сверхмерной занятостью по службе, но это у меня не получалось. Каждый раз тётка смотрела на меня с укором. Думает, наверное, что общение с ними я променял на блуд и аморальщину. Хотя, уж я то точно знал, что интенсивностью интимных отношений в последний месяц пресыщен я не был. И объективной мерой тому были косые взгляды и неудовольствие всех моих подруг. Каждая из которых, определенно думала, что ею пренебрегают, отдавая предпочтение на сторону. Тяжкий всё же это крест, нести светлую и духовно возвышенную радость в массы. Особенно, в самую наипрекраснейшую их половину.. Н-да...
Дверь мне открыла мама Вовы Нагаева. Глаза женщины были покрасневшими. Тетя Альгия приживалкой в этих стенах давно уже не выглядела и что-то меня наталкивало на мысль, что их брак с Львом Борисовичем фиктивным был далеко не на все сто процентов. Это было заметно по тому, как тщательно они пытались скрывать не по-чужому приязненные взгляды в сторону друг друга. Добрая татарская женщина изо всех сил старалась казаться отчужденно вежливой, но от этого их со Львом конспирация еще больше теряла убедительность и натуральность.
— Проходи, Серёжа! — приобняв и поцеловав меня в щеку, забрала она у меня портфель, — Кушать будешь? — жалостливо посмотрела она на меня, добрыми глазами, — Там Элечка с Паной на кухне! Недавно пришла! — с обеспокоенным состраданием глядя на меня, сообщила она мне шепотом.
Я понятливо кивнул, потом не торопясь скинул свою шинельку и снял обувь. Это с какого такого переляху Эльвира Юрьевна припёрлась?! Она давно уже, сдружившись с Паной, навещала её по выходным и вечерам. Но сегодняшний день был скоромный, рабочий, то есть. И в данный момент времени она должна была находиться у себя в присутствии. В своей, сиречь, не к завтраку упомянутой, областной прокуратуре. Потому, ничего хорошего я от встречи с ней не ожидал.
Как-то так получилось, но две недели мы с Эльвирой толком не виделись. Так, чтобы с чувством, с толком и с её расстановкой в самые различные позиции. Трижды я ей клятвенно обещал, что заявлюсь к ней в гости и каждый обещанный мной визит срывался. И все три раза из-за тягот и лишений моей клятой милицейской службы. Крайний раз это произошло из-за внезапной поездки за Судаком в Саратов.
Сначала я прошел в ванную, где помыл руки, освежил утомлённую бессонной ночью физиономию и пригладил мокрыми руками волосы. Потом тронулся на кухню, не ожидая ничего доброго от не ко времени заявившейся Эльвиры.
— Здравствуй, Сергей! — крепким, к моей радости, рукопожатием поздоровался со мной Лев Борисович. Он сидел за столом на своем обычном львином месте.
Пана поприветствовала меня, чмокнув куда-то между виском и глазом. Мадам Клюйко баловать меня не стала и обошлась сухим кивком. Стояла она у окна и держала в руках парящую кофейным ароматом чашку.
— Серёжа, а Элечка сегодня тоже с нами в Москву поедет! — с искренней радостью удивила меня профессорша, — У неё, оказывается, туда командировка по служебной надобности образовалась! — сообщила мне излишне доверчивая к прокурорским работникам Пана.
— Дааа?! — не пожалел я сарказма в своё удивление, — И что там у Эльвиры Юрьевны так пригорело? В Москве этой? — не глядя на Клюйко, участливо спросил я у Паны.
— Тебе командировку показать? — не дав открыть рта тётке, сзади, из-за спины сварливо спросила меня Эльвира.
— А и покажи! — повернулся я к ней и уже не отвёл глаз, пока она не вышла с кухни.
— Ты чего, Сергей? — удивился Лев Борисович, — Зачем ты так на Эльвиру Юрьевну? Она действительно в Москву по своим служебным делам едет. Еще неделю назад об этом она нам с Паной сказала! — неодобрительно посмотрел на меня профессор.
— На, смотри! — влетевшая на кухню Клюйко, протянула мне бумажку об откомандировании её в распоряжение Главного управления кадров Генеральной прокуратуры СССР, — Еще вопросы есть?! — попыталась она испепелить меня своими сверкающими глазищами.
— Вопросов к вам Эльвира Юрьевна у меня больше нет, — смиренно покачал я головой, — А вот рекомендация есть! — посмотрел я на нее с искренним сочувствием.
Чего? — со злым удивлением изогнула брови чрезмерно темпераментная советница юстиции, — Какая еще рекомендация?! — раздраженность в ее взгляде быстро менялась на подозрительность, но всё равно она уже не успевала.
— Сходите, пописайте, Эльвира Юрьевна! — добросердечно посоветовал я ей, — А то из ваших ушей пар уже идёт!
Пана Борисовна по-старомодному добродетельно покраснела и осуждающе округлила глаза, а Лев Борисович не удержался и хрюкнул. Только простодушная нагаевская мама смогла удержать себя в руках и ничем не отреагировать на нашу с Эльвирой перепалку. Но и она слегка прокололась, мельком бросив машинальный взгляд на уши мадам Клюйко. И взгляд этот, почти всеми присутствующими оказался замечен. Эльвирой, так уж точно.
Эльвира Юрьевна, сделала в мою сторону шаг, но вовремя опомнилась. И остановившись, уже в стотысячный раз сообщила мне, что я скотина. Я согласно кивнул, показывая, что оспаривать её экспрессивное и, быть может, вполне объективное суждение о себе, не намерен.
— Вот ты, Сергей, как обычно, не подумав, обидел Элечку, а она, между прочим, нам два спальных купе смогла выкупить! — начала мудро разряжать, чуть не переросшую в вульгарную потасовку, непростую ситуацию, — Извинись, пожалуйста!
— Да нужны мне больно его извинения, Пана Борисовна! — с презрением зыркнув на меня, Эльвира не позволила мне начать процесс сатисфакции. И достойно завершить её моим искренним покаянием. — Хам, он и есть хам! Я вообще удивляюсь, как его в приличные дома пускают! — намекнула она хозяевам, что по-хорошему, меня бы сейчас следовало выставить за дверь.
Но меня пожалели, выгонять не стали и даже посадили за стол.
Все таки жаль, что я не татарин, проникся я тихой грустью. Иначе я попросил бы тётю Альгию меня усыновить. К её Вове до кучи. Уж слишком вкусными у нее получались национальные блюда. Шурпа, она, почти любая и почти всегда вкусная. Но та, которую я ел сейчас, была выше всяких похвал и круче любых эталонов! Всё, что находилось в стоявшей передо мной огромной пиале, было сварено большими кусками. Так, как и должно быть в шурпе. Ароматный желто-янтарный бульон и почти не утратившие от грамотной термической
