— Ну тебе же нравится, — пожал плечами Олег. — Так зачем вспоминать о каком-то дурацком разговоре?
Он наклонился ко мне, кажется, собираясь украсть хотя бы один поцелуй, но я резко отпрянула назад.
Осторожность. Меня спасет осторожность.
— И вправду, сотрешь помаду, — улыбнулась я, стараясь выглядеть непринужденно. — И на нас смотрят. Мне это неприятно…
Я помолчала секунду, а потом капризным тоном, пародируя Викки, дополнила:
— Котик.
— Главное, не кролик, — закатил глаза Лавров, но хватку всё же несколько ослабил. — Составишь мне компанию сегодня?
— Но ведь я пришла с отцом, — улыбнулась я. — И должна в первую очередь составлять компанию ему.
— Я думаю, Викки отлично справится, — возразил Олег. — А я не хочу проводить этот вечер в гордом одиночестве. И уж тем более вызывать лишние вопросы к себе.
Я в том даже не сомневаюсь. Первый желающий эти вопросы задать уже, кажется, мысленно отругал себя за то, что вообще позволил нашему семейству здесь появиться. Василий Андреевич явно имел собственные планы на Олега, да и Ира на него поглядывала с интересом.
До того момента, как он едва не раздел и не задушил меня.
Тем не менее, подавать вид, что такое отношение меня пугает, было нельзя. Отец придет в восторг, когда узнает, что мы с Олегом аж так далеко зашли. По его мнению, действовать надо предельно быстро, чтобы никто посторонний не успел отобрать жирный куш.
Кажется, Лавров неплохо знает моего отца, раз уж позволяет себе такое. Провоцирует и понимает, что его провокация будет удачной.
Я оперлась о руку Олега, почувствовав облегчение от того, что ещё более тесный контакт от меня пока что никто не требовал, и он, напрочь забыв про именинницу, которую, вероятно, уже поздравил, повел меня к моему отцу.
Было видно, как дернулась Викки, явно рассчитывая сбежать. Но отец не дал ей этого сделать. Он с такой силой сжал её пальцы, что женщина просто застыла, как каменная, рядом, и попыталась высвободить руку. Попытка тоже не увенчалась успехом.
Когда папенька хочет, он бывает не в меру настойчивым.
— Дмитрий, — усмехнулся Олег, приветствуя отца коротким кивком. — Виктория. Не ожидал вас здесь увидеть. Всегда был уверен, что у вас с Василием Андреевичем не самые лучшие отношения.
— Наши дочери дружат, а ради этого отцы должны унимать свои амбиции, — елейным голосом ответил папенька. — Если они желают своим дочерям добра. Правда, Викки…
— Правда, — подтвердила она, кусая губы.
— Виктория, — Олег повернулся к ней. — Вы столь бледны. Всё в порядке? Вы здоровы? Или, возможно, — он широко улыбнулся, — мне следует поздравлять вас с предстоящим пополнением в семействе? Моя бывшая жена именно так вела себя, когда ждала ребенка.
Викки перекосило так, словно только что Олег прямо в лицо ей и моему отцу высказал все, что думает о них. И поведал прекрасную историю их знакомства. Но — Олег не проронил ни слова больше, а продолжал улыбаться, осторожно придерживая меня за руку, и я тоже улыбнулась, только чуть более зло, чтобы напомнить Викки: мне известна хотя бы какая — то часть её секретов.
— Я был бы рад, — широко улыбнулся мой отец, — если б это предположение оказалось правдивым.
— Дима, — Викки, кажется, даже покраснела. — Ну что ты. При посторонних.
— Ну, мы друг другу не посторонние, — папенька, как обычно, проигнорировал все возможные намеки. Он вообще выглядел предельно довольным тем, какой я эффект произвела на Олега, а значит, считал, что его задумка обязательно увенчается успехом.
Как же, как же.
Обязательно.
— Вполне возможно, мы куда более близки, чем можно подумать, — сверкнул глазами Олег и демонстративно обнял меня за талию. — Людей часто связывают нити, о которых они даже не догадываются.
Отец что-то там ответил, но я не услышала его слов — была увлечена тем, что внимательно смотрела на Викки и ждала, как же она отреагирует. Виктория дернулась и отвернулась от нас с таким выражением лица, словно была готова прямо сейчас проклясть нас. Прилюдно.
Наверное, всё-таки не следует так на неё давить. Если, конечно, месть Олега заключается не в том, чтобы довести Викки до того, что она даже правду с удовольствием расскажет.
Нет. Он же говорил, что всё не может быть так просто. Викки поиздевалась и над ним, и над счастьем моей матери, а значит, не может заплатить так просто. Уверена, что месть будет точно такой же изощренной, как и её развод.
— Надо поприветствовать Василия Андреевича, — сообщил Олег и, заметив, как помрачнел мой отец, дополнил: — Стася, составишь мне компанию? Не хочу, чтобы этот разговор затягивался надолго, а при такой прекрасной леди, уверен, даже Василий Андреевич потеряет дар речи.
— Спасибо за комплимент, — я почувствовала, что краснею, хотя понимала: Олег будет предельно любезен со мной, особенно при папеньке. Мы ведь должны поддерживать иллюзию прекрасных отношений, даже легкой влюбленности, если в самом деле хотим достигнуть успеха. — Конечно, пойдем.
Отец явно с трудом сдержался, чтобы не сказать Олегу, что зачем ему вообще этот Василий Андреевич. Я же была рада возможности оказаться подальше от этого парада лжи и улыбаться знакомым людям просто потому, что так принято в обществе, а не потому, что я должна их обманывать, как Викки и папеньку. Было в этом всём что — то противоестественное и вызывающее у меня легкое отвращение, и как бы я ни пыталась с ним бороться, не могла избавиться окончательно.
Как и ожидалось, разговор продлился недолго. Василий Андреевич, само собой, не стал обсуждать дела при дочери его конкурента, Олег не был настроен на то, чтобы общаться с деловыми партнерами, скорее, просто воспользовался возможностью лишний раз подразнить моего отца и напомнить ему о том, что он пребывает в зависимом положении.
— Ты очень бледна, — отметил Олег, придерживая меня за талию. — Что-то случилось?
— Всё в порядке, — бледна?
Неужели и вправду так сильно переживаю, что это уже написано у меня на лице?
— Точно? — изогнул брови Олег.
— Ты же говорил, — я попыталась быть смелой, — что я красивая.
— Одно другому не мешает. Ты всё ещё безумно привлекательна, — протянул Олег. — Но, к сожалению, выглядишь болезненно. Ты хоть что-нибудь ела?
Он привлек меня к себе, заглядывая мне в лицо, и я с трудом подавила желание отвернуться, появившееся, наверное, где-то на уровне инстинктов. Моё сознание упорно сопротивлялось, не позволяло мне отвечать взаимностью, хотя — да, смысл врать, мое сердце каждый раз билось быстрее при виде этого мужчины.
И мне это не нравилось.
— Ела, — проговорила я. — Всё в порядке. Просто я не в восторге от перспектив провести тут весь вечер.
— Мы можем задержаться только на час, а потом уехать, — Олег с заботой коснулся моей щеки. — Единственной целью, с которой я сюда прибыл, было вручить цветы и подарок дочери делового партнера, вот и всё. Не думал, что встречу тут ваше семейство.
— Мой отец — очень продуманный человек, — улыбнулась я. — Он был уверен, что Василий Андреевич тоже предложит свою дочь как разменную монету.
— Иру? Мы знакомы года два минимум, и он до сих пор этого не сделал.
— Значит, в нем порядочности гораздо больше, чем в моем отце. Советую подписывать договор именно с Василием Андреевичем, — усмехнулась я и прикрыла глаза.
И вправду, голова кружится. От усталости? От волнения? Хорошо, что мы хотя бы отошли в сторону, и на нас не смотрит целая толпа гостей.
— Ты точно хорошо себя чувствуешь? — Олег наклонился ко мне ещё ближе, и наши губы практически соприкасались. Наверное, со стороны мы походили на парочку, которая скрывается в кустах, чтобы урвать поцелуй-другой…
Возможно, этот поцелуй и вправду состоялся бы, если б не раздавшийся вскрик — и звук чьего-то падения на фоне неожиданно притихшей музыки.
Олег дернулся, поворачиваясь на звук, да и я сама подалась на звук, реагируя на происходящее более остро, чем следует. А потом едва сдержала раздраженное хмыканье, поняв, что произошло.
