и штаб 33-й армии трижды докладывали в штаб Западного фронта об активизации противника в районе населенного пункта Износки. Сначала в оперативной сводке штаба армии № 59 по состоянию на 5 часов утра[46], затем в боевом донесении штаба армии за день[47].
Не дождавшись ответа, генерал-лейтенант Ефремов в боевом донесении № 49 вновь обратил внимание генерала армии Г.К. Жукова на серьезность положения ударной группировки армии, которая в любой момент могла оказаться в западне:
«ВЫВОДЫ:
1. Северная группировка противника стремится овладеть районом ЗУБОВО – ИЗНОСКИ и перерезать единственный путь движения войск армии, подвоза и эвакуации.
2. Вывод главной группировки армии в район ГРЕДЯКИНО, КРАСНЫЙ ХОЛМ, требует одновременного уничтожения северной группировки противника.
3. Ввиду большой активности ВВС противника, движение вперед частей армии сильно задерживается.
4. Настоятельно прошу:
а) беспрерывным патрулированием истребительной авиации прикрыть сосредоточение главной группировки армии в новом районе.
б) разрешить одновременным выполнением поставленной Вами задачи, частью сил ликвидировать северную группировку противника.
ЕФРЕМОВ
ШЛЯХТИН
КОНДРАТЬЕВ»[48].
Однако генерал Жуков никак не отреагировал и на этот доклад командарма-33.
Напрасно генерал-лейтенант Ефремов ждал ответа и думал, что его доводы окажутся вполне убедительными. Вместо ответа из штаба фронта неожиданно была получена грозная телеграмма командующего фронтом.
«ЕФРЕМОВУ.
Кто у Вас управляет дивизиями первого эшелона?
ЖУКОВ»[49].
На что Ефремов тут же, не задумываясь, ответил:
«Комфронта ЖУКОВУ
…Дивизиями первого эшелона управляет Военный совет АРМИИ. Выезд мой и опергруппы в район боевых действий первого эшелона 29.01.1942 года временно отложен в связи с обстановкой в районе Износки.
ЕФРЕМОВ»[50].
Генерал Г.К. Жуков снова телеграфирует:
«Тов. ЕФРЕМОВУ
«Ваша задача под Вязьмой, а не в районе ИЗНОСОК. Оставьте КОНДРАТЬЕВА в ИЗНОСКАХ. Самому выехать сейчас же вперед.
ЖУКОВ»[51].
Безусловно, командующий фронтом имеет право определять место, где должен находиться командующий армией. Даже надо сказать больше: исходя из обязанностей командира, он обязан определять места размещения командных пунктов подчиненных командиров и направление их перемещения в ходе боя. Но в данной ситуации, когда соединения ударной группировки армии удалились от главных сил более чем на 50 км, с отданием приказа о перемещении командного пункта армии вперед, рискуя, таким образом, судьбой и жизнью большой группы генералов и офицеров управления армии во главе с командармом, явно не стоило спешить.
История войн и военного искусства, знает сотни примеров, когда гибель командования самым негативным образом сказывалась на последующем ведении войсками боевых действий. Не следует забывать и о том, что командный пункт (штаб), это не только и не столько персоны командиров и офицеров штаба, а прежде всего до мелочей продуманная и всесторонне организованная система управления войсками, связи с ними и старшим начальником. Потеря управления порой приводит к куда более печальным последствиям в бою, чем потеря части сил и средств. Восстановить управление в бою в кратчайшие сроки порой не просто сложно, а почти невозможно и, как правило, влечет за собой значительные потери в людях и технике, что со всей очевидностью продемонстрировал начальный период Великой Отечественной войны. Разгром войск Западного фронта под командованием генерала армии Д.Г. Павлова в самые первые дни войны во многом был предопределен именно потерей управления войсками.
К тому же Георгию Константиновичу стоило немного «попридержать коней» и отдать распоряжение не таким тоном, а более соответствующе своей должности. Учитывая хотя бы тот факт, что всем было хорошо известно, что генерал Ефремов управлял войсками, находясь как можно ближе к переднему краю, порою пренебрегая не только требованиями руководящих документов по организации боя, но и личной безопасностью. Не надо забывать и том, что генерал Г.К. Жуков несколько дней назад лично приказал Ефремову иметь КП армии именно в Износках[52].
Получив приказ командующего фронтом о выдвижении командного пункта армии ближе к соединениям ударной группировки, генерал-лейтенант М.Г. Ефремов немедленно отдал распоряжение начальнику штаба армии генерал-майору А.К. Кондратьеву о подготовке оперативной группы к выезду, тем более что ее состав был уже определен накануне. Одновременно командарм поручил члену Военного совета армии бригадному комиссару М.Д. Шляхтину передать комбригу Д.П. Онуприенко, находившемуся в тот момент в 160-й сд, чтобы он обратил самое пристальное внимание на северную группировку противника, используя для борьбы с нею 110-ю и 222-ю сд.
В ночь с 30 на 31 января 1942 года оперативная группа армии тронулась в путь. Вместе с генерал-лейтенантом Ефремовым Михаилом Григорьевичем выехали:
заместитель начальника штаба армии – начальник оперативного отдела штаба армии полковник Киносян Степан Ильич;
заместитель начальника политотдела армии полковой комиссар Владимиров Александр Федорович;
начальник особого отдела НКВД капитан госбезопасности Камбург Давид Ефимович;
начальник контрразведки армии капитан госбезопасности Королев Семен Михайлович;
военный прокурор армии полковник юстиции Зельфа Александр Александрович;
заместитель председателя военного трибунала армии майор Ляшкевич НЕТ ИМЕН Арсентьевич;
старший помощник начальника оперативного отдела штаба армии подполковник Руссков Гавриил Гаврилович;
старший помощник начальника оперативного отдела штаба армии майор Толстиков Павел Федорович;
начальник оперативного отделения штаба артиллерии армии капитан Гуртовенко Александр Петрович[53];
заместитель командующего армией по ВВС подполковник Гончаров Малах Осипович;
начальник разведывательного отдела штаба армии – подполковник Гладченко Павел Алексеевич;
начальник связи армии полковник Ушаков Николай Константинович;
начальник штаба инженерных войск армии подполковник Петерс Георгий Борисович;
помощник начальника разведывательного отдела армии по войсковой работе майор Дерека Евгений Михайлович;
старший помощник начальника отдела связи военинженер 1-го ранга Кризенталь Александр Янович;
помощник начальника отдела связи армии майор Коптюгович Георгий Иванович;
помощник начальника политотдела армии по комсомольской работе Давыдов Иван Федорович;
исполняющий обязанности начальника 8-го (шифровального) отдела, помощник начальника отдела, старший лейтенант Зигун Иван Гаврилович;
помощник начальника 8-го (шифровального) отдела, старший лейтенант Добровольский Иван Данилович;
помощник начальника шифровального отдела, лейтенант Сеньковский Иван Иванович;
помощник начальника шифровального отдела, лейтенант Якимов Иван Васильевич;
помощник начальника шифровального отдела, младший лейтенант Кузнецов Владимир Николаевич;
адъютант командующего армией майор Водолазов Михаил Федорович;
ординарец командующего армией, техник-интендант 2-го ранга Косой Зельман Шаманович.
В составе группы также находились офицер связи старший лейтенант Приступа, водитель командарма Легков, вестовой Колтушев, а также ряд других должностных лиц.
Вместе с генерал-лейтенантом М.Г. Ефремовым в составе оперативной группы также убыл представитель Генерального штаба Красной Армии подполковник Борисенко Николай Николаевич.
Кроме перечисленных выше должностных лиц штаба армии в составе оперативной группы убыли также командиры, красноармейцы и технические работники различных отделов штаба и партполитаппарата, группа офицеров особого отдела НКВД, ряд должностных лиц управления начальника артиллерии армии, а также специалисты управления тыла, санитарного, ветеринарного и интендантского отделов, другие должностные лица, в том числе работники военторга[54].
Всего оперативная группа штаба армии насчитывала
