Читаем без скачивания Татуировка на запястье руки - Валентина Батманова

Олег посмотрел хитрыми глазами на друга и предложил:

– Давай Райку выселим из поселка своим методом, как в старину выкуривали из норы лису, и та уходила в другое место, и в деревне перестали пропадать куры.

– Точно, – сказал Максим, – давай ее, рыжую тварь, спалим!

Идею ребят-моряков поддержала Тамара Тихоновна. Она пошла к себе домой и принесла десятилитровый жбан осветленного керосина и со словами:

– Вот вам, морячки, орудие для борьбы с этой распутной чертовкой. – И, взглянув хитрым взглядом на Марусю, добавила. – А там «моя хата с краю, я ничего не знаю».

Олег поднял жбан, подержал его некоторое время в руке, поставил на землю. Потом снял сушившиеся на заборе две стеклянные трехлитровые банки и сказал:

– Я думаю, Максим, нам хватит и шести литров, чтобы выкурить из поселка нашу бывшую одноклассницу. А прежде чем мы к ней пойдем, нужно узнать, когда этой стервы, не будет дома.

В это время сидевший рядом Илья, молча слушавший разговор, сообщил ребятам:

– Райка с Нелькой каждый день ходят в обед к пруду загорать, а потом с женихами идут в дом Райки. Они заманивают мужиков, которые в обеденный перерыв приходят искупаться в пруду и предлагают им свои услуги.

Ребята решили завтра к часам одиннадцати сходить на пруд. Они сели к столу обедать, где на широкой, плоской тарелке дымилась подогретая поросятина. Выкладывая из холодильника овощи, Илья сказал:

– Вот из-за этого паршивого поросенка нас всех отец безжалостно поколотил.

– Да нет, брат, не из-за поросенка, а за то, что твоему отцу вчера не удалось от Райки получить обещанного, – сказал Максим.

Олег, с упреком посмотрев на Максима, возмутился:

– Что ты мелишь, он ведь еще ребенок!

– Никакой он не ребенок, – возмутился Максим. – Он все понимает не хуже, чем мы с тобой, иначе бы они с Марусей не устроили бы в доме этой дамы дымовой ералаш.

На следующий день друзья заполнили трехлитровые банки до краев керосином и, закрыв их пластмассовыми крышками, поставили в пакеты. Максим принес из сарая черенок от старой лопаты, обмотал край черенка старым мешком из-под картошки, крепко зафиксировал и обмакнул конец тряпки в жбане с остатками керосина.

– Ну вот, все готово! Я, думаю нам пора идти на пляж.

Когда они пришли к водоему, отдыхающих там было мало. Они присели на берегу и стали бросать по водяной глади плоские камешки. Солнце припекало и отдыхающих заметно прибавилось. Когда солнце стало в зените, на берегу пруда появились те, кого они ждали. Максим заметил, что женщины направляются прямо к ним:

– Райка нас с тобой, Олег, не узнает. Ведь мы в то время были подростками, а сейчас взрослые мужики, да к тому же в солнцезащитных очках.

– Точно, подтвердил Олег.

В это время женщины подошли вплотную к парням, расстелили покрывало на песке. Райка, обращаясь к парням, спросила:

– Мы вам, молодые люди, не помешаем? – Ребята в ответ молчали, она снова попыталась завязать разговор, но в ответ так ничего и не услышали.

– Глухие, что ли? – Обратилась с вопросом к подружке Райка.

– А может они иностранцы, – снимая с себя платье, продолжила разговор Райка, затем легла на песок. Надела на голову шляпу с широкими полями, и принялась листать журнал. Максим взглянул на своих соседок и, толкая друга, сказал:

– Смотри, у Райки на спине, на обеих лопатках, сделана татуировка. Наверное, татушку ей делал тот же моряк, что и нам татуировки на руках.

Незаметно для соседок парни прочитали два четверостишья на Райкиной спине. На левой лопатке крупными печатными буквами были выведены следующие слова:

Любовь, это бурное море,Любовь, это злой ураган,Любовь, это вечные слезы,Любовь, это зло и обман.

На правой лопатке красовалось четверостишье:

Не верь цветам, цветы завянут,Не верь мечтам, мечты уйдут,Не верь любви, любовь обманет,Не верь мужчинам, они лгут.

Заметив, что парни обращают внимание на Райкину спину, Нелька сказала подружке:

– А наши глухонемые обратили на нас свое внимание.

В это время Максим шепотом сказал Олегу:

– Пора идти! – Парни поднялись и быстрыми шагами пошли с водоема.

Поднявшись на пригорок, они оделись и направились к дому Рубцовых. Здесь они надели на себя найденные в сарае старые вещи. На голову один из них одел старую соломенную шляпу со сморщенными полями, а другой – старую солдатскую фуражку. Прихватили спички, банки с керосином и заготовку из мешковины, обильно смоченную керосином.

Ко двору дома Райки они подошли со стороны все того же тыквенного огорода. Войдя во двор, Максим со всего размаха метнул пакет с трехлитровой банкой прямо в окно. Банка, разбив стекло, ударилась о что-то твердое и разлетелась на куски. Ни секунды не мешкая, они запустили в дом с другой стороны второй пакет с трехлитровой банкой. Затем, отбежав на небольшое расстояние, они подожгли факел и бросили его в разбитое окно. Услышав щелчок и увидев, как разбушевалось пламя, ребята поспешили быстро домой через огород.

В доме, не сказав никому ни слова, они подхватили свои вещи, и пошли к дороге, идущей на Неман. На вопрошающий взгляд Тамары Тихоновны, Максим сказал:

– Тетя Тамара, нас здесь не было.

– Идите, дети, с Богом. Об этом не узнает ни одна живая душа. – Перекрестив парней, сказала старуха.

Ребята по дороге сели на попутную машину и доехали до автовокзала, затем рейсовым автобусом добрались до Калининграда.

В это время вокруг пылающего дома Райки Ставицкой собрался почти весь поселок. Райка, бегая в соломенной шляпе и мотая головой, кричала:

– Чего вы смотрите, надо тушить!

Люди молча переглядывались, но никто даже не сдвинулся с места. Одна немолодая женщина сказала:

– Тебе надо, вот ты и туши.

– К тебе, Райка, столько много мужиков хотели попасть на твой бесстыжий порог, а тушить твой опостылевший для всех жителей поселка дом, как видишь, желающих нет, – добавила другая женщина.

Вскоре с сиреной по поселковой улице примчалась пожарная машина, но тушить уже было нечего. Дом полностью сгорел, осталась лишь печная труба.

Вернувшись домой, ребята ничего не сказали родным. Как ни в чем не бывало устроили для них праздничный вечер, а на следующее утро пошли на свои суда, которые через два дня вместе с ними, отправились в море, с мечтой, что их жизнь, жизнь парней из коммунальных квартир изменится на все сто восемьдесят градусов.

Тем временем в поселке понемногу улеглись страсти вокруг сгоревшего дома Райки Ставицкой. Она перешла жить на ферму к заведующему Сергею Рубцову. В своем кабинете на диване Рубцов устроил временное убежище для пострадавшей погорельцы. Домой он не приходил, теперь семья его совершенно не интересовала. Антонина, жена Сергея, старалась скрыть свою боль измены от сына и людей, но ее выдавали печальные глаза. Она часто плакала по ночам. Маруся от рыданий тети сама заливалась слезами. Соседка Тамара Тихоновна часто навещала Антонину и, как могла, успокаивала.

– Твоего, Антонина, мужа напоила приворотным зельем эта гулящая пройдоха. Мне даже не верится, что твой Сергей мог тебя поменять на это рыжее лягушачье отрепье. Все пятнадцать лет, что вы живете со мной по соседству, я любовалась вами. Сергей по отношению к тебе всегда был такой ласковый и внимательный. И вдруг за какое-то короткое время превратился в монстра. Стал материться, драться. Тебе, Антонина, нужно сходить и пожаловаться на него директору совхоза.

– А что мне жаловаться, – сказала хозяйка дома, печально посмотрев в лицо соседки. – Женщины поговаривают, что к Райке захаживал и сам директор.

– Да, видно эта стерва преподносит всем поселковым мужикам такие услуги, о которых многие женщины даже не имеют представления, – усаживаясь на стул и кладя на колени крупные, натруженные руки, сказала Тамара Тихоновна. Она повернула голову в сторону прихожей комнаты и тут заметила, что их разговор слушают Илья с Марусей. Антонина посмотрела на любопытных детей и со словами: – Рано вам слушать бабьи разговоры, – приказала им идти во двор погулять. Когда ребята вышли на улицу, Илья взял за руку Марусю и сказал:

– Я эту Райку из-за угла камнем оглушу. Я не прощу ей, что она увела из семьи моего отца. Ты слышала, Маруся, что Райка живет у отца на ферме, в его кабинете. Давай смотаемся на ферму и все разузнаем.

– Я, Илья, боюсь. Если нас с тобой твой отец поймает, то в угоду Райке нас поколотит. Пойдем лучше на пляж, Райка днем в кабинете твоего отца сидеть не будет. Она обязательно пойдет с Нелькой загорать. – Они взяли с забора сухое выстиранное старое покрывало и оправились к водоему.

Выбрав удобное место, ребята расстелили покрывало и легли загорать. Погода стояла жаркая, но на пляже было мало народа, потому что был рабочий день. Оглядываясь по сторонам, Маруся заметила, что к водоему спускается сильно накрашенная Райка со своей подружкой Нелькой. Ребята опустили головы на коврик и из-под рук начали наблюдать за охотницами на мужиков. Не обращая внимания на загорающих детей, Райка расстелила на песке голубое покрывало. Наблюдавший за ней Илья, зло сказал: