слушает, а гремит пузырьками, и у нее что-то падает на пол и укатывается, кажется под кровать.
— Ну, наверное, он устал… все-таки столько лет отдал академии… и нервов… особенно в последнее время, — отвечает Кристина.
— Да… Но мне будет его не хватать, — поправляю свою грудь в корсете, сегодня буду с декольте… вот такое настроение. Не знаю как, но хорошее нижнее белье придает уверенности… Достаточно того, что я сама знаю, что оно на мне. — Сплайти очень добрый и учтивый, — прикрепляю чулки… так… а где платье? А! На кровати. — Мы с Теоной на первом курсе у него на лабораторной нечаянно оживили Пчеложука Лекарственного. Вернее Теона. Жук проснулся в ее руках, когда она уже хотела бросать его в ступку, чтобы растолочь для нашего лекарства… — смеюсь, поднимая платье с кровати и немного его расправляя. — Этот жук просто улетел в окно, а мы были очень озадачены… Но, Кристина, видела бы ты лицо Сплайти в этот момент. Это было что-то… Наверное жук оказался стойкий и пережил удушающий фермент… — понимаю, что я совершенно не слышу Кристину… Ни одного ее движения… Оборачиваюсь, оставив платье на кровати, и вижу… Ой!
Марк
Теряю пузырек с лекарством, и он закатывается ко мне под кровать. Тянусь к нему… Мелани кажется что-то спросила… Точно… О Сплайти.
«Эх, Огонек. Это из-за меня уходит Сплайти… Решил, что стал уже стар и некомпетентен. Может, если бы я не воровал с каждого занятия по несколько грамм нужных мне реактивов, он бы еще работал лет сто…»
— Ну, наверное, он устал… все-таки столько лет отдал академии… и нервов… особенно в последнее время, — поджимаю губы, рассматривая пузырек с мерцающим порошком корня Диакара. В этот раз получился лучше. Как раз передам Айварсу при нашей новой встрече…
— Да… Но мне будет его не хватать, — отвечает Огонек, кажется из-за ширмы. — Сплайти очень добрый и учтивый, — слышу позади себя шаги. — Мы с Теоной на первом курсе у него на лабораторной нечаянно оживили Пчеложука Лекарственного. Вернее Теона, он проснулся в ее руках, когда она хотела уже бросать его в ступку, чтобы растолочь для нашего лекарства… — голос Мел звучит у меня за спиной, оборачиваюсь, чтобы выслушать ее, и…
Проклятье…
Я застываю на месте… А мое дыхание, как и рассудочная деятельность, останавливается… Потому что вижу Мел в нижнем белье и… чулках… Архтово пекло!
Мел продолжает мне что-то говорить. А я не могу пошевелиться и сказать хоть слово. Хотя надо. Мел ведь не знает, что, под голограммой Кристины, рядом с ней парень! Это нечестно и неправильно… Но я стою не в силах отвернуться… Потому что не могу…
«Твою мать, Огонек!»
Тяжело сглатываю, потому что вижу перед собой ожившую пин-ап модель с ретро-картинок. Только до боли реалистичную. Мелани стоит в пол-оборота. А мой взгляд скользит по бирюзовому корсету, который обтягивает пышную грудь Мелани, при всем этом, такая узкая талия и длинные стройные ноги… Огненные локоны контрастируют с белой кожей, а бедра…
Я слишком долго молчу и не двигаюсь, и Мел понимает и реагирует на меня. И наконец оборачивается… А я вижу теперь ее зеленые глаза, пухлые губы… И чувствую…
— Ой, Кристина, прости меня, я совершенно забыла, — Мелани, видимо, растерялась и сделала два шага в направлении ко мне…
«Ты смерти моей хочешь, Огонек?» — возвращаю свою пьяную голову в сознание и выбегаю из комнаты…
Глава 7
Иные среди нас
Мелани
День, действительно, сегодня получился суматошный. А начался он с моей рассеянности: я совершенно забыла об особенности Кристины, и, кажется, заставила ее ментально страдать… Как вспомню ее лицо… Ей словно воздуха не хватало, словно был сердечный приступ… Какая же я глупая, и теперь очень сильно переживаю.
Спешу по лестнице, чуть ли не роняя учебники. Я, как всегда, собираюсь на ходу, и постоянно проверяю, взяла ли все необходимое. А ведь еще нужно не поскользнуться на натертой до блеска лестнице, это я могу.
Пробегаю в сторону крыла своего факультета. И поправляю свое декольте. Вот какого арх… нет не буду ругаться… Зачем я сегодня так вырядилась, все равно ведь закрываюсь локонами. Прищуриваюсь по мере движения, останавливаясь, и различаю в конце коридора Глайса, и моментально ныряю в поток студентов первокурсников, которые освободили аудиторию неподалеку и заполняют коридор.
Ой! Кажется, кто-то из них наступил мне на ногу.
— Прости пожалуйста, я случайно, — оборачиваюсь и вижу перед собой девушку, которая тут же роняет папку с записями. Сразу бросаются в глаза жгуче-карий цвет ее радужек и отточенные манеры.
— Ничего страшного, — улыбаюсь ей, подмечая, что девушка растеряна и взволнована.
— Я Элис, Алиса… — девушка собирает свои тетради так быстро. Вспоминаю себя на первом курсе. Я была очень неловкая и всегда переживала по этому поводу.
— Очень приятно, а я…
— Мелани… — продолжает за меня Элис. — Я знаю… — как грустно вздыхает, не смотрит мне в глаза, только на рукописи в своих руках, а потом сразу же спешит меня покинуть.
Смотрю ей вслед… Странная, но от нее не исходить негатив или что-то неприятное… Только печаль и тоска…
— А вот и наша конкурсантка, — мне на плечи кладутся чьи-то руки… всего лишь на мгновение.
Оборачиваюсь и вижу перед собой Глайса.
— Сегодня буду проверять вашу работу, Мелани. Оставил ее напоследок… — по выражению лица Глайса нельзя понять, что он думает.
Но к моему счастью, он улыбается, а я выдыхаю… Но нервная дрожь успела меня пробить.
— Это была та самая итоговая контрольная, — уже улыбается дружелюбно. А у меня внутри все обрывается от понимания, что я, оказывается, писала контрольную, которая решит, еду я на конкурс или нет.
— Это очень важно для меня, — не знаю, что сказать. От переживаний, которые я не хочу показывать, опять начинаю кусать губы и поправлять волосы.
— Не переживайте, Мелани, я хоть и строг, но ценю старания и… самоотдачу, — Глайс смотрит мне в глаза так прямо, словно… — Не бойтесь… — уже улыбается шире, и я улыбаюсь в ответ, но это нервное. — Я не кусаюсь, — а теперь его руки опять на моих плечах… — Глайс, наверное, думает, что я его боюсь.
И он, конечно, прав отчасти… Хочет успокоить, но отчего-то мне сейчас неловко…
— Я решил, что проверю знания всего курса неожиданно и завуалированно… История — это такой предмет, который должен знать каждый… К нему нельзя специально подготовиться перед контрольной… Но вы знаете это, Мелани.
— Спасибо, что верите в меня, — отхожу немного в сторону. — Всего доброго, — прощаюсь
