Мне хреново, надо признать, я не ожидал, что Наташа будет так сильно против общения со мной. И это неприятно, капец, как неприятно. Мне хотелось взять её за руку, обнять. Да, бля, мне все время хочется ее касаться. А она колючки свои растопырила, не подойти. Хочу ее до одури. Всю себе хочу. Из рук выпускать не буду, залюблю, заставлю сбросить все колючки. Только бы терпения набраться… Где его вообще раздают? Моё, походу, заканчивается. На расстоянии было проще. А сейчас, когда одел на нее колечко, заявил права, очень сложно держаться на расстоянии.
А ещё я ревную. Вроде головой понимаю все, я ведь тоже ей верность не хранил. И ей вроде её хранить было некому. Но, бля, мысль что кто-то мог ее касаться, целовать, ласкать… Эти мысли будят во мне бурю, я и не подозревал, что ревнив. Честно, раньше за собой не замечал этого тупого, разъедающего мозг чувства. Девки у меня ревнивые были, и я всегда поражался, как можно на пустом месте, придумать какую-нибудь хрень и выесть тебе мозг. И вот, сам понимаю, что готов спрятать её ото всех, чтоб была только моей. Что готов придушить любого, кто протянет к ней свои лапы. Крышу рвет от всех этих мыслей, понимаю, что сам себя накручиваю, но остановиться не могу. И претензий ей предъявить не могу, отпугну только больше. Вот и придется как-то справляться с этим отравляющим чувством, и варится в нем в одиночку. Перед сном долго вертел в руках телефон. Хотелось написать ей что-нибудь, даже начинал набирать сообщение, но потом стирал, так и не найдя подходящих слов.
Утром, когда я уже готовил завтрак, ко мне вышел Денис. — Садись, пьянь, — улыбаюсь другу. — Будем тебе здоровье поправлять. — Прости, что втянул, и вывалил на тебя всю эту хрень. — Не прощу, потому что вываливать нужно было гораздо раньше, когда я помочь мог. Бля, Ден, не чужие же мы люди. Нахрен друзья тогда нужны, если к ним за помощью обратиться нельзя. Он пожимает плечами, и словно нашкодивший школьник смотрит в стол. И это мужик под два метра ростом, который кого угодно скрутить за пару секунд может. — Что делать планируешь?
— Не знаю, попробую восстановить лицензию. Только на это деньги нужны. Обидней всего, что пацаны мои на соревнования из-за меня не попадут.
Кто о чём, а он о своих мальчишках. Странно, что он до сих пор не женат и своих мальчишек не настругал.
— Слушай, а можешь поработать личным охранником? — Денису я доверяю, как себе, и Наташу могу доверить, не задумываясь. — Тебя что ли охранять нужно?
— Наташу.
Наверное, Денис единственный, кто знал все подробности моих душевных страданий. Я, как и он, не очень люблю делится своими переживаниями и проблемами. В моей ситуации есть один большой плюс, у меня есть деньги, которые способны решить большинство этих самых проблем. Жаль, с Пташкой они не помогут. — Кстати, как у вас дела? Может уже подкатил к своей малышке? — Я вчера ей кольцо на палец одел, — со смешанными чувствами гордости и грусти, рассказал другу о вчерашнем вечере и сегодняшнем утре. — Знаешь, я не знаю, как мне себя вести. У нее на руке моё кольцо, но мне даже притронуться к ней нельзя. Хрень какая-то, да?
— Ну, приятного, наверное, мало, — согласился Денис. — А охрана ей зачем?
— Мудак есть один, может он меня понял, и больше не полезет. Но рисковать я не могу, он походу, отмороженный на всю голову. Но ты подумай, сразу хочу предупредить, легко не будет, день будет ненормированный, оплата, конечно, почасовая, но Наташа… Она бунтует сейчас, и что выкинет не знаю. Ден, тебе, как никому доверяю. Я, сам понимаешь, быть все время здесь не смогу. Даже если кататься каждый день, на работу и обратно. Мне надёжный человек нужен. Напарник у тебя будет, он сейчас за ней присматривает. Но ты будешь основным, он только на подстраховку, мало ли что. Спать тебе ведь тоже будет надо.
Денис молча сделал пару глотков крепкого чая глядя в окно, словно, взвешивая все, что я ему сказал.
— Хорошо, присмотрю за твои малышкой, — соглашается Денис.
18
Наташа
Спать мы устроились на кровати у Милки. Я раздевалась уже в темноте, а из-за того, что не могу спать при свете, проснулась самая первая, так что, быстро натянув на себя брюки и рубашку, пошла умываться. Мы дружно спустились на кухню, чтобы позавтракать. Мама Милы, тетя Аня, отвела меня в сторону.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Наташа, вчера твой папа звонил. Спрашивал, правда ли ты у нас. Я заверила, что ты с девочками у нас. Но, похоже, он был не доволен. — Спасибо, тетя Аня, — улыбнулась я женщине.
Ясно, что ещё на одну ночь мне здесь оставаться будет нельзя. Потом мы дружно отправились в город погулять по торговому центру. Я написала Кириллу сообщение, что отправилась с девочками в город. Мы прогуляли часа три. Я покупок не делала, а вот деньги с банкомата снимала, небольшими суммами, словно я совершаю покупки. На случай, если мою карточку все же отслеживают.
Налазившись по магазинам, мы зашли в ресторанчик, расположенный тут же в торговом центре и устроились за столом. Настроение было, на удивление, приподнятое. Мы сделали заказ и весело болтали, в его ожидании.
— Вот это задница, — прошептала Лора.
— Где? — оживилась Ксюша, вертя головой.
— Вон, по телефону разговаривает, — она указывает на стоящего спиной к нам парня за стеклянной стеной ресторана. — Капец, как хорош, — вздыхает она и кладет подбородок на кулачки. — Ты это по заднице поняла? — уточнила я, приподнимая брови. — Наташа, только посмотри, как на нем идеально сидят джинсы. А плечи какие. Так, если он и с лица красавчик, я пойду знакомиться, — заявила Лора.
— Сдурела? — возмутилась Мила. Будешь по торговому центру бегать и его искать?
— Дурой буду, если такой экземпляр упущу, — вполне серьезно ответила она. — Повернись, ну повернись, — бормотала Лора, не сводя пристального взгляда со спины или с задницы парня. Мы все застыли в ожидании. Вот, парень закончил телефонный разговор. Что-то ещё смотрел на экране или писал. Затем стал поворачиваться, пряча телефон в задний карман. — Господи, спасибо, — пробормотала Лорка. — Он — само совершенство. А я, тем временем, кажется, перестала дышать, потому что в ресторан зашёл Матвей. И это его Лора обозвала совершенством. Где она в нем совершенство нашла, я не знаю. Хотя ладно, стоит признать, он не урод. Далеко не урод. Местами даже красивый. И Лора права, задница у него, что надо. О, Господи, о чём это я. Он устраивается за столиком напротив, и подошедшая официантка на какое-то время скрывает его из вида. А я, наконец-то, делаю глубокий вдох. Что это, совпадение? Ему что, пообедать больше негде? — Все, я пошла, — Лорка поправила свою четверку и встала из-за стола, виляя бедрами, пошла к моему "жениху". Она красивая, наверное, в нашей компании — самая яркая, и фигуристая. И вот, я смотрю, как она, упираясь руками в стол, наклоняется к Матвею, демонстрируя свои прелести в глубоком декольте. Они о чем-то разговаривают, долгих несколько минут, а у нас за столом Мила и Ксюша делают ставки.
— Наташа, ты ставить будешь?
— Что? — не сразу поняла я.
— Ставку делать будешь? Ну, закадрит она его или нет?
— Нет, не буду.
Лора вернулась, надув губки.
— Это несправедливо, — недовольно пробурчала она. — Почему кому-то достаются такие мужики?
— В смысле? — спросила Ксюша, позволив мне не проявлять любопытство.
— Он сказал, что у него есть невеста, — я прикусила щеку, чтоб не улыбнуться. — И у них совсем скоро свадьба.
А вот эта фраза меня взбесила, и я не удержалась и посмотрела в сторону Матвея. Он смотрел прямо на меня, спокойно, без единой эмоции на лице. Ух, ненавижу. Так и хочется подпортить этот идеальный вид. Отвернулась. Нам принесли заказ. Я ковыряла свою порцию, аппетит пропал под пристальным взглядом мужчины напротив. Девчонки, словно забыв о нём, весело болтали, и только я одна не могла поддержать разговор.
— Вот, же гад, — шепнула Лора. — У него невеста есть, а он на нас пялится. Козел.
— Может, это он тебе так сказал, чтоб не обидеть? — предположила Мила.
