– Он сказал мне, что не может себе позволить иметь дело с интересным сумасшедшим. Из чего я заключил, что он ужасно хочет такового заполучить.
– Конечно, хочет, – подтвердил Мондар. – Но вы ему нужны только для того, чтобы использовать вас для себя. Его не интересует то, что вы можете сделать для других... Клетус, вы знаете, как появились экзотийцы?
– Да, – ответил Клетус. – Я почитал о вас, прежде, чем обратиться с просьбой о переводе. Ассоциация по Исследованию и Развитию Наук Экзотики, согласно моим источникам, разработала земной культ черной магии двадцать первого века, называющийся Союз Часовен.
– Все правильно, – ответил Мондар. – Союз Часовен – идея Уолтера Бланта. Он был выдающимся человеком, Клетус. Но подобно многим людям своего времени, он не мог принять того факта, что окружающее его пространство внезапно утратило цельность и стало включать в себя бесчисленное количество миров, разбросанных в межзвездном пространстве.
Вероятно, вы также хорошо знаете историю периода, когда инстинктивный страх человека перед космосом, находящимся за пределами Солнечной системы стал нарастать и взорвался кровавыми социальными потрясениями. Этот страх породил ряд обществ и культов людей, пытавшихся примириться с ощущением своей незначительности и уязвимости. Блант был борцом. Его реакцией на все это стала революция...
– Революция? – переспросил Клетус.
– Да, в буквальном смысле революция, – подтвердил Мондар. – Еще Блант хотел разрушить часть существующей объективной физической реальности – при помощи примитивного психологического рычага. Он назвал то, что собирался сделать, «сознательным разрушением». Он призывал людей: «Разрушайте». Но не смог заставить даже самых ярых неврастеников своего времени перешагнуть эмоциональный барьер. А затем на посту главы Союза Часовен его заменил молодой горный инженер, потерявший руку во время несчастного случая в шахте.
– Потерявший руку? – резко воскликнул Клетус. – Какую?
– Левую... Да, думаю, это была левая рука, – ответил Мондар. – А в чем дело? Его звали Пол Формейн.
– Фортмейн? – снова перебил его Клетус.
– Без «т», – ответил Мондар и произнес имя по буквам, с любопытством глядя на своего собеседника. – Что в моем рассказе вызвало у вас такой интерес?
– Некоторые совпадения, – ответил Клетус. – Вы сказали, что у него была только одна рука. Значит, правая, которая уцелела, должна была быть очень сильной благодаря компенсирующему развитию. И его имя звучит очень похоже на «форт – мейн». Эти слова использовали норманны для обозначения своей политики относительно побежденных ими англичан после захвата Англии в одиннадцатом веке. Дословно это значит «сильная рука». Так называли политику, при которой применялась любая, необходимая для удержания англичан под контролем, сила. Так вы говорите, он возглавил Союз Часовен, сместив этого Бланта?
– Да, – Мондар нахмурился. – Клетус, я вижу совпадения, но не понимаю, почему они важны.
– Может и не важны, – ответил Клетус. – Продолжайте. Формейн возглавил Союз Часовен и основал вашу Ассоциацию Экзотики.
– Для того, чтобы это сделать, ему пришлось почти разрушить Союз, – продолжал Мондар. – Но он пошел на это. Он поставил иную цель, заменив революцию эволюцией. Эволюцией человека, Клетус.
– Эволюция, – задумчиво повторил Клетус. – Так вы думаете, что процесс эволюции человеческой расы можно сделать управляемым? Каким же будет результат?
– Конечно, точно мы этого не знаем, – ответил Мондар, складывая руки на коленях. – Могла ли обезьяна представить себе человека? Но мы уверены, что семена новых ценных качеств еще должны прорасти в человеке. И наше, жителей Экзотики, предназначение – отыскать эти семена, а обнаружив, помогать их росту до тех пор, пока новый человек не станет частью нашего сообщества.
– Извините, – Клетус покачал головой. – Я бы не смог посвятить этому свою жизнь. Меня ждет другая работа.
– Но это – часть вашей работы, а ваша работа – часть моей! – Мондар наклонился вперед, его ладони распахнулись. – На наших членов не накладывают никаких ограничений, каждый работает на будущее так, как он считает нужным. Единственное, чего мы требуем, – это в случае, если таланты кого-то из нас понадобятся сообществу, предоставить их в его расположение. В свою очередь, сообщество предлагает каждому свои таланты для того, чтобы он мог совершенствоваться физически и умственно и эффективнее выполнять свою собственную работу. Вы знаете, что вы умеете делать сейчас. Подумайте, что вы могли совершить с нашей помощью!
Клетус снова покачал головой.
– Если вы не примете наше предложение, – предупредил Мондар, – это послужит сигналом опасности для вас, Клетус. Сигналом неосознанного желания с вашей стороны пойти по пути де Кастриса. То есть, поддаться искушению манипулировать людьми и ситуациями, вместо того, чтобы посвятить себя цели гораздо более важной, хотя и менее стимулирующей эмоционально борьбе за обретение принципов, постепенно поднимающих людей выше всяких манипуляций.
Смех Клетуса был немного мрачным.
– Скажите мне, – сказал он, – правда ли, что вы, жители Экзотики, принципиально не носите оружие и не применяете его даже для самообороны? И поэтому для своей защиты вы используете наемников типа дорсайцев или заключаете соглашения с политическими группами, подобными Альянсу?
– Да, но не по той причине, по которой, как многие считают, мы это делаем, – быстро ответил Мондар. – У нас нет никаких запретов в отношении оружия. Возникающие эмоции настолько мешают ясному мышлению, что люди, подобные мне, предпочитают не прикасаться к оружию. Но никаких ограничений в этом для наших людей нет. Если вы хотите писать свою книгу по военной тактике или даже иметь и носить оружие...
– Мне кажется, вы меня не поняли, – сказал Клетус. – Ичан Хан мне кое-что рассказал. Вы помните, когда перевернулась штабная машина сегодня утром, он предложил вам не сдаваться ньюлендским партизанам живым – по понятным причинам? Вы ответили, что всегда можете умереть. «Мое тело, – сказали вы, – подчиняется только моим приказам».
– А вы считаете, что самоубийство – это форма насилия?
– Нет, – ответил Клетус. – Я просто пытаюсь объяснить вам, почему из меня никогда не получится экзотиец. Своим спокойствием перед лицом возможных пыток и необходимостью самоуничтожения вы продемонстрировали особую форму безжалостности. Безжалостности по отношению к себе – но это только обратная сторона медали. Вы, экзотийцы, безжалостны по отношению ко всем людям, потому что вы философы, а философы в общем – безжалостные люди.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
