я нервным голосом.
— А с того, — усмехнулась Аурика. — Что если бы любила, ты бы мне уже волосы вырвала. А мои волосы пока что на мне!
— Знаешь ли! — произнесла я, чувствуя, что в Аурике прослеживается характер папы Альвера. — Вообще-то ты — моя сестра. Это раз. Второе — я против насилия. Это два. Третье…
— Бла-бла-бла, — передразнила Аурика. — Ты ведь не любишь его.
— Я люблю Мориса! — произнесла я, чувствуя, как Аурика своими пальчиками трогает те струны души, которые я бы ни за что не показывала.
— Да, как сестра! Но не как невеста, — заметила Аурика. — Он тебя обнимает, а ты стоишь, словно дохлая. И взгляд такой…. Такой… Потухший. А глаза гореть должны! Вот!
«О, боги! Неужели это так видно⁈», — пронеслось в голове.
— Знаешь, то о чем ты говоришь, называется страстью и влюбленностью! — произнесла я. — А любовь построена на уважении! В первую очередь! Так что не путай понятия!
— И вот зачем я тебя красивой делаю? А? — заметила Аурика, что-то втирая мне в скулы. — Чтобы бедный Морис в тебя еще больше влюбился? Ничего, себя я накрашу лучше! Поверни немного голову!
— Давай поговорим о чем угодно, кроме как о Морисе! — произнесла я, слегка раздражаясь.
— О! Давай! А правда ли в с Вивернелем целовались? — спросила Аурика, доставая и открывая золотую палетку с тенями. — Ты с ним поосторожней целуйся! Он, между прочим, ядовитый! Виверны — они ядовитые. И их яд опасен для драконов!
Я и забыла. Боже мой…
— А поскольку он трется с Энной, то целоваться с ним не рекомендую! — заметила Аурика. — И не потому, что это разбивает сердце бедного Мориса, которого мне безмерно жаль, а еще и потому, что он тебя отравить может! Кстати, я сегодня сплю у тебя! У меня там у соседки — день рождения! А я хочу иметь свежий цвет лица перед выпускным! О, кстати! Если Энна решит вызвать тебя на выпускном и случайно сотрет мой чудесный макияж с твоего лица, я ее лично прикончу!
Вот зачем она сказала про Вивернеля? Сердце в груди так гулко бьется. Прямо в горло залезло и стучит.
— Ты знаешь, я ведь тебе не просто так помогаю! — заметила Аурика, заставив меня открыть рот. Она возила кисточкой по моему веку. — Я хочу в качестве оплаты — один танец с Морисом. Никто не знает, что будет после выпускного. А я хочу хоть немножечко побыть счастливой…
— Хорошо, — кивнула я, понимая, как для нее это важно.
— А два? — тут же начала торговаться Аурика.
— Один, — усмехнулась я, вспоминая, как Морису тяжело с Аурикой. — Пощади Мориса.
— Он и правда меня совсем не любит? — спросил Аурика, что-то растирая на другом веке.
— Нет, он любит тебя, — заметила я, понимая, что отнимаю у сестры ее счастье. — Сильно любит. Раз бросился тебя искать по всей Академии…
— Ну еще бы, — заметила Аурика. — У него глаза просто полыхали от ярости, когда он увидел… Ну, ты поняла…
Глава 19
— Ну, смотри! — выдохнула Аурика, глядя на мое лицо, а потом стирая что-то пальцем с моей скулы. — Теперь смотрит… Хотя… Нет! Подожди…
Она снова что-то терла и добавляла.
— Ну все, теперь иди! — гордо выдохнула Аурика. — Хотя, нет! Постой!
«Хотя нет, постой!» продолжалось еще примерно час.
— Отбери у меня косметику, — сдавалась Аурика. — Или просто беги к зеркалу, пока я не передумала!
Я видела, как она мусолит кисточкой тени.
Я подошла, глядя на себя и не узнавая. Сейчас я напоминала сказочную принцессу. На ресницах были блестки, на губах тоже… Глаза стали больше и выразительней. Я невольно залюбовалась работой сестры, видя, как она переносит зеркальце себе на колени и застегивает золотой заколкой волосы.
— Нравится? — спросила она, ловко нанося себе макияж.
— Очень, спасибо, — прошептала я, вертясь перед зеркалом.
Аурика что-то рисовала себе на лице, дотошно разглядывая себя в зеркало.
— Будем надеяться, что Энна умрет от зависти! — заметила Аурика. — Может, все-таки два танца?
— Один, — заметила я.
— Вот только не надо изображать ревность! У тебя ее нет! — заметила Аурика. — К тому же тебе больше по душе Вивернель…
— С чего ты взяла⁈ — резко обернулась я.
— Послушай меня, сестренка, — заметила Аурика. — Ты очень изменилась за последний год. Раньше ты была бойкой и веселой, а последний год ты напоминаешь Академическое Привидение. Расслабься! Попытайся не думать о битве!
— Я не могу не думать, — прошептала я, глядя на Аурику, которая красила ресницы. — Она вертится в голове, словно назойливая песня. Я засыпаю и просыпаюсь в холодном поту… Я чувствую ответственность за судьбу семьи… Ведь ее не пощадят…
— Ха! Поэтому нужно киснуть, — заметила Аурика. — Я вот, например, не кисну! И даже не собираюсь! Только учти, то, что вы с Морисом тренируетесь, это все ерунда! Никто не будет сражаться честно! Тем более, Энна! И вместо тренировок захватов, вы могли бы придумать что-то гадкое, коварное, низкое и подлое!
— Да, но у Энны много союзников, — заметила я.
— А ты что? Недавно с блокнот бегала и считала, сколько людей болеют за тебя? — фыркнула Аурика.
Я промолчала. Может, она права. Может, стоит попробовать насладиться балом?
— Давай! Пора одеваться! — потерла руки Аурика. — Выпускной начнется после полуночи!
Я вздохнула, доставая из коробки роскошное платье. Оно пахло духами, а к нему в коробку насыпали конфет и сладостей в золотых обертках.
— А мне, сволочи, не насыпали конфет! — заметила Аурика, вытряхивая свою коробку. — Вот и заказывай после этого!
Я увидела на дне мешочек. А в нем были пуговки. Кто-то неизвестный пытался поддержать меня. А я сжала этот мешочек, понимая, что кто-то неизвестный желает мне добра и удачи.
От мысли об этом у меня на глазах появились слезы. Я вспомнила книгу «Сказка о золотых временах», которая лежит у меня дома в комнате. Дети у драконов редкость, а сама драконья натура не позволяет им жить мирно. Поэтому когда численность популяции падает до критической,
