хотя нет, это – отлично – сказал он.
– Да – согласился Женя, вспоминая последний разговор с Настюшкой.
– То, что у твоей мамы все хорошо, это тоже славно. Но позвал я тебя совсем по другому поводу. Женя, видишь ли, твой папа улетел с месяц назад в Екатеринбург, по его словам, ему понравилась там одна компания, кажется «УралМаш» или как-то так, я уже не вспомню. В общем, у него имелись планы купить это предприятие, насколько я понимаю. Впрочем, уезжал он только для того, чтобы посмотреть на него, только и всего. Жень, твоего отца не было ни здесь, ни в городе все это время. Он попросту здесь не появлялся. К тому же уже как неделю он должен был хоть раз появиться здесь, но его не было, а позавчера мы получили по почте это письмо, оно пришло на адрес предприятия из Екатеринбурга – сказал учредитель и протянул Жене помятый листок бумаги. Женек взял в руки письмо и посмотрел на него, писал отец, своей рукой, обратного адреса или чего-либо такого не было.
– Вы прочитайте – посоветовал ему Захватян. Евгений стал вчитываться в отцовский почерк, с каждой строчкой его глаза открывались все больше и больше. Он уже потерял основную мысль, которую хотел передать отец. Письмо начиналось так:
Премного уважаемые мои друзья, прошу меня великодушно простить и отпустить всю злобу, которую вы на меня держали. Я по своей воле хочу продать свою долю в компании «НефтеТранс». За много лет пребывания в неведении я не понимал, какого это было портить судьбы сотен людей. Их родители и дети страдали от того, что я и вы с такой наглостью обворовывали их, словно дикие волки, разрывающие на куски олений труп. Я не прошу вас думать за меня, наконец-то мне открылось то, что так долго было сокрыто от слепых глаз, я никогда не чувствовал себя счастливее, чем чувствую сейчас. Как я был слеп молодым, считая, что весь сок и вся радость созидания плодов этого мира есть лишь в материальном естестве. Какими были тогда мои свершения, нарушающие хрупкий баланс вселенной, великой вселенной. Я больше не хочу иметь ничего общего с тем миром, который связывает нас с вами. Я нахожусь лишь в самом начале больших для себя открытий, мне предстоит пройти большой путь, на нем будут встречаться нелегкие испытания. Дорогие коллеги, я прошу простить меня за все, что я вам сделал. Не беспокойтесь, я уже давно простил и не держу на вас зла, уверен, вы поступите так же.
Очень жаль, что возможности мира сего ограничены материальным, все здесь отталкивается от единой для всех системы измерения цены и качества воды, еды, рыб в воде, птиц в небе и даже людей, вы только вдумаетесь. Пожалуй, единственное существо, которое способно мыслить, которое способно жить в идеальном мире такие же существа могут продать за деньги, словно собаку. Не нужно нам полагаться на металл, что мы добываем из недр, который нам так заботливо толкают с той стороны земли. Мы углубляемся все ниже и ниже в поисках того, на что, как считаем, сможем приобрести все в этом мире. Однако за деньги не купишь семью, радость или счастье. Так же как нельзя купить любовь, наполненную искренними чувствами.
Я прекрасно понимаю, что вы считаете меня сумасшедшим, но мне требуется сейчас ваша помощь. Дабы вы смогли дальше воротить свой бизнес, я ухожу из компании и прошу отправить мне все мои сбережения и законные деньги либо почтой, либо с человеком. Более подробные указания ждите в следующем письме.
Прошу передать искренние извинения и слова поддержки моему водителю Константину, дом работницам и прочему персоналу. Прошу выплатить им сполна и продать имеющийся у меня дом и автомобиль, возможно в необозримом, но скором будущем мне придется затратить еще немного земных денег для того, чтобы встретиться с тем, что здесь не купишь на эти Ваши бумажки.
Ваш друг и коллега Крягин Борис Эдуардович.
Женек стоял, не зная, что и сказать. Он пока что плохо понимал, что происходит. Он думал, что его позвали по вопросу, относящемуся к работе, но никак не о его семье. Отец, по всей видимости, тронулся умом и не собирался возвращаться в Санкт-Петербург, планы Женька по поводу становления в компании на должность нового соучредителя после ухода отца рушились, словно карточный домик. Он думал о свадьбе и о том, что вот-вот окажется за бортом без гроша в кармане. Стоило всем узнать, что его отец вот так взял и раздал свое добро, как его бы могли убрать с должности консультанта. О том, чтобы занять кресло соучредителя он теперь мог и не мечтать. Сейчас перед ним стоял человек, который будет изо всех сил стараться поставить на это место свою дочь, может, хоть тогда Слезкину сделают главным бухгалтером.
Женя не мог поверить, что он вот так просто вышел из игры за главный приз – место под солнцем. Теперь он был обычным человеком в этой компании, таким же, как и все. К нему обращались уважительно, засматривались девчонки лишь потому, что он был сыном одного из учредителей, а теперь он вмиг стал никем. Впрочем, он и сам подозревал, что с отцом что-то происходило последнее время, Женя хотел взять небольшую паузу, поразмыслить. Может у него еще был шанс остаться наплаву?
– Как вообще, с чего все началось? – спросил он Захватяна.
– Нам позвонила твоя мама и сказала, что в конце прошлого месяца ей как обычно пришла сумма денег, которую отец ежемесячно кидал на ее счет. Что-то около ста тысяч рублей, еще пятьдесят она получала в середине каждого месяца – начал было он.
У Женька глаза на лоб полезли, он только что узнал о том, что его мать получала до сих пор алименты с отца, но как так? На кого? Может у них была своя договоренность? Он об этом и знать не мог, ведь его мать ходила на работу, как и все. Откуда тогда он мог догадаться, что каждый месяц они жили на солидную материальную помощь от отца. Он посмотрел на Захватяна непонимающими глазами, тот продолжил.
– Мы пытались выяснить, что с ним случилось. Но я думаю, ты не хуже нас знаешь своего отца, первое образование у него было военным, что-то было связано с защитой государственной тайны или этим… – пытался вспомнить армянин, щелкая пальцами.
– Правовое обеспечение национальной безопасности – ответил Женек.
– Ну, вот видишь, ты
