шире, — А вот статус Великого Охотника, дал мне свободу и неприкосновенность.
— Неприкосновенность? Не смешите меня, — я усмехнулся.
— Да, знаю, звучит это достаточно наивно, — согласился Шанс, — Но я сейчас говорю не об императоре, а о дворянах и аристократии в целом. Сам подумай, что будет, когда ты попытаешься вернуться? — спросил он меня, заглянув в глаза.
— Думаю, начнутся бесконечные жалобы и обвинения в сторону императора, ведь я оказался жив, — сделал я предположение.
На самом деле я и раньше задумывался по этому поводу. Даже если меня отпустят, то как всё это воспримет аристократия Красноярска? Я прекрасно помню ублюдков, что сидели и лыбились, глядя на меня, когда мне зачитывали приговор. И им было абсолютно плевать, что натворили их так называемые родственнички. Они требовали мести, требовали от императора справедливости, которой там и не пахла, и он им её дал.
— Не только, — одобрительно кивнул он, — А ещё они попытаются от тебя избавиться своими силами. Вытолкнуть из общества. Навесить на тебя ярлык преступника. Чтобы куда не направился, все знали, кто ты есть на самом деле. Мерзкий ублюдок, убийца, насильник, вор… Я могу продолжать этот список до бесконечности. И неважно, был ли ты виновен во всех этих преступления или только в их части.
Тут он был совершенно прав. Кто будет покупать у меня продукцию, зная, что я Стигма? А если и будут, то обязательно найдутся добрые люди, что расскажут им, что делать этого не стоит.
— Выходит, в Красноярске мне делать нечего? — на полном серьёзе спросил я.
— Как сказать, — капитан почесал затылок, — Воспользуешься моим советом и можешь делать всё что угодно, никто слова не скажет. В разумных пределах, естественно, — он сразу осёкся.
— Так уж и никто? — с сарказмом спросил я, понимая, что такого никогда не будет.
— Ну, этот мир полон кретинов, так что на наш век хватит, — он засмеялся, — Не дрейфь, император не такой уж и кусок дерьма. Он делает всё, чтобы Российская Империя оставалась на плаву. А мы, Великие Охотники, в обмен на подобные привилегии, иногда ему в этом помогаем, не больше и не меньше. Думай! — он хлопнул меня по плечу и направился обратно на капитанский мостик.
— Думай… — пробормотал я себе под нос.
На самом деле, как бы я сейчас ни подгорал от непрошеных советов, в душе прекрасно понимал, что Шанс протянул мне ту самую соломинку, что я так долго искал. Забавное у него прозвище… Шанс… А ведь и правда, если всё именно так, как он и сказал, то у меня появлялся неплохой шанс восстановиться в своих правах, а все ублюдки, что отправили меня на эшафот, могут идти к чёрту или сдохнуть. Вряд ли мне дадут безнаказанно убивать, но я к этому и не стремился никогда. Как он и сказал, этот мир полон кретинов, что сами лезут на рожон.
Решено, как только советник объявится, потребую у него разрешение или что там они все получают, чтобы стать «Великими Охотниками»? Если так подумать, то у меня уже и имя второе имелось. Чёрный Егерь… Звучит ведь неплохо? Верно? Осталось только лодку себе раздобыть.
Я вспомнил про военный катер, что находился у меня на базе. В целом, он бы подошёл под мои нужды, но судя по тому, что рассказала мне Кира, от него там и вовсе остались одни рожки да ножки. Надо смотреть по существу. Граф Бестужев, бывший владелец лодки, сейчас, наверное, пританцовывает, ожидая от меня пять миллиардов рублей за катер, который после атаки бандитов и вовсе в решето превратился. Хотя… Кого я обманываю? Он ведь и до атаки таковым являлся.
Значит, решено! Я улыбнулся тёплому солнцу. Я ведь хотел обрести силу? Значит, будем двигаться к ней навстречу. А какой самый короткий к этому путь? Правильно! Стать «Великим Охотником»! Осталось только понять, что же всё-таки это значит. Капитаны, что находились с нами… Они очень сильны, спору нет, и мне до них ещё как до Китая… Пожалуй, это плохое сравнение. Я не удержался и заржал. Прорвёмся!
— Капитан! — послышался голос Шнурка, который залетел на капитанский мостик, — Пробой по курсу! Что будем делать?
Пробой? Я удивился, потому что никакого пробоя по курсу я не видел. Прищурившись и приложив руки к бровям, чтобы скрыть глаза от солнца, я начал высматривать радужную сферу на земле.
— И правда, пробой, — пробормотал я.
Маленькая радужная сфера скрывалась в густом лесу. Да что там говорить, я бы и правда её не заметил, если бы Шнурок не сказал. Судя по всему, это был пробой первого или второго уровня, потому что сама сфера даже до верхушек деревьев не доставала.
Причина, по которой Шнурок так засуетился, лично мне, была непонятна. Да, пробой и что? Бегать теперь и кричать на всю палубу?
Развернувшись, я направился к капитанскому мостику и то только потому, что на палубу вышел капитан и о чём-то разговаривал с Сергеем.
— Дима! — когда княжич меня увидел, замахал рукой, мол, иди сюда.
— Что стряслось? — я сделал удивлённый вид.
— Пробой! — Сергей посмотрел на меня с горящими глазами.
— Что пробой? — я воспринял новости без особого энтузиазма.
— Капитан предлагает нам спуститься вниз и немного поохотиться. Что скажешь? — спросил он у меня.
— Верно, разомнёте свои пятые точки, — хохотнул капитан, — Заодно набьём трюмы тварями, не с пустыми же руками возвращаться?
— Капитан дело говорит! — продолжил Сергей, — Нам бабки сейчас нужны кровь из носу! Мне ещё отцу отдавать долг за «Ланселоты» и поездку сюда, — огорошил он меня новостью.
— Погоди-ка… — я взял его за локоть и отвёл в сторону, — Что значит отдавать? Разве это не подарок?
— Подарок, — согласился он, — Но деньги я всё равно верну! Это в первую очередь оружие, а оно мне нужно для того, чтобы зарабатывать деньги! А ещё… — он потупил взгляд, — Мне скоро на войну отправляться…
— Та-а-к! Чем дальше в лес, тем толще партизаны… — недовольным голосом проворчал я, — А почему ты раньше молчал?
— А я и не знал, — он пожал руками, — Отец ждёт меня через месяц и отвертеться у меня не получится. Ты же знаешь, что император идёт
