Читаем без скачивания Легенда - Денис Куклин

  Генрих еще никогда не был в такой близи к защитному барьеру. Сотканный из силовых полей, он казался гранитной твердью. На самом деле иллюзию материального купола, отчасти гранитного, отчасти хрустального создавал оптический эффект, для определения границ невидимого и неосязаемого защитного контура. При попытке проникновения сквозь него любое состояние материи растворялось на субатомном уровне. С той же эффективностью контур задерживал все виды полей и энергий. Первый контур был включен задолго до Волны. В то время Царство Завета объединяло не больше полутора тысяч человек.

  Проникнуть на территорию, защищенную силовым барьером, можно было только ниже пятисот ярдов от уровня поверхности, на которой стояли генераторы барьера. За несколько лет до Волны, когда Завет был дан миру, по всей планете было отсечено пятьсот территорий, которые со временем были заселены и превратились в отдельные административные округа или города.

  - Исключение из правил. Результат целенаправленных поисков тех, кто считал себя исключением из правил,- произнес Свешников. Он тоже смотрел на защитный барьер.- Генрих, к сожалению, вы очарованы мнимой мощью нашего положения.

  - Сегодня я понимаю вас все меньше и меньше,- отозвался Штольц.

  - Генрих, как тверда ваша вера?- Свешников посмотрел на него.

  Он был ровесником погибшего отца Симона, но выглядел так, словно едва переступил тридцатилетний рубеж. И он всегда улыбался, эту особенность в своем собеседнике Генрих подметил только сейчас.

  - Достаточно крепка, если вы имеете в виду что-то противозаконное,- ответил Штольц. Он до сих пор не мог понять, что имеет в виду Свешников.

  - Оглянитесь, Генрих,- Свешников посмотрел на город у далекого горизонта. Над ним как над горной вершиной клубились облака и сияли Дневные звезды. Горизонт гудел от неразличимых на таком расстоянии песнопений.- Мир за куполом был превращен в ад, Генрих. Целый мир. В угоду могуществу горстки людей. Наша история, наша культура, цивилизация, даже наши нравы были созданы путем математических расчетов. Те, кто в свое время пытался остановить братоубийственную, бессмысленную бойню превратились в монстров. А ненасытные чудовища, поправшие все мыслимые и немыслимые законы, нацепили на себя крылья ангелов.

  - Но я все равно не понимаю вас, Николай,- покачал головой Штольц.

  - Генрих, мы стоим на священной земле. Отец Симона и мой друг погиб, защищая ее. И еще многие стали жертвой ненасытных тварей,- Свешников присел на корточки и прикоснулся к плоским темным камням пустоши.- Идемте, Генрих. Вы должны знать.

  - Николай, если вы со мной играете, это, по крайней мере, неразумно,- Штольц недоверчиво улыбнулся.- То, что я увидел на платформе, ваших рук дело?

  - Нет, Генрих, никаких игр,- покачал головой Свешников.- Никаких игр - только правда. Вероятность нашей гибели велика, не буду скрывать этого. Об этом вы тоже должны знать.

  А ведь магистр заодно с ними, внезапно понял Штольц. Он уже не сомневался в том, что все случившееся тщательно спланировано.

  - Генрих, не смотря на все это,- Свешников обвел рукой и купол и город вдали,- вы всегда сомневались.

  - Я никогда не сомневался, Николай...- начал противоречить ему Штольц, но Свешников оборвал его:

  - Вы всегда сомневались, Генрих, но не осознавали этого, чувствуя неудовлетворенность от собственных дел и решений. И доказательства у меня есть...

  Плоские камни пустоши казались чешуей поверженного дракона. Здесь на окраине возле столпов барьера царили сумерки, словно вечер наступил раньше времени. Спутники шли молча. Они намерено дали Генриху несколько минут на размышления. И в течение этого времени Штольц восстановил относительный порядок в собственных мыслях. Слова спутников, необъяснимое видение, окружающая обстановка - выбили его из привычной колеи. И вскоре он осознал очень простую и ясную мысль: "Зачем я продолжаю идти вслед за ними? Я могу вернуться назад, и они не смогут остановить меня..." Вскоре мысли спокойно потекли в этом направлении, и Генрих понял, что хочет дойти до конца. Если на самом деле основы их мира тщательно скрывают, он должен узнать, почему так делалось до него и будет делаться после.

  - Почему сегодня, Николай?- Генрих резко остановился.- Почему не вчера, не полгода назад, не через год? Что произошло?

  Его спутники тоже остановились.

  - День близок,- ответил Свешников.- Мы собираем всех, кто в силах изменить порядок вещей.

  - Но это совершенный мир,- прошептал Генрих и оглянулся на город сияющий вдали.- Это совершенный мир...

  - Генрих, нам осталось не больше трех месяцев. Нашим хозяевам мало распнуть человечество. Они нашли способ утвердить рабство на уровне наследственной памяти. Слово "генетика" не скажет тебе ничего. Впрочем, как и большинству из нас. Наши знания ограничены, поток информации усечен. По факту рождения мы отрезаны от ресурса величайших знаний, накопленных нашими предками. Если не задумываться о причинах и условиях возникновения нашей цивилизации, этот мир можно назвать совершенным. Но, Генрих, как ты объяснишь эту братскую могилу?..- И Свешников протянул руку по направлению к барьеру.

  - Что это?- Прошептал Штольц, обозревая огромную впадину посреди каменистой пустоши.

  - Осторожней,- предупредил спутников Свешников,- не подходите к краю. Здесь жили те, кто знал правду и думал о свободе. Их превратили в пыль.

  - Отец...- прошептал Глейзер.

  - В нашем мире не проливают крови, и мы очарованы отсутствием смертной казни. Наши медики без труда исправляют изъяны психики, превращая козлищ в агнцев. Своих детей мы растим как цветы в цветнике. Но тех, кто пытался остановить безумие и дать людям право самим решать, как жить и ради чего жить, истребили. Древняя жажда кипит в жилах наших хозяев. На самом деле все не так, как кажется.

  Генрих на мгновение закрыл глаза и увидел утро этого дня, как он стоял со своими детьми и любовался Верхним городом под Утренними звездами.

  - Мы должны помнить,- прошептал он свои же слова,- они думают о нас,- и сказал уже во весь голос:- То, что вы говорите - невозможно! Это только слова!

  - Согласен,- улыбнулся Свешников.- Большая часть материалов, доказывающих мою правоту, была уничтожена. И все же кое-что удалось восстановить. Вы увидите доказательства, Генрих. Но это будет следующий шаг. Если вы с нами, встретимся завтра после рабочего дня по этому адресу,- он назвал Штольцу адрес в южных предместьях.- Навязать можно только кабалу, рабство. Исподволь, дьявольскими методами... Но свободой пропитано все, даже в этой золотой клетке. И все что нужно - это почувствовать ее сердцем.

  Генрих закрыл дверь и прислонился к ней спиной. В кабинете царила непроницаемая, ватная тишина. И сейчас для него невозможным было подойти к окну и открыть его настежь гимнам и песнопениям. После всего увиденного и услышанного.

  Генрих медленно стянул плащ, бросил его на пол. Вслед за плащом полетела шляпа. Он подошел к столу и в изнеможении опустился в кресло.

  - Боже, Боже,- прошептал едва слышно.- Что ты делаешь со мной?

  Он несколько минут сидел без движения, закрыв глаза ладонью. Мысли в его голове прыгали как попугаи в клетке. И неизвестно до чего бы он додумался в этот час, но ход его хаотичных размышлений был прерван входящим сообщением. Генрих увидел кабинет магистра, в нем тоже царила тишина. Магистр сидел за рабочим столом. За его спиной многоцветьем переливалась интерактивная карта города. И только сейчас Генрих понял, что город напоминает круги от брошенного в воду камня.

  Магистр молча смотрел на Генриха.

  - Никогда не задумывался о том, что находится под Верхним городом,- наконец произнес Штольц.

  - Архивы, библиотеки, научные лаборатории, испытательные стенды, массивы вычислительной техники,- ответил магистр.- Генрих, это огромный исследовательский центр. Один из многих. Если у вас остались силы и желание после этой непростой поездки, поднимитесь в мой кабинет.

  - Конечно, Том. Я сейчас,- кивнул Штольц.

  Он подобрал с пола одежду, убрал ее в шкаф и вышел из кабинета. С экранов информационного портала разносился голос телевизионного ведущего:

  "...Благоприятные и устойчивые условия для ведения сельского хозяйства и своевременное усовершенствование методов агротехники уже позволяют снимать от трех до четырех урожаев овощей и три урожая злаковых..."

  Референт магистра - темнокожий гигант с обритой головой оторвался от монитора и приветливо улыбнулся Генриху:

  - Проходите, господин магистр вас ожидает.

  Том Свенсон стоял возле окна. Ему уже перевалило за шестьдесят. И последние двадцать лет он занимал должность главы городского самоуправления.

  - Генрих, я понимаю, как это непросто,- произнес он, продолжая смотреть в окно.- Неизменный, привычный с детства порядок вещей вдруг оказался ширмой. Не более того. Но время пришло. Нам нужны самые сильные, трезвые и холодные головы. Ты один из них.