– Надо было еще после «поцелуя на удачу» отправить парня на корм иглохвостам… – недовольно пробурчал Демон.
– Ты бы никогда так не сделал.
– Я бы никогда так не сделал, – он послушно выдохнул.
– Знаешь, я ведь подслушала твой разговор с мисс Эмеральд… о кукле, – я спрятала смущение в складках его рубашки.
– Я догадывался.
– Ты зря думаешь, что Артур… Что он… – я замялась, не зная, как сформулировать то, в чем и сама не была до конца уверена. – Крестный всегда говорит о тебе, как о лучшем. Во всех смыслах. Уверена, он бы простил тебе эту… маленькую слабость.
На последних словах Карпов раскатисто фыркнул. Ну, может, и не такую маленькую…
– Я не готов проверять это сейчас, – бросил Андрей так резко, что я поняла: тема закрыта. Он устало поднял глаза к потолку. – Какая, тролль раздери, нелепость…
На пасмурно-бледном лице читалось столько эмоций… Неужели это оно днем в фойе выглядело бесстрастным и равнодушным? Теперь я почти не сомневалась, что, ко всему прочему, Андрей беспокоился, что наши отношения смогут причинить боль одному из немногих дорогих ему людей. Еще одному…
– Это не любовь. Брендан просто подумал, что так всем будет удобно, – я успокаивающе погладила его плечо. – У него пройдет.
– Надеюсь. Мне бы очень не хотелось с ним драться, Анна. Очень.
– Не придется. Почти уверена, что его ждет крайне неудобное будущее в лице одной рыжей ворчуньи… – мечтательно пробормотала я, поплотнее вжимаясь щекой в твердую теплую грудь, обтянутую черной тканью. С чудесным ароматом пригретых солнцем трав совсем не хотелось расставаться и я, набравшись наглости, спросила: – Можно остаться сегодня тут?
– Нельзя.
– А если очень хочется?
– Все равно нельзя, – хмыкнул вредный Демон и потрепал меня по волосам. – Через час сюда придет Артур, и мы засядем за мои расшифровки. Будет неловко, если в один прекрасный момент он решит заглянуть в спальню и обнаружит свою крестницу на моей подушке.
– Неловко, – я попробовала на вкус словечко и хихикнула.
– Очень, очень, очень неловко…
Глава 4. Запах моря
– Ты странно пахнешь, Ани, – ворчливо заявила Джен, вламываясь в спальню шестикурсниц и с разбегу падая рядом со мной на постель.
Занятия уже прошли, но соседки еще не вернулись из библиотеки – готовились к экзаменам. И только у меня в голове мысли гарцевали обезумевшими скакунами, заставляя глупо пялиться в потолок.
– Что-то медицинское? Йод?
– Это запах моря, дурочка, – мечтательно пробормотала я, отстраняясь от наглой подруги, кутаясь с головой в одеяло и томно потягиваясь. – Настоящего… Соленого… Северного… С ветром и пенистыми гребнями волн… С серыми круглыми камешками, разбросанными на мелком-мелком песке… А не дурацкого южного с раскаленной галькой и бурыми водорослями, в которых путаются ноги…
– Бредишь, да? Тетя тебя совсем умотала… – фыркнула подруга, и я не поняла, причем тут Аманда. Моя крошечная ложь давно выветрилась из головы. – Или сама по себе с ума сошла?
Как есть, сошла. Только в какой момент? Сегодня был понедельник. Расстались мы с Джен в пятницу. А посередине случилось крупномасштабное безумство, от воспоминаний о котором поджимались пальцы на ногах, а по пояснице танцевали мурашки.
***
Пятничным вечером я всерьез озаботилась подготовкой к экскурсии, которую мне предстояло провести. Важность возложенной на мои хрупкие плечи миссии не подвергалась сомнениям. Я ведь и сама когда-то была Милой Леди из «Эншантели», разбирающейся лишь в бытовых заклятьях, конфитюрах и супах. И вот она я – отучилась почти целый учебный год в Петербургской Академии и даже умудрилась пройти экзаменационный поединок.
Позади шесть бесполезных лет, в течение которых из меня делали покорную глупую куклу. Впереди – настоящее будущее (если, конечно, крестному удастся переубедить арканов класть меня на алтарь). Две специализации. И шанс получить реальную, взрослую, полезную профессию.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Минимум, что я могу сделать – это предложить такое же будущее двенадцатилетним девочкам. Магическое сообщество, конечно, консервативное и закостенелое, но и в нем случаются перемены. Возможно, профессия «Идеальная жена» со временем вообще исчезнет из оборота. Мадам Буше отправят на заслуженный отдых, а девушки-волшебницы смогут стать теми, кем захотят.
Мне до мурашек хотелось представить Академию с самых лучших сторон. Не с тех, которыми она повернулась ко мне в первый день учебы. Во-всяком случае, второй подвал и залитый слизью кабинет зельеварения я планировала обойти стороной. С устрашающего вида чудовищами – вроде Карпова и Валенвайда – лучше тоже в коридорах не сталкиваться.
Поэтому вечер пятницы был отдан на откуп библиотечным книгам. Я закопалась в фолианты, пылящиеся на дальнем стеллаже. Таблички с описанием разделов гласили: «Вклад Авроры Мудрой в развитие Санкт-Петербургской Академии магии», «История основания Академии», «Биографические сведения о графине Авроре Воронцовой»… Но пока все, что я находила, было до зубовного скрежета скучным и в голове звучало монотонным «бла-бла-бла».
– Неожиданное место для встречи, – хмыкнули за моей спиной, и я порывисто обернулась. Андрей стоял, привалившись к стеллажу плечом. – Неужели вспомнили о подготовке к промежуточному экзамену?
– Я… нет. Не вспомнила, – виновато вздохнула я. – А что тут делаете вы?
Мы, не сговариваясь, продолжали общаться «на вы» даже там, где нас никто не слышал. На всякий случай. К тому же, был в этой уважительной манере определенный шарм.
– Хотел узнать, как поживает моя девушка.
В груди взволнованно екнуло. Девушка! Начало сумасшествию положено.
– Вашу девушку обременили обязанностями гида для делегации из «Эншантели», – покорно призналась я.
– Делегации? Ах, вы про стадо двенадцатилетних писклявых девиц, которое каждый год носится по Академии с ошарашенными глазами? Пожалуй, мне следует придумать себе командировку на этот день, – фыркнул Карпов. – И что вы ищете в секции, посвященной горе-основательнице?
– Что-нибудь… нескучное. Такое, что впечатлило бы… «стадо двенадцатилетних писклявых девиц», – хихикнула я, вспомнив, что сама когда-то была двенадцатилетней и отменно писклявой. – Может, тогда они будут меньше носиться и пугаться. И вам не придется сбегать из Академии в этот день.
Я не стала уточнять, что в следующее воскресенье планирую отмечать свое долгожданное магическое совершеннолетие. Почему-то казалось, что он эту дату тоже держит в уме.
– Жизнь Авроры была какой угодно, но только не скучной, мисс Дэлориан. С этим даже я не могу поспорить, – Карпов подошел ближе. – Расскажите им про Августуса Блэра.
– Это мрачно. Они перепугаются и разбегутся. Девочкам не интересно про войну. Им нужна романтика… – мечтательно заявила я.
– Я что-то об этом слышал, – хмыкнул Демон. – Не рассказывайте о войне. Рассказывайте о любви. Вот, попробуйте эту.
Он достал с полки книгу с новенькой, никем не затертой глянцевой обложкой.
– Она современная, – неуверенно проворчала я.
– По-вашему, истину можно узнать только из старых книг, рассыпающихся в руках? Это свежее издание, но в нем собраны письменные свидетельства очевидцев.
– Ладно… Спасибо, – я прижала к груди тонкий томик и позволила себе улыбнуться профессору.
Он продолжал стоять, разглядывая меня, будто сам никуда не спешил. За ним такое не водилось. Обычно Демон черным коршуном летал по коридорам Академии и был занят тысячей вещей одновременно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Вы так смотрите…
– Как именно? – уголок демонического рта дрогнул в зачинающейся улыбке.
– Так, словно пытаетесь что-то угадать по моему лицу. Узнать какой-то ответ.
– Хочу кое-что вам предложить, – Карпов откашлялся в кулак. – Но не знаю, с какой стороны к этому подойти.
4.2
Между стеллажами, забитыми старыми книгами, повисла почти осязаемая тишина. Словно ком воздушной сахарной ваты разросся между мной и Демоном и теперь щекотно лез в нос и уши. Что он хочет мне предложить, раз даже сам не знает, с какой стороны к этому подойти?
