— Но Тру…
— Она ничего для меня не значит, — быстро перебил он, наклоняясь к моему лицу. — У нее сексуальное тело. Мы договорились на секс без обязательств. Вот и все.
— Ты имеешь в виду друзей с привилегиями?
Он невесело рассмеялся.
— Мы не были друзьями, Эл. Мы были просто… двумя одинокими людьми, живущими в одном и том же доме и ничего не делающими по ночам. Я никогда не говорил ей, что хочу большего. Иногда девушки… они не могут отделить секс от эмоций, понимаешь? Я узнал это на собственном горьком опыте. Это не значит, что парни тоже не могут, но я говорю только о своем опыте — и это определенно не касается парней. — Когда я засмеялась, он ухмыльнулся мне. — Я думал, что нашел кого-то, кто был таким же как я. Но потом, чем больше я был с Тру, тем больше она начинала говорить, по-настоящему говорить. Это был не просто секс. Это был внезапный разговор перед сексом, и попытка обниматься после.
— Не очень романтичный парень, да? — Сухо сказала я.
Хит склонил голову набок и пожал плечами.
— Ты не можешь вытеснить романтику из парня. Парень должен хотеть этого для девушки.
— И?
— И я не нашел девушку, с которой хотел бы быть романтичным.
Я нахмурилась, обдумывая его слова.
— Но ты никому не даешь шанса. Я имею в виду, Тру могла бы вытащить эту часть тебя, если бы ты решил быть серьезным с ней.
— Думаю, когда ты захочешь чего-то большего с кем-то, ты это поймешь. Я никогда не чувствовал себя так с Тру или любой девушкой до нее. Называй меня мужиком-шлюхой сколько хочешь. Скажи, что я поверхностный. Невежа или хам. Как угодно. Но ты не можешь сказать, что я лгу или что их обманул. Я предупреждал их, во что они ввязываются, и девушки были более чем счастливы.
Хм. Я обдумала его слова, прежде чем откусить еще кусочек клубники. Было даже приятно поговорить об истории отношений парня. Хит был совершенно открыт, в то время как его брат был проклятым сундуком с сокровищами, запертым и похороненным на дне моря. Он вообще не хотел говорить об этом. И для девушки, которая была только с одним парнем, это было то, о чем я всегда задавалась вопросом.
— Ну и что ты думаешь обо мне после всего этого? — спросил он, внимательно разглядывая меня.
Я рассмеялась.
— Кого это волнует?
— Меня. Я хочу знать.
Мой смех стих, когда я поняла, насколько парень серьезен.
— Если они знают, во что ввязываются, то я не вижу проблемы… но я думаю, что ты невероятно глуп.
Его брови в замешательстве сошлись на переносице.
— О чем ты?
— Ты не можешь ожидать, что девушка будет с парнем, который выглядит так, как ты, и не будет испытывать никаких чувств. Это также не помогает тебе быть довольно хорошим парнем внутри. — Когда лампочка все еще не загорелась, я вздохнула. — Ты многогранен с ними, Хит. То есть, если ты ведешь себя так же, как сейчас со мной, то они сами облажались.
Его губы медленно изогнулись, и тепло в глазах стало сильнее, когда он тихо сказал:
— Боюсь, что это неправда, Элли. Я для них элементарный, как клей. Ты была рядом со мной дольше, чем они, так что я более открыт с тобой, чем когда-либо буду с ними. Но на этой ноте могу я спросить тебя кое о чем? — Я осторожно кивнула, но насторожилась, судя по серьезности, с которой он это спросил. — Ты и Райкер… — Он замолчал, подыскивая нужные слова. — Что ты в нем нашла?
Я коротко улыбнулась, на мгновение задумавшись о своих отношениях с Райкером.
— Сначала я ничего не видела. Он был умен, как ящик с камнями, но смотреть на него было волнительно. Он был просто соседским мальчишкой — вы оба, ребята, были. Вы играли со всеми детьми, включая меня. Но Райкер… он заметил меня. Никто и никогда этого не делал. Я была странной. С такими девочками не хотят дружить. После смерти моего отца он остановился и уделил мне время, чтобы узнать меня получше. Это выглядело так, будто он защищал меня. От чего, я не знаю, но это многое для меня значило, поскольку никто другой никогда не делал ничего подобного. Я была просто ничем не примечательной, страшненькой девушкой с сумасшедшей матерью, которая никогда не выпускала меня из дома.
Он выглядел обеспокоенным моими словами.
— Ты никогда не была уродливой, Эллисон.
Эллисон. Я почувствовала, как мои внутренности тают. Не часто меня называли полным именем.
— Почему тогда никто так не сказал? Все, что молодая девушка хочет слышать время от времени, это то, что она хорошенькая. А не то, что она была пауком с длинными конечностями и большими глазами.
— Если бы знал это, я бы избил кучу людей ради тебя.
Я добродушно улыбнулась.
— Все в порядке, Хит. Что за детство без издевательств, верно?
— Нормальное?
Я покачала головой, не желая, чтобы он видел, как дрожат мои губы и колотится сердце. Вернулась к еде и сделала вид, что с удовольствием ем. Все это время парень сидел рядом со мной неподвижный, как камень, тихий и задумчивый. Я надеялась, что он не будет продолжать говорить о таких личных вещах. Это была не самая веселая тема для меня. Мое детство было отстойным. Нет смысла вспоминать об этом. Любой человек, над которым издеваются, поймет — по ощущению тяжести в животе, по тому, как сжимается грудь, как щиплет глаза, как тяжело открыто говорить о трудном детстве.
— Так куда мы пойдем и поедим позже? — Спросила я, меняя тему разговора.
— Понятия не имею. Честно говоря, я обычно не беру девушек с собой. Есть идеи? — Его тон был взволнованным, как будто он все еще был обеспокоен нашим разговором.
— Я не притязательна, — сказала я, с энтузиазмом откусывая еще один кусочек омлета, который был чертовски вкусным. — Разве вы с Райкером не ходили в тот бойцовский бар с ребятами по вечерам?
— Да, но это довольно грубое место.
Я одарила его лукавой улыбкой.
— О, неважно, Хит. Что может быть грубее тебя? Уверена, все будет в порядке. — Он был самым сильным в своем весе. У него было больше всего побед. Так что, я была уверена, что все будет хорошо, поскольку я буду с ним.
Он провел рукой по волосам и кивнул.
— Да, наверное.
Хит задержался на некоторое время, прежде чем встать и уйти в магазин. Я не знала, что нам могло понадобиться, так как холодильник был все еще забит, но я не спрашивала. Назовите это странным, но у меня было такое чувство, что он хочет побыть один, и меня это вполне устраивало. Потому что мне тоже хотелось побыть одной после этого разговора.
Пока его не было, я перебирала свою одежду. Зная, что мы собираемся куда-то сегодня вечером, я не хотела одеваться в свою мешковатую, неприглядную одежду. У меня было предчувствие, что я столкнусь со многими привлекательными девушками, и после того, как почувствовала себя невзрачной рядом с Тру, я просто не хотела слишком отличаться.
В конце концов, я нашла более подходящий наряд на дне своей сумки.
Глава 9
Хит
Я припарковался немного подальше от бара, не желая привлекать внимание к своему грузовику, в месте, где было много людей и угон машин был нормой.
— Ладно, — сказал я Элли, когда мы вышли в ночь, — держись поближе ко мне. Ты никогда не была в таких местах и не захочешь быть одинокой девушкой. Здесь нет галантных мужчин. У них на уме только одно — золотое сокровище у тебя между ног.
Она съежилась от моих слов, захлопнула дверцу машины и поспешила приблизиться ко мне. Мне пришлось отвести от нее взгляд. Она решила надеть что-нибудь… обтягивающее, не как обычно, и это действительно подчеркивало ее фигуру, которая была мягкой и женственной. Простая белая туника с серыми леггинсами, которые могли бы классифицировать ее как монахиню по сравнению с шортами, которые я уже видел на других девушках.
Но это ее устраивало.
Бляяять, это ей очень шло.
У нее были длинные, до локтей, волосы, собранные в тугой хвост, и это, казалось, действительно открывало ее лицо. Элли была красавицей, и меня бесило, что в детстве над ней издевались. Я бы с радостью ебнул каждого ребенка, который произнес слово «паук» в ее адрес, мать их. Сегодня ее слова дошли до меня. Я все пытался вспомнить, где я был, когда все это происходило и почему, черт возьми, Райкер заметил ее раньше меня.
