Читаем без скачивания Фантастика 1981 - Коллектив авторов

Очутившись в просторном помещении, Печальный дракон подплыл к карте полушария и включил пеленгаторы. Его путь лежал в направлении Четвертого внутреннего моря.

Плотно облегающий чешую гравиталет в точности повторял форму длинного гибкого тела. Однако большие подвижные крылья, жестко прикрепленные как раз там, где находились чувствительные рудиментарные ласты, совершенно меняли облик змея, превращая его в невиданное крылатое чудовище, особенно устрашающее, когда на огромной скорости оно мчалось над поверхностью моря, оставляя за собой глубокий пенистый слеД. Как и другие его собратья, Печальный дракон предпочитал этот древний способ передвижения всем остальным. Мчащийся с огромной скоростью гравиталет разогревался при трении о воздух, создавая прекрасные условия для длительных путешествий на сколь угодно большие расстояния. Чтобы аппарат не перегревался, достаточно сбавить скорость, если тело начинало зудеть от предохранительной мази, можно окунуться в океане. Совершенно непригодный при исследовании материков и мало помогающий в неподвижном состоянии, гравитационный аппарат оставался идеальным приспособлением для полета над морскими просторами. Конечно, имелись и другие механизмы, облегчающие передвижение: скажем, медлительные, как черепахи, громоздкие танкеры с запасом воды, источниками энергии и установками для обогрева резервуаров — чудовищные машины, появившиеся в те незапамятные времена, когда началось планомерное изучение суши и движения ледников. Однако морской гравиталет по-прежнему оставался самым безотказным средством передвижения в далеких путешествиях за пределами Оазиса.

Печальный дракон летел низко над водой, распугивая чаек и разгоняя иногда встречавшиеся стада китов. Но когда вдали показался берег, он взмыл под самые облака и отыскал глазами пролив, отделявший Четвертое внутреннее море от Океана.

Отсюда до залива Встреч полчаса полета. Там, в просторном бассейне, защищенном от шторма и акул, мощные термические установки в течение всех времен года поддерживали заданный режим температуры, создавая вдали от привычного тепла крохотный клочок родного Оазиса, где можно было отдохнуть, переждать непогоду, но главное — спокойно и неторопливо поговорить с людьми.

Да, нежданно переплелись судьбы двух земных цивилизаций. Тернисты и неисповедимы пути биологической эволюции, но конечная цель непрерывного прогресса единственна — разум.

Какими же несхожими путями идет к этой цели природа! Когда великое оледенение и великое поднятие суши девонского периода заставили кистеперых рыб — далеких предков всех сухопутных животных и человека — покинуть пересыхающие водоемы и стать наземными обитателями, на просторах первозданных морей и океанов обитал своеобразный змееподобный ящер. Среди нормально сложенных собратьев он выглядел просто уродцем, случайным мутантом, отклонением от общей линии развития какого-то вида. Для защиты и нападения природа наделила странное существо необычным свойством — способностью аккумулировать электрическую энергию. Явление в общем-то заурядное, присущее и электрическим угрям, и электрическим скатам. Однако способность к аккумуляции энергии сыграла в судьбе электрического ящера ту же роль, что и наличие свободной пятипалой руки у обезьяны спустя двести пятьдесят миллионов лет.

Когда на Землю обрушилось очередное оледенение, необычайная способность аккумулировать энергию сделала электроящеров единственными существами, которые могли вступить в активное противоборство с ледниками. Поначалу бессознательно, зачастую просто случайно стали они оказывать сопротивление неумолимому наступлению холода подобно тому, как впоследствии начали инстинктивно обращаться к огню и камню первые зверолюди. Постепенно действия змееящеров становились все более осознанными. Проходили века, тысячелетия. Потребность борьбы рождала потребность действовать сообща.

Несколько миллионов лет, и на планете Земля возникла цивилизация морских высокоразвитых разумных существ.

Странная это была цивилизация, диковинны и необычны существа, ее создавшие. Не рыбы, но плавающие и ныряющие; не птицы, но свободно летающие по воздуху; не звери, но обладающие многими достоинствами млекопитающих; не люди, но далеко превосходящие человека знаниями.

Полученная от рождения способность аккумулировать и разряжать электрическую энергию в течение тысячелетий эволюции развилась до непостижимых масштабов. Любой из драконов мог почти мгновенно сконцентрировать колоссальный электрический заряд и целенаправленно разрядить его. Одного разряда молнийной энергии вполне хватало на то, чтобы издалека парализовать или уничтожить целое стадо самых крупных животных, превратить в груду песка гранитную скалу и растопить в пар огромную глыбу льда или айсберг. Владея глубинной энергией, змееящеры сделались властелинами электромагнитного поля, которое давало все — силу, энергию, свет, тепло, связь.

Но это явилось лишь первой вехой на пути завоевания природы. Вслед за электричеством были обузданы ядерные и внутриядерные силы. Однако вершины могущества цивилизация драконов достигла, когда подчинила гравитационное поле. Научившись управлять тяготением, драконы сделались практически всесильными.

И все же при всей развитости и совершенстве интеллекта змееящеры в биологическом отношении до самого конца оставались теми же, какими создала их природа: холоднокровными пресмыкающимися, безнадежно уступая в биологии и физиологии последней теплокровной зверюшке. Их жизнедеятельность зависела в первую очередь от температуры окружающей среды. Драконы не могли существовать в условиях холодного климата. Поэтому все достижения цивилизации разумных змиев подчинялись единственной цели — борьбе с суровым климатом Земли, менее всего подходящим для столь несовершенно устроенных существ.

То была великая, ни на минуту не затихающая битва за жизнь. Во всех местах обитания змееящеры создавали искусственный микроклимат для защиты от превратностей капризной природы. Драконы научились бороться с холодными временами года. Внутриземное тепло направлялось на согревание морей и океанов. Создавались мощные устройства для улавливания и накопления солнечной энергии, строились сложнейшие технические системы для регуляции температуры воды и воздуха, поддержания ее на постоянном уровне.

И все же наступали в истории Земли периоды, когда на карту становилось само существование змееящеров. То были эпохи великих оледенений. Не раз обрушивались на Землю ледйвые катастрофы, но ни одна из них не могла сравниться с четырьмя невиданными по мощности и суровости волнами оледенений, которые наступали на Землю в эпоху плейстоцена.