Он задумывается и едет вниз по скалистому полю, оставляя их на расстоянии. Как только мы оказываемся на грунтовой дороге и заезжаем далеко в лес, мы оба расслабляемся.
— Подожди минутку, — осеняет меня. — Что ты собираешься делать, когда он придет за тобой?
— Я думал о том, чтобы уехать из этого места. — Он резко поворачивает влево, направляя грузовик в сторону от дороги, которая ведет нас обратно к нашим домам. — Думаю, сейчас такое же хорошее время, как и любое другое, чтобы сделать это.
— Ты собираешься просто взять и уйти? — Я боком повернулась на сидении, чтобы посмотреть на него. — И куда отправишься?
— Я думаю об одиночной поездке, как в «Диких условиях»[8] только на колесах, а не ногах.
— Как ни странно, но я вообще-то могу представить, как ты это делаешь.
На его лице появилась тень улыбки, пока он выводит машину на дорогу. Мы не говорили остаток пути, но это приятная тишина. Когда он подкидывает меня до дома, я снова благодарю его и говорю, что он должен поехать со мной и Лилой на свадьбу, так как это тоже своего рода путешествие. Он говорит, что подумает об этом.
Я захожу внутрь, оставляя беззаботный вечер позади, чтобы столкнуться лицом к лицу со своими демонами.
ГЛАВА 5
(Перевод:Galia_Br ; редактура:Дарья Галкина )
Миша
Отношения между мной и Наоми неловкие. Уже следующее утро и мы должны репетировать в клубе, но она занята флиртом с барменом, который вдвое старше ее и с длинной козлиной бородкой.
Довольно тихо, так как едва перевалило за полдень. Несколько людей едят в кабинках и беседуют в баре, одна из официанток продолжает болтаться рядом с Диланом, Чейзом и мною, чтобы увидеть, нужно ли нам что-то.
Я на середине аккорда, когда звонит мой телефон. Я ставлю гитару у своих ног и вижу имя Эллы на экране.
— Привет, — отвечаю я довольным тоном. — Я как раз думал о том, чтобы позвонить тебе.
— Думаю, я прочитала твои мысли. — Она пытается звучать счастливо, но голос все равно выдает ее.
Я разворачиваюсь на стуле спиной к Дилану и Чейзу. — Что не так? Ты кажешься расстроенной.
— Я в порядке, — она громко дышит в трубку. — Мой отец только что сбежал из лечебницы, и мне пришлось ехать в «Звездную рощу», чтобы вернуть его.
— Почему ты не позвонила мне? — Мой голос эхом проносится по комнате, так что я понижаю его. — Я бы приехал и помог тебе.
— Поэтому я и не позвонила. — Ее тон напряженный. — Ты не должен приезжать. Итан помог мне и все в порядке. Сейчас я везу отца обратно в лечебницу, а затем направляюсь обратно в школу.
— Тебе нужно, чтобы я прилетел туда? — Я встаю и поднимаю гитару, готовый ехать.
— Нет, я в порядке, Миша, — заверяет она меня. — Мне надо начать немного больше заботиться о себе, но я обещаю, что у меня нет кризиса.
Я должен быть счастлив, но нет. — Когда ты отправляешься на свадьбу?
Она делает паузу, и в телефоне раздаются помехи. — Вроде бы, эм, через неделю, но тебе не обязательно приезжать. Я знаю, что ты занят своими делами.
— Какого хрена происходит? — Я начинаю злиться. — Почему ты отшиваешь меня?
Она тяжело вздыхает. — Я не отшиваю тебя. Я пытаюсь позволить тебе жить своей жизнью, без моего бремени... Слушай, мне надо идти. Я только что подъехала к центру реабилитации. — Она вешает трубку прежде, чем я говорю что-то еще.
Я запускаю руки в волосы и затем ударяю кирпичную стену за сценой. — Черт побери.
Все в клубе смотрят на меня с ужасом в глазах, и я спрыгиваю с платформы, проносясь к двери.
— Куда ты собрался? — Кричит Наоми, отворачиваясь от бармена, готовая идти за мной. Я игнорирую ее и выхожу на оживленную улицу.
Все идет не так, как я планировал. Я даже не сказал Элле, как я себя чувствую - чего я от нее хочу - а она уже отталкивает меня. Может быть, мне надо придумать что-то еще.
Или может это время двигаться дальше.
Элла
— Хочешь, чтобы я проводила тебя внутрь? — говорю я своему отцу, заезжая на парковку. Мы перед реабилитационным центром, маленькое бежевое кирпичное здание с ограниченной зоной со скамейками перед ним, где курят люди. Небо облачное и листья опадают с деревьев на капот машины.
Он качает головой, расстегивая ремень безопасности. — Со мной все будет хорошо, Элла. Тебе уже следует быть в пути, пока не стало слишком поздно.
— Ты уверен? — я уточняю. — Потому что, как я сказала дома, ты можешь поговорить со мной, если тебе это нужно.
Он смотрит на входную дверь. — Я не имел в виду то, что сказал... Я не виню тебя. Я знаю, это была не твоя вина. — Мой взгляд встречается с его глазами, которые очистились от алкоголя, но все еще несли в себе так много боли и ненависти. — Я знаю, тебе, вероятно, трудно вспомнить, но я не был таким. Все было хорошо, и потом, твоя мама начала меняться в худшую сторону, и все пошло под гору. Было трудно мириться с этим, и я не смог справиться.
Я потрясена. Он никогда прежде со мной так не говорил, но также не был трезвым больше пяти минут.
— Пап, ты сожалеешь о... — Я проглатываю комок в горле. — Ты хочешь иногда просто уйти и иметь нормальную жизнь?
Он прерывисто вздыхает.
— Честно, да, иногда я оглядываюсь назад и мечтаю о том, чтобы сбежать. Я, вероятно, был бы намного счастливее. Я всегда ненавидел себя за то, что чувствую это, но это правда.
Он открывает дверь и выбирается наружу, засунув голову обратно в кабину.
— Спасибо, что привезла меня обратно.
Он закрывает дверь и идет по тротуару, взяв сигарету в рот, присоединяясь к людям в курящей зоне. Рыжеволосая женщина протягивает ему Zippo[9], и он подкуривает, делая затяжку. Я сижу в машине, и с тяжелым чувством, опустившимся на мои плечи, проигрываю в голове его слова. Это наше с Мишей будущее? Терапевт уже хочет проверить меня на наличие депрессии, вот как начала моя мама. Что делать, если я закончу в депрессии? Что, если я и Миша останемся вместе, и я начну опускаться? Что, если я разрушу его жизнь?
К тому моменту, как я покидаю парковку, все, что я хочу - это отправиться домой, забраться в постель и запереть свой ум.
* * *
— Элла, вытаскивай свою задницу из постели, — приказывает Лила, стягивая с меня одеяло. —Или клянусь богом, я опрокину на тебя стакан холодной воды.
Солнечный свет просачивается через окно и жалит мои глаза. Я сворачиваюсь в клубок, прижимая колени к груди, и накрываю голову руками.
— Оставь меня в покое и закрой шторы. Свет вызывает у меня головную боль.
