Они не поверят, что «синие» могут выиграть по всем статьям. А потом я поспорю с ними, что состязанья по прыжкам в длину закончатся вничью, и обчищу их всех!
Я подумал про грядущие выигрыши, развеселился и уже готов был простить своему дневнику случай с автомобилем. Внезапно я почувствовал, что уже не боюсь его. Эта маленькая книжица сделает меня богатым!
Подумав про это, я успокоился и стал дочитывать завтрашнюю запись до конца…
Тесса все время преследует меня, следит за мной. Я даже не могу сказать, дразнит она меня или нет.
Она непрестанно повторяет, что я выкидываю разные фортели только для того, чтобы сделать свой дневник более интересным, чем ее. Что я готов на все, лишь бы победить в нашем споре.
Это совсем не так… Но что она подумает теперь, когда услышит про тот безумный поступок, который я совершил после школы?
Что такое? После школы? Хм…
У меня опять бешено заколотилось сердце. Когда я снова схватил дневник, мои руки сделались холодными и влажными.
Что же такого я натворил после школы?
Я наклонился над злосчастным дневником и прочел:
Вероятно, даже в нашем доме были слышны крики. Всех охватила полнейшая паника.
Пожалуй, около сотни ребят смотрели на меня снизу, другие бежали со спортивной площадки.
И все махали мне руками и что-то кричали. Даже за территорией школы, уже на улице, люди останавливались и в ужасе замирали.
Ну и приключение!
Я даже плохо помню, как забирался на крышу нашей школы. Но я был там. Пошатываясь, я стоял на самом краю крыши, у водостока.
А потом — даже трудно поверить, что я это сделал. Я замахал руками, как птица, и прыгнул с крыши.
Глава XVIII
ДОБРО ИЛИ ЗЛО?
Десять… пятнадцать… двадцать…
После окончания олимпиады для юниоров я задержался на зрительской трибуне, чтобы подсчитать свой выигрыш. Всего у меня получилось тридцать пять долларов.
Совсем неплохо для одного дня.
Я засунул пачку пятидолларовых бумажек в карман джинсов и застегнул молнию на куртке до самого подбородка. Мне было холодно. Я продрог.
Какой жуткий, холодный день. Небо низкое и серое с самого утра, а земля сырая после яростной ночной грозы.
Пронзительный, студеный ветер налетает порывами, крутит прошлогодние листья. Иногда он достигает такой силы, что на зрительских трибунах за школой дрожат длинные скамейки.
Согнувшись и пряча лицо от ветра, я направился к школьному зданию. Целых полдня я провел на трибунах, наблюдая за выступлениями восьмиклассников. И выигрывая ставку за ставкой.
Теперь мне осталось лишь взять рюкзак из своего шкафчика и отправиться домой.
Пойти домой, не залезая на крышу школы.
Это предсказание дневника уж никак не должно осуществиться, решил я.
Я помахал рукой Тессе, стоявшей с другими девчонками.
Тесса скривилась и отвернулась от меня. Она клокотала от злости, потому что проиграла мне десять долларов, поспорив, что состязания по прыжкам в длину не закончатся с ничейным счетом.
Ха-ха. Мой дневник лучше, чем твой! Даже и не пытайся спорить.
Я снова думал про него весь день.
Конечно, я его не понимаю. Не понимаю, каким образом он действует, откуда может знать будущее.
Это какая-то магия. И меня это страшно пугает.
И вместе с тем я очень доволен, что нашел его. Этот дневник — самая интересная вещь, какую я видел в своей жизни.
Внезапно я вспомнил, что у «Воронов» завтра состоится следующий баскетбольный матч. И что финальный счет этого матча я узнаю сегодня вечером из дневниковой записи.
В кармане джинсов лежали пятидолларовые бумажки. Я даже чувствовал их сквозь плотную ткань. Пожалуй, надо позволить ребятам выигрывать у меня иногда несколько долларов, решил я. Иначе у них возникнут всякие там подозрения, когда я снова обдеру их как липку.
Да, мой дневник все-таки замечательная штука. Потрясающая. Это фантастически здорово!
Вот если бы он еще не приносил мне плохих новостей.
Я почувствовал новый приступ страха. По спине поползли мурашки. Может, дневник нарочно несет мне зло?
Я остановился перед моим шкафчиком и содрогнулся. Меня поразила и испугала неприятная мысль.
Что, если этот дневник сам насылает на меня все эти неприятности?
Что, если он не просто сообщает, что случится со мной на следующий день? Что, если он провоцирует меня, заставляет вести себя так, чтобы попасть под машину? Что, если дневник вынуждает меня прыгнуть с крыши?
Нет. Такое невозможно.
Я с силой потряс головой, как будто старался выбросить из нее эти мысли.
Какая безумная идея.
Эта маленькая кожаная тетрадка не может заставить меня делать то, с чем я не согласен, решил я.
Я свободный человек. У меня своя голова на плечах. Я в состоянии решить самостоятельно, что мне делать, а что нет.
Никакая книжка, никакая тетрадь не могут мне приказывать!
Я надел на плечи рюкзак и вышел из задней двери школы. Небо еще больше потемнело. Вероятно, собиралась очередная гроза. Воздух был холодным и сырым.
На краю площадки перекидывались мячом несколько мальчишек. Их кроссовки скользили по мокрой траве. Порывы ветра вышибали мяч из их рук.
Я повернулся и пошел к школьным воротам. Внезапно налетевший сильный ветер рванул кверху мои волосы. Я пригладил их обеими руками, не останавливаясь.
Однако я успел сделать лишь два или три шага. За моей спиной раздались крики.
Отчаянные крики и плач.
— Алекс, помоги мне! Помоги!
Глава XIX
НА КРЫШЕ
При звуках моего имени я застыл на месте.
— Алекс! Алекс! Помоги мне!
Я с недоумением пожал плечами и обернулся.
Маленький мальчик стоял на траве возле задней стены школы и яростно махал мне руками.
Я сделал несколько шагов к нему и разглядел его лицо. Билли Миллер.
Лучше не надо!
— Алекс, помоги мне, пожалуйста!
Я подбежал к нему.
— Где твой котенок? — крикнул я еще на бегу.
К Билли спешили и другие ребята. Перебрасывавшиеся мячом парни тоже оставили свою игру и направились к нам. Я увидел двух подружек Тессы, которые тоже помчались на помощь мальчику.
Я первым оказался рядом с ним.
— Где твой котенок? — повторил я свой вопрос, запыхавшись. Мои глаза шарили в это время по площадке.
— Дома, — ответил Билли. Ветер шевелил его белокурые волосы, они падали на его лицо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
