидный, дорогой велосипед последней модели, облегченной конструкции. Джеймс возвращался в свой большой арендованный дом, который находился в самой престижной части Сейнт-Пирана и из окон которого открывался вид на море. И у него действительно есть «астон-мартин» и… еще несколько автомобилей в Лондоне.
Возможно, Джеймсу следует попытаться понять, что именно так беспокоит Шарлотту? Возможно, ее обидел бывший парень: уделял слишком много внимания тому, кто и сколько зарабатывает?
И тогда, вероятно, она подпустит его к себе, а он сумеет доказать, что отнюдь не является пустышкой. И еще покажет ей, что, несмотря на серьезную и ответственную работу, она должна иногда развлекаться.
Глава 6
Сделанный в четверг рентген прояснил ситуацию с состоянием Дэнни. Шарлотта облегченно вздохнула – им удалось избежать одного из наиболее вероятных осложнений после установки кардиостимулятора – пневмоторакса, то есть скопления воздуха и газов в плевральной области. От него можно избавиться, но Шарлотта не хотела, чтобы мальчик снова проходил через неприятные процедуры.
– Все в порядке, поэтому сегодня ты пойдешь домой, – произнесла она с улыбкой. – Увидимся в следующем месяце.
Она и Джеймс были слишком заняты в поликлинике в тот день, поэтому не встречались, но в пятницу, сразу после того, как Дейзи перевели в общую палату, Джеймс побрел в кабинет Шарлотты.
– Мы можем поговорить? – спросил он.
– Конечно. Вам найти какие-нибудь файлы?
– Нет. Дело совсем не в работе.
Джеймс сразу почувствовал, как Шарлотта воздвигла между ними барьер: ее взгляд стал настороженным, но затем она ослепительно улыбнулась. Он продолжил:
– Речь о викторине во вторник вечером. Я в команде хирургов.
– Угу.
– Стеффи сказала мне на днях, что вы капитан команды кардиологов.
– Да, – призналась она.
– Тогда я хотел бы заключить с вами сделку. Если моя команда выиграет, вы со мной отужинаете.
– А если выиграет моя команда, – сказала она, – вы оставите меня в покое.
– Согласен. – Джеймс склонил голову. – Решено. Приятного вам уик-энда, Шарлотта.
– И вам тоже.
Джеймс направился в свой кабинет, пытаясь сохранить видимость хладнокровия. Однако в душе он торжествовал и волновался. Шарлотта очень умная женщина, но и он не глупец. И он не собирается проигрывать особенно сейчас, когда ставки настолько высоки.
Он зашел к Джеку в пятницу вечером, чтобы выпить пива. Отец Джека, Ник, пришел навестить внуков и решил помочь Элисон их искупать – через окно ванной комнаты слышался его тихий баритон.
– Итак, как ты устроился? – спросил Джек.
– К сожалению, у меня нет шансов догнать тебя в семейной жизни, но я преуспел в кардиохирургии.
– Работа, работа, работа… – произнес Джек с улыбкой.
– Ты знаешь, я очень люблю трудиться. И должен сказать, что восхищаюсь твоей двоюродной сестрой. Она очень хороший специалист.
– Шарлотта здорово ладит с детьми, – кивнул Джек. – Но она слишком много работает. Она обещала заглянуть к нам и рассказать сказку Фредди и Сэму и спеть колыбельную Елене.
На одно безумное мгновение Джеймс понадеялся, что Шарлотта решит навестить своих двоюродных племянников сегодня вечером. Было бы приятно увидеть ее за пределами больницы. Возможно, оказавшись в другой обстановке, она расслабится и станет иначе относиться к Джеймсу.
Ник вышел из ванной комнаты, его рубашка была мокрой.
– Джек, Элисон попросила тебя помочь уложить Фредди и Сэма, пока она укладывает Елену.
– Конечно. – Джек поднялся. – Ты помнишь папу, Джеймс?
– Помню. Рад видеть вас, Ник, – сказал Джеймс, вставая и пожимая ему руку. Ник посмотрел на него холодно. Без сомнения, он вспомнил шальные деньки Джеймса и Джека в Лондоне.
– Здравствуй, Джеймс, – произнес Ник.
Когда Джек вышел из комнаты, наступило неловкое молчание. Джеймс уже собрался что-то сказать, но Ник его опередил:
– Я слышал, вы разговаривали о Шарлотте. Что бы вы о ней ни думали, оставьте свою затею ее завоевать.
Джек всегда жаловался на то, что его отец одержим желанием все контролировать.
– При всем уважении к вам, – произнес Джеймс вежливо, но холодно, – подобные вопросы будем решать только я и Шарлотта.
– Она моя племянница, и я не желаю видеть ее страдающей, – отрезал Ник. – За последние два года она сильно намучилась. Ей не нужны новые неприятности.
– Я не собираюсь создавать ей проблемы.
– Надеюсь, вы говорите правду. – Ник внимательно посмотрел Джеймсу в глаза. – Пожалейте ее.
В воскресенье вечером Ник открыл парадную дверь.
– Кейт? Я не ожидал тебя здесь увидеть, – произнес он, нахмурившись.
– Да. – Она помолчала, потом спросила: – Мы можем поговорить?
Кейт выглядела ужасно; Ник решил, что она не спала несколько дней.
– Конечно, входи. Хочешь кофе или чего-нибудь другого?
Она покачала головой:
– Спасибо за предложение, но я ничего не хочу.
Ник забеспокоился сильнее. В последний раз он видел Кейт такой измученной после того, как она… Нет, он не хотел вспоминать прошлый разговор.
– Ну, садись. – Он пригласил ее в гостиную. – Что привело тебя ко мне?
Она прерывисто вздохнула:
– Ник, я…
Он ужаснулся, увидев, как влага заблестела в ее глазах. О, черт побери! Он не хотел видеть ее рыдающей. Он не вынесет ее слез. В прошлый раз, когда Кейт плакала, положив голову ему на плечо, он совершил огромную ошибку, которая дорого обошлась им обоим.
