просторные залы, стены которых были украшены гобеленами и трофейными знаменами побежденных врагов. Высокие своды поддерживали каменные колонны, украшенные резьбой, изображавшей сцены из северной мифологии.
Центральным местом во дворце был тронный зал, где стоял роскошный трон из камня и золота, усыпанный драгоценными самоцветами. Видимо, именно здесь конунг принимал иноземных гостей, своих вассалов, а также выносил судебные решения.
Все вокруг был огромным, тяжелым, массивным и, судя по простой резьбе на камне, очень древним. Полагаю, по мнению предков местных правителей весь этот примитивный гигантизм был призван продемонстрировать их могущество и величие.
Праздничный пир конунга Бьёрна Острозубого, длившийся уже месяц с лишним без остановки, если и был в начале тщательно спланированным и торжественным событием, то к моменту появления нашей делегации это мероприятие превратилось в бесконечную попойку. Дворяне из ближайшего круга принца Луи, с первого дня попавшие, так сказать, с корабля на бал, уже были и не рады тому, что их поселили во дворце. Жан-Луи де Леви, с которым мы сдружились в пути, так точно. Он мне искренне завидовал.
Хотя, благодаря его мастерству, а еще навыкам целителя принца, он умудрялся держаться достойно. Те же из вестонских аристократов, кто ежедневно не просыхал от хмельного, что лилось рекой за столами конунга, походили сейчас на прогулявших все свое состояние купцов.
Шагая по широкому тронному залу вдоль длинных столов, заставленных разнообразной снедью и хмельным, я видел благородных графов, баронов и виконтов и не узнавал их. Кто-то сидел на скамье, уткнувшись лбом в тарелку с паштетом, и громко похрапывал, кто-то лежал под столом в обнимку с бородатым северянином и горланил задорную песню. Вон там, под колонной, свернувшись калачиком и по-детски положив руки под щеку, спал кузен Макса, Франсуа. Старшенького кузена я так и не увидел.
— Теперь вы меня понимаете, мессир? — с грустной усмешкой в голосе спросил Жан-Луи, вызвавшийся проводить меня на пир и все показать. Рыжий парфюмер обвел красноречивым взглядом весь этот бардак.
Дело в том, что конунг изъявил желание пригласить младших дворян из посольства принца Луи. Люди из ближайшего окружения младшего сына Карла III показались конунгу слабаками, не умеющими веселиться и пить. В общем, очередь теперь дошла до посольских вроде меня.
Во дворце конунга, помимо вестонцев, собрались младшие представители различных северных кланов и иноземных дворян из других земель. Они, как и мы, удивленно разглядывали столы и пирующих за ними. Правда, северяне смотрели, скорее, с довольными рожами. Они-то наверняка как раз и рвались сюда все эти дни. Вон, Сигурд совершенно не удивлен, но и голову не теряет. Зорко бдит. Готов в любой момент закрыть меня собой.
Воздух в тронном зале дрожал от громкого смеха, пьяных криков, фальшивого пения и низкопробной музыки. Запахи аппетитных блюд, приготовленных на открытом огне, наполняли воздух. Ароматы мяса, рыбы, пряных трав и соусов смешивались с запахами дыма и смолы от каменных чаш, в которых горело какое-то масло.
На лицах «свежих» гостей читался голод и предвкушение. Некоторые северяне, которых «старожилы» встречали радостными выкриками, уже рассаживались за длинными столами.
Пока Жан-Луи вел меня в дальний конец зала, я разглядывал столы, знакомясь с местным меню. Столы ломились от обилия разнообразных, но простых блюд. Тушеное и жареное мясо, запечённая рыба, копченые колбасы, свежие овощи и фрукты, много хлеба и сыров. Звон тарелок и столовых приборов переплетался со звуками громких отрыжек, чавканьем и шкрёбаньем.
Летавшие по залу стайки слуг наполняли кувшины и бокалы медовухой, элем, квасом и вином. Звук громких тостов и стук бокалов сопровождался радостными возгласами и пожеланиями благополучия.
Главный стол, за которым должны были сидеть конунг и его царственные гости пустовал. Жан-Луи сказал, что они тут бывают только в часы обеда и ужина. И особо не задерживаются.
Я их понимаю: тронный зал постепенно превращается в свинарник, хотя армия слуг старалась изо всех сил.
Когда мы уже практически добрались до той части стола, куда меня вел Жан-Луи, мне преградили дорогу трое северян.
— Магнус! — воскликнул рыжебородый детина. — Взгляни на этого южанина! Кажется, мы его уже видели!
Он обращался к коренастому широкоплечему парню с длинными вьющимися волосами. Взгляд его темных близко посаженных глаз не предвещал ничего хорошего.
— Да, Кнут! — поддакнул рыжему тощий блондин. На его тонких губах играла злорадная усмешка. — Я его тоже узнал! Это тот шут, что был верхом на белом пони! Он вел себя очень нагло!
— Еще жаловался на наше гостеприимство! — рыжий демонстративно обвел взглядом длинные столы с едой. — Что ты теперь скажешь, южанин?
Быстрое сканирование показало, что я имею дело с обычными людьми. Хех… Похоже, Лже-Таис, или как ее там… Хельга Отважная затаила обиду и подослала этих молодчиков, чтобы проучить меня.
Я почувствовал движение за спиной. Сигурд шагнул вперед.
— Он притащил с собой мага, — усмехнулся тощий. — Эти мягкотелые южане боятся собственной тени.
Кстати, крылышко на моей груди заметили все трое, но никак не отреагировали на него. Либо не в курсе, что это, либо им плевать на вестонские регалии.
Жан-Луи, приблизившись ко мне, вполголоса коротко сказал, что я имею дело с местными мелкими дворянами. При этом его лицо ничего не выражало. Он уже успел хорошо изучить меня и просто ждал развязки.
— Сигурд, как ты думаешь, конунг сильно обидится на меня, если я отрежу язык этому рыжему болвану? — спокойно спросил я у страйкера.
— Ваша милость, думаете это его чему-то научит? — в тон мне ответил Сигурд. — Давайте уж я оторву ему голову. Все равно она пустая.
Рыжий Кнут покраснел и дернулся вперед, но черноволосый Магнус придержал его.
— Остынь, кузен. — И обратился уже ко мне: — Как насчет поединка на деревянных мечах? Ты и я. Так мы не нарушим закон. Если не боишься, конечно.
— Он не врет? — спросил я у Жана-Луи.
— Нет, — ответил тот. — Тут в парке есть специальная площадка. Уже несколько дней многие так выясняют отношения.
— Согласен, — кивнул я Магнусу. — Только у меня есть небольшое дополнение. Предлагаю твоему кузену тоже поучаствовать. Так мы сэкономим время.
Магнус и Кнут, улыбаясь, переглянулись.
Черноволосый оскалился:
— Ты сам напросился, южанин.
* * *
Вокруг широкой площадки возле дворца собралась небольшая толпа зрителей, среди которых были не только северяне, но и иностранные гости. Среди них я заметил высокого молодого человека со светлыми волосами и темно-синими глазами. Его
