Игмаген поцеловал висящий на шее знак колеса, поклонился, поднимая руки над головой, покачался немного на носках и вновь заговорил более низким голосом:
- Мы воздаем славу только Знающим и только им повинуемся, только их слушаем.
Народ медленно, нестройно и невнятно загудел, повторяя за Игмагеном первый закон.
- Мы соблюдаем все правила, которые дает нам Орден Знающих, мы повинуемся молча, не смея возражать и навлекать гнев Знающих.
Снова нестройный гул толпы, почти заглушающий звук колокола. Нас почувствовал странное желание присоединиться к толпе и повторить правило вместе со всеми. Слова уже запечатлелись у него в голове, и, почему-то, стало казаться, что вместе с ними приходит покой и отупение. Лишние тревоги, сомнения - все исчезает, растворяется в человеческом шуме.
Нас передернул плечом и мотнул головой. Игмаген действительно имел власть над этими людьми.
- Мы всегда платим за нарушения воли Знающих. А Знающие всегда выражают волю Создателя.
Последнее правило. Все верно, Нас это понимал отлично. Повинуйся, молчи, плати. Звучит по-другому, но это все те же законы, на которых держится власть магов.
Игмаген опустил руки, и на Площади Праведников воцарилась тишина.
- Никаких идолопоклонников мы не потерпим на землях нашего королевства, - громко возвестил Праведный Отец, и Нас кинул на него удивленный взгляд. К чему он клонит? Вряд ли он осмелится напасть на Наса и его отряд, Невидимые сейчас совсем рядом, они вступятся, и Праведный Отец будет посрамлен.
- Никаких нарушений законов Создателя и Знающих мы не потерпим на своих землях. Неурожай, холод и голод - вот наказания Создателя, которые падут на народ, если мы забудем волю Знающих. Берегитесь непослушания, дети мои!
Народ согласно закивал, но тишина над площадью нарушалась лишь гудением колокола. Все молчали, покорно подставляя головы под моросящий дождь. Сколько людей тут собралось? Многочисленная толпа простиралась далеко за каменные стены строящейся башни. Тянулась куда-то по улочкам, и конца ей не было видно. Когда это Игмаген успел собрать весь город на Площади Праведников? Или это так принято - собираться по утрам в этом месте?
- Сегодня мы вынесем осуждение для моей старшей дочери, и пусть все в городе знают, что закон одинаков для всех, и нет ни одного исключения!
Нас подался вперед. Ярость мгновенно загорелась в нем, точно огонь, вызванный магическим порошком. Вот для чего позвал его сюда Игмаген, драная толстая лисица! Возможно, он заметил взгляды Илаи на него во время вчерашней трапезы. И его собственные улыбки заметил! И теперь затеял какую-то игру?
- Моя дочь, Илая, вчера нарушила повеления Знающих не соблазнять мужчин, и явилась к моему гостю без покрывала и целовала его в губы. Она думала, что этот грех ее, это преступление, бросающее тень на мой дом, останется неузнанным. Но для Знающих нет ничего тайного, потому бойтесь преступать законы и согрешать, жители Тханура! Моя дочь будет выпорота публично, перед всеми. Пятьдесят ударов плетью для нее, чтобы было заплачено кровью за содеянное зло. И волосы ее будут подстрижены, чтобы гордость ее была унижена, и красота, служащая соблазном, испорчена. Создатель не для того создал женщину, чтобы она соблазняла честных мужчин и совращала их на путь греха.
Толпа ответила еле слышным вздохом, после снова воцарилась тишина. Нас чувствовал, что еще совсем немного - и его ярость вырвется наружу. Тогда войны не избежать. Если Нас сейчас вмешается в дела соседнего королевства - вряд ли можно будет остановить войну. А это новые убытки и новые смерти для кланов. За себя Нас не боялся, он знал, что Невидимые не подведут, он выберется из Тханура, но какой ценой? Терять своих людей, а заодно и мир между королевствами, ему не хотелось.
Суэмцы говорили, что Создатель добр и милосерден. Где же тут милосердие? Или людям милосердными быть необязательно? Толпа на площади жаждет крови. Оживились мужчины, закивали женщины, запрыгали в нетерпении дети. Для них это будет развлечением. Ведь интересных событий так мало, а работы так много. Все хотят увидеть что-то необычное, что-то, что развеет скуку и страх хоть на какое-то время. Сегодня не они платят за свои грехи, сегодня не на них пала кара Знающих.
Нас почувствовал, как загорается внутри отвращение. Проклятые люди, проклятый город, проклятый Орден Всех Знающих!
- Есть одна возможность - заплатить цену за того, кто согрешил. Выкупить золотом. Если у кого есть золото, вы можете назвать свою цену и внести ее в Храм Всех Знающих. Тогда Илая будет отпущена! - снова прогремел бас Игмагена.
Нас дернулся. Конечно, он может заплатить, если только золото идолопоклонника пойдет в качестве цены. Золото ведь не поклоняется "идолам" и всегда остается только золотом.
Показалась девушка, которую вели два рыцаря. Распущенные волосы, простое, грубое платье до пят, поникшая голова. В этой тоненькой сжавшейся фигурке с трудом угадывалась смелая зеленоглазая Илая, губы которой были такими мягкими и сладкими. У Наса защемило сердце, едва он вспомнил ночные поцелуи.
- Я заплачу за Илаю, - громко сказал он.
Игмаген обернулся, повел рукой, приглашая Наса подойти поближе. Поднял брови и негромко попросил:
- Повтори, и погромче.
- Я плачу за Илаю. Столько, сколько потребуется.
Игмаген широко улыбнулся, повернулся к народу, и колокол на башне наконец замолчал.
- Мой гость, Верховный Маг Верхнего королевства, который приехал почтить Знающих и поклониться им - он принесет цену за Илаю.
Палач - рыцарь в железной рубашке и алом плаще - остановился на самом краю помоста. Илая тоже замерла, не поднимая головы. Вода стекала по ее распущенным волосам, по складкам простого длинного платья.
Игмаген снова принялся говорить о том, что надо слушать волю Знающих, иначе всех настигнет голод, холод и проклятия. Нас уже не стал прислушиваться, и так стало ясно. Все вдруг выстроилось в четкую картинку, и от того, что замыслы Праведного Отца наконец стали понятны, Нас даже слегка улыбнулся.
Конечно, платой за Илаю будет служба. Приведи девочек Моуг-Дган - вот, что скажет ему Игмаген. Ты, мол, обещал на площади, перед всем народом, перед духами и миром Невидимых, что заплатишь. А цена именно такая. И это третий закон, его надо соблюдать.
Нас приблизился к Игмагену, положил руку ему на плечо и внятно, резко произнес:
- Я приведу тебе потерянных девочек, я принял решение еще ночью. Не обязательно было устраивать этот фарс, Праведный Отец.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
