Остатки сильно потрепанных флотов, подобно двум подравшимся котам, в которых мальчишка кинул камень, разбежались в противоположных направлениях. Испанцы — на северо-восток, англичане — дальше по проливу на юго-запад. Поле битвы осталось за нами.
— Предлагаю, наведаться в Лондон. Он тут не далеко. Следует разъяснить их королеве, что не стоит подобно бешеной собаке бросаться на мирно проходящих мимо. — Предложил Игнат Плещеев. Победа добавила молодому человеку изрядной самоуверенности.
— А если по пути в Лондон кто-нибудь применит против нас снова эту чертову воздушную магию? — Задал закономерный вопрос еще один из Плещеевых, имени которого я не знал. — Темза — это вообще-то не слишком широкая речка. Без кораблей останемся.
— Риск слишком велик. — Подвел итог короткого совещания Андрей. — Лучше погоняем остатки их флота. Так и нам меньше риска и им ущерба больше будет. А разъяснить королеве мы и через посланца сможем.
Не слишком долгая погоня закончилась в гавани Портсмута. Именно здесь собрались остатки сбежавших от нас кораблей. Здесь мы и закончили нашу войну. Возможно, для испанцев укрепления порта и представляли непреодолимое препятствие. Во всяком случае, хорошо замаскированные батареи на далеко в море выступающих полосках земли по обе стороны гавани смогли выпустить в нас первый залп своих ядер. Судя по нанесенным нам повреждениям, а нам снесло мачту и хорошенько побило такелаж и корпуса у наших соседей, еще бы два или три таких залпа и стало бы нам совсем кисло. Но мы же не какие-нибудь испанцы! Снаряды с магической начинкой, выплюнутые нашими орудиями в ответ, перемешали с землей позиции бравых английских артиллеристов. Близко к кораблям приближаться не стали. По самым ближним отработали артиллерией, а она достает куда дальше, чем пушки с судов англичан. Те корабли, что стояли возле самого пирса, я обработал фениксами. Английские моряки, очевидно, заранее предполагали такой ход событий, поэтому еще до того, как мы начали атаку начали споро грузиться с кораблей в лодки. Вся акватория порта была усеяна этими средствами спасения. Чтобы не уходить пустыми наложили на портовые власти контрибуцию, угрожая в случае невыполнения наших требований спалить город. Учитывая, что в тот момент в порту уже догорали последние английские корабли, в серьезность нашей угрозы поверили безоговорочно. Чтобы окончательно согласовать размеры и порядок контрибуции к нам из города была отправлена делегация. Десяток преимущественно пожилых, богато разодетых мужчин с испуганными выражениями на лицах. Среди всех этих гражданских выделялся один совсем еще не старый человек. Граф Ноттингемский, адмирал уже не существующего флота — так он представился. Он не боялся. Скорее на лице его застыла маска обреченности. С этим-то человекам мы и решили отправить свое послание для английской королевы.
— Я передам ваши слова, джентльмены. Если мне, конечно, еще хоть раз доведется переговорить с нашей доброй Бесс, прежде чем моя голова скатится с этих плеч.
— Неужели вы считаете, что вас казнят? Ведь вы же вроде бы маг, а значит важный ресурс для вашего государства. — Чисто из вежливости поинтересовался я. Мне было, в общем-то, наплевать на дальнейшую судьбу английского аристократа.
— Маг воды. С этим было связано присвоение мне графского титула и назначение адмиралом нашего несчастного флота. Но флота нет, а народу должен быть показан виновник случившейся катастрофы.
— В таком случае мы можем забрать вас с собой. Для нашего клана Плещеевых вы станете хорошим приобретением. — Сразу попытался наложить лапу на потенциальное пополнение для своего клана Андрей. — В дальнейшем возможно образование нового рода в составе клана с вами во главе.
— Не представляете, как мне жаль, что я вынужден отказаться.
— Но почему?
— Так пострадаю один я. Мои близкие сохранят все свои титулы и привилегии. В случае же если я сбегу с вами, закончится многовековая история всего моего рода. А она исчисляется еще со времен римского владычества.
— Уважаю ваше решение. — Отступил наш адмирал. — Тогда приступим к обсуждению размеров контрибуции, господа. А капитана, который без всяких причин атаковал наши мимо проходящие корабли, скорее всего уже наказал сам господь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Сильно в этом сомневаюсь, — осклабился граф. — В последний раз, когда я его видел, Джон Хокинс, забрав у меня почти все печати, уходил со своей каперской эскадрой в погоню за сбегающей частью испанского флота.
— Джон Хокинс? — Возбужденно воскликнул Дрейк, тоже присутствующий на этих переговорах.
— Что за печати? — Поинтересовался я одновременно с Дрейком.
— Да Джон Хокинс. Капер на службе ее величества. — Ответил англичанин Френсису Дрейку, сделав вид, что не услышал моего вопроса. — Вы с ним знакомы?
— Это мой двоюродный брат. Именно он отправил меня с моим кораблем, как и еще одного капитана для помощи Веселому Джеку в атаке на Золотые галеоны испанцев. Сам-то он в это времечко был сильно занят. Продавал черное дерево с берегов Африки этим же самым испанцам. А я попал в плен вот к этим джентльменам. — Дрейк повел руками, обозначая окружающих его людей.
— Вы остались живы! — Пожал плечами английский граф, показывая, что не осуждает соотечественника, пошедшего на службу к нынешним врагам их общей Родины.
Жаль, ценностей в этом порту было все же маловато. Не стала еще Великобритания владычицей морей. И, похоже, уже и не станет. Соседи не дадут. Раньше-то англичан их флот защищал. А графа я все же дожал. Он не просто рассказал о печати, с помощью которой английские маги ветра научились вызывать сильные направленные бури, но и отдал в счет контрибуции один из оставшихся в его распоряжении образцов.
Странно, памятью, доставшейся мне когда-то от одного благодарного духа, я опознал эту печать, как обычный магический веер. Но адмирал быстро меня убедил, выпустив из последней еще остававшейся у него на руках такой же в точности печати точно такую же погодную аномалию, что доставила нам столько неприятностей. Что же, продукция двойного назначения мне еще с прошлой жизни хорошо известна. Надо будет перешерстить память, может еще, что перспективное подберу.
Мы чинили и грузили наши корабли, а в окрестностях захваченного нами Портсмута скапливались войска английской королевы. Вот-вот можно было ожидать штурма. Битва на суше была нам совершенно не нужна. Этот английский город все равно было не удержать. Да и нафига он вообще нам сдался? Поэтому, прекратив погрузку, мы отправились в обратный путь.
Правильно ли мы сделали, что поддавшись эмоциям, уничтожили английский флот? Не знаю. Чарльз Говард, граф Ноттингемский, например, уверял, что мы совершили самую большую ошибку. Только англичане, по его словам, сдерживали экспансионистские устремления Испании, и скоро нам придется в этом убедиться. С другой стороны, мы показали всему миру, что стоит уважать добродушного мишку, бредущего куда-то вдаль по нашему флагу. А противовесы для Испании…, так как это говорится в мудрой пословице: свято место пусто не бывает. Ослабли англичане? Найдутся голландцы. Или немцы. Турки, на худой конец. К тому же, и у Испании корабликов значительно поубавилось. Может и сохранится оно, равновесие то? Будет просто на чашках весов мировой политики чуточку поменьше груза с обеих сторон. А мы что? Мы просто будем жить!
Вышли в Атлантику, развернули паруса. И, подгоняемые попутным ветром, заторопились домой. Я лежал пластом в своей каюте. Перенапрягся, пытаясь установить связь с женой. Весточку то туда передал бы без проблем. Но мне очень хотелось получить и ответ, чтобы убедиться, что у моей семьи все в порядке. А это не просто информацию перенести, это письмо от нее ко мне доставить требуется. Материальный предмет на большое расстояние, да еще и над враждебной стихией. Перенапрягся. Придется теперь страдать почти до самого дома. Но зато знаю, что у них все в порядке. Да и Светла не волнуется больше о моей судьбе и успехе нашей экспедиции.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Снова всенародные гуляния. Снова никто не работает. Что-то многовато у нас праздников в этом году! Но, черт возьми, как же это замечательно, вернуться после долгого отсутствия домой, ощутить крепкие объятия любимой жены, увидеть, насколько боготворят тебя, как удачливого правителя, твои подданные! Три дня гуляли!
