— Надо спросить у моей матери, — наконец произнесла она. — У нее всегда с собой ключ от шкафа со сластями. — Это который?
— Вот этот, — девочка указала на шкаф в темном углублении, который явно остался незамеченным. — Но надо позвать матушку…
Шевалье обнял ее за плечи и усадил на скамеечку.
— Малышка, послушай меня. Из всех обитателей этого дома ты единственная осталась в живых, если не считать крошки Сильви, которой удалось убежать. Попозже ты к ней присоединишься, но пока…
Он замолчал, так как Жаннетта снова заплакала, осознав случившееся. В эту минуту к ним присоединился Корантен, осматривавший по приказанию хозяина библиотеку барона. Жан де Валэн разместил свои книги на самом верху башни, но и там бандиты тоже все разнесли.
— Возьми-ка нож и открой этот шкаф! — приказал ему Рагнель. — Возможно, там найдется какая-нибудь еда для этой бедняжки!
— Откуда вы ее взяли, сударь? Она такая черная. Не из Африки ли? — поинтересовался Корантен, ловко орудуя ножом.
— Из камина в спальне, где мы нашли госпожу де Валэн. Там есть тайник, который эта маленькая хитрюга сумела использовать. Она там и просидела со вчерашнего дня. Разумеется, без еды и воды…
В шкафу выстроились в ряд горшочки с вареньем, пряники и бутылки с различными сиропами. Вооружившись влажной тряпкой, Рагнель немного умыл Жаннетту. И та, чуть-чуть успокоившись благодаря его заботе, ела за обе щеки, прерываясь только затем, чтобы глотнуть воды. Сытая и достаточно чистая, чтобы можно было разглядеть, что она блондинка с голубыми глазами, малышка наконец согласилась ответить на вопросы своего спасителя. Проявив недюжинное терпение, мужчинам удалось восстановить, что же произошло в Ла-Феррьер тем прекрасным летним днем.
Баронесса де Валэн сидела в своей спальне перед небольшим секретером и писала письмо, а Жаннетта заканчивала расставлять цветы в большом медном кувшине. И тут, вслед за цокотом копыт многочисленных всадников, раздались первые крики. Хозяйка замка мгновенно вскочила на ноги и подбежала к окну.
— На нас напали! Но кто эти люди? Господи, мои дети! Она побежала вниз, а Жаннетта, посмотрев в окно и увидев, как падают первые жертвы, за ней не последовала. Она отлично знала о тайнике в камине. Ей показали его однажды, забавы ради. Напуганная до смерти, девочка, не раздумывая ни минуты, повернула механизм и пролезла в узкую щель. Воздух туда поступал из дымохода в камине. Она уселась там, закрылась и не произносила ни звука.
И, как оказалось, вовремя. Через несколько секунд Жаннетта услышала, как кто-то возвращается в спальню. Один человек или несколько тащили обратно баронессу и, вероятно, грубо с ней обращались. Маленькая служанка слышала ее стоны. Потом раздался шум, как будто ее бросили на кровать. И сразу же зазвучал грубый голос, сухой, металлический:
— Защищаться бесполезно! К вам на помощь никто не придет. И знайте, что я не уйду отсюда, пока не получу то, за чем пришел.
— Так что же вам нужно? Я полагаю, не я? Прошло столько лет…
Мужчина засмеялся, но слышать этот смех было неприятно. «Так, должно быть, хохочет дьявол», — уточнила Жаннетта.
— Для вас может быть… Но не для меня. А вы стали еще красивее, чем прежде. К тому же вы теперь вдова, следовательно, свободны. Почему бы вам и не стать моей?
— Никогда! Если для вас время ничего не значит, то же могу сказать и о себе. Вы меня по-прежнему пугаете… Просто наводите на меня ужас… Ничего не изменилось.
Рагнель мгновенно прервал Жаннетту, пораженный тем, с какой легкостью та передает диалог. И это несмотря на пережитый ею ужас.
— Господи, можно подумать, что ты помнишь все слово в слово!
— У меня очень хорошая память, сударь. Мне достаточно прочитать что-либо один раз, я все сразу запоминаю и пересказываю все очень точно, совсем так, как написано. Даже если это трудно и я совсем не понимаю слов…
Действительно, трудно было не удивиться, услышав такое впервые. Тем более Что Жаннетта произносила фразу за фразой без всякого выражения, монотонно и почти не переводя дух. Точно так же она стала бы пересказывать страницу на латыни.
Чтобы подбодрить девочку, Персеваль дал ей еще стакан сиропа, разведенного водой.
— Господь наградил тебя ценным даром, — заметил он. — Я надеюсь, что он не покинет тебя с возрастом. А теперь рассказывай дальше. Мадам де Валэн ответила этому человеку, что он наводит на нее ужас и что ничего не изменилось.
— Тогда он сказал, что с этим можно подождать, а сейчас ему нужны письма.
— Какие письма? — удивилась баронесса.
И Жаннетта подняла глаза к потолку, словно там было написано то, что она произносила вслух, и продолжила свой рассказ:
— Не изображайте из себя дурочку. Мне нужны письма, которые королева Мария Медичи писала маркизе де Верней. Очень опасная переписка для матери нашего нынешнего короля, потому что в них вся схема заговора, который привел в итоге к убийству Генриха IV. Заговора, составленного самой королевой. Эти письма купила семья Кончини за баснословные деньги, чтобы усилить свое влияние на Медичи на тот случай, если оно ослабнет.
— Минутку! — воскликнул де Рагнель, ужаснувшись тому, что слышит. — Ты хоть понимаешь, что ты говоришь?
— Нет. Я слышала слова, имена. Они остаются у меня в голове. И я должна их повторить так же, как услышала…
— Что значит «влияние»?
Девочка опустила глаза и укоризненно посмотрела на собеседника.
— Я не знаю… Я же вам говорила…
— Лучше вам не прерывать ее, господин шевалье, — вступился Корантен. — Она рискует все забыть.
И действительно, маленькой служанке не без труда удалось продолжить свое монотонное повествование. И все-таки Персеваль узнал, что в тот день, когда по приказу молодого Людовика XIII убили Кончини, королева Мария отправила Кьяру обыскать покои Леоноры, жены убитого. Она должна была хранить эти письма в своих апартаментах в Лувре.
С этого момента рассказ Жаннетты стал несвязным. Мадам де Валэн клялась своему палачу, что не нашла тогда писем. Но тот отказывался в это поверить, полагая, что компрометирующие бумаги у нее. Продолжение было кошмарным. Из глубины своего тайника полумертвая от ужаса Жаннетта слышала крики баронессы. Ее мучил мужчина, чтобы добиться своего. Он испробовал все. Наконец он привел детей, грозя убить их на глазах у матери. Несчастная кричала:
— Неужели вы думаете, что я допустила бы, чтобы моим детям причинили малейшую боль, если бы у меня были эти проклятые письма? Пощадите их, сжальтесь…
Но это не помогло. Клер и Бертрана убили. Их мать последовала за ними, после того как убийца утолил свою ужасную страсть, которую, по его собственным словам, он испытывал к баронессе…
