Как бы то ни было, но они вряд ли станут близкими подругами. И Корри это вполне устраивает — так, наверное, даже лучше.
Предоставленная самой себе, она бродила по бесчисленным залам, запоминая, какие где находятся, и медленно прошлась по одному из коридоров, чтобы запомнить дорогу назад. Проходя мимо библиотеки, она обратила внимание на большое количество книг, заполнявших стоявшие вдоль стен стеллажи от пола до потолка. Корри не удержалась и зашла внутрь.
В этой огромной библиотеке было множество книг, в основном в кожаных переплетах. Располагалась она в одной из самых старых частей замка. Стены здесь были каменные, а старинный дубовый паркет с течением времени местами истерся. Однако дерево было отполировано до блеска, а бронзовые лампы на столах сверкали. На книжных дубовых стеллажах с длинными рядами полок не было ни пылинки, будто стоявшие на них книги были особенно дороги хозяину дома.
Корри знала цену книгам. В ее лондонском доме их было великое множество. Даже в спальне стоял книжный шкаф, набитый книгами, которыми она особенно дорожила. Она была хорошим журналистом, много писала. А это означало, что в ней жил и ненасытный читатель.
Она прошлась по библиотеке, получая удовольствие от того, что увидела множество знакомых названий, и от приятного запаха старой бумаги и чернил. Лорел тоже любила книги. Может быть, увлечение книгами и сблизило ее сестру с лордом Тремейном? Если это так, то в библиотеке можно найти какое-нибудь подтверждение ее предположению. Но по причинам, в которых Корри категорически не желала копаться, ей почему-то стало горько при этой мысли. И она снова подумала, что вряд ли Лорел мог привлечь такой суровый человек, как граф. Сестра была слишком нежной, ранимой и доброй.
Корри подумала о детстве Грея. Насколько она знала, его мать умерла, когда ему было десять лет. Он остался с отцом, который… предполагал, что Грей сын другого мужчины. Может быть, отец плохо с ним обращался? И его уход в армию был бегством от отца, который его не любил?
А его жена? Ребекка сказала, что Грей не способен любить, но Джиллиан, судя по всему, вышла за него замуж без колебаний. Виновен ли он в ее гибели? Может быть, его мучает чувство вины?
Корри прошлась вдоль стеллажей, узнавая то там, то здесь книги, которые она читала. В одной секции она обнаружила классические римские тексты, включая «Энеиду» Виргилия и томик стихов Лукреция «О природе вещей» на латинском языке. Эти книги в свое время Корри прочла с наслаждением. Она всегда любила учиться, узнавать что-то новое. Ее отец вопреки общепринятым правилам нанимал ей самых лучших преподавателей.
Она перешла к следующей секции, взяла наугад один томик и раскрыла его. Это была «Одиссея» Гомера. Она прочитала ее лет в двенадцать. Именно после «Одиссеи» у нее зародилось желание стать писателем. Как и прежде, книга опять захватила ее — и вот она уже перечитывала свой любимый отрывок. Корри так погрузилась в чтение, что не услышала приближающихся шагов графа.
— Нашли что-нибудь интересное? — спросил он, взяв из ее рук книгу. Перевернув ее, он прочитал название — золотые буквы на кожаном переплете. — «Одиссея»? — Он нахмурил брови. — Вы читаете по-гречески?
Силы небесные!
— Я… просто рассматривала книгу. Мне понравилось издание.
Он поставил книгу на место.
— Вы пришли в библиотеку, поэтому смею предположить, что вы любите читать. Какие же книги вы предпочитаете?
Корри вспомнила, что она в роли Летти Мосс, бедной деревенской родственницы.
— Откровенно говоря, я не так много читаю. Больше всего я люблю дамские журналы… — Она одарила его лучезарной улыбкой. — В них всегда можно найти что-нибудь о последних веяниях моды.
Грей усмехнулся. Он кивнул, будто и не ожидал услышать ничего другого. Почему-то это показалось ей обидным.
— Уверен, что у Ребекки множество журналов, которые вы при желании можете полистать, — сказал он. — Попросите ее об этом за ужином.
— Я так и сделаю. Спасибо за предложение.
Высокий, темноволосый, импозантный, он выжидал, пока она уйдет.
— Но иногда мне нравятся стихи, — сказала она, ища предлог остаться в библиотеке. — Возможно, я найду что-нибудь для себя интересное. Вы не будете возражать, если я задержусь здесь ненадолго? В этой комнате приятно находиться.
Он внимательно посмотрел на нее:
— Да, конечно. Я и сам провожу здесь немало времени.
Она изобразила сладкую улыбку и подождала, пока он уйдет. Как только он вышел, она принялась за работу. Надо узнать, что хранится в ящиках большого дубового письменного стола, и успеть осмотреть бюро, стоявшее в углу. Она намеревалась при первой же возможности побывать и в кабинете лорда Тремейна, но идти туда днем было опасно.
Корри поспешила к письменному столу и принялась выдвигать ящики. Там лежали какие-то старые бумаги, сломанные перья и старые книги с вырванными страницами. Она сначала удивилась, почему граф до сих пор не выбросил их, но потом подумала, что и сама с трудом расставалась с любимыми книжками. Возможно, и впрямь в характере графа есть черты, которые она пока еще не изучила.
Но может быть, эти книги хранил Чарлз? Он показался ей более мягким, даже немного сентиментальным.
Она подошла к бюро. Чернильница была пуста, а для пера требовался новый наконечник. Похоже, что здесь давно никто ничего не писал, и тут явно не было ничего такого, что могло бы иметь отношение к Лорел.
Корри снова подошла к стеллажам. Лорел любила поэзию. Может быть, она встречалась со своим любовником в замке и они проводили время в библиотеке? А может быть, они встречались в лесу или еще где-нибудь?
На верхней полке тоже было полно книг, и ей захотелось на них взглянуть. До них невозможно было дотянуться, поэтому ей пришлось воспользоваться стремянкой на колесиках. И как выяснилось, наверху хранились неизвестные ей книги.
Одна называлась «Камасутра». Другая принадлежала перу французского писателя Вольтера. О его скандальном эротическом романе «Кандид» шептались, хотя приличному человеку неловко было бы признаваться в том, что он его читал. Рядом с Вольтером она заметила книгу под названием «Эротическое искусство и фрески Помпеи». Это ее заинтересовало. Она любила читать про дальние страны и надеялась, что когда-нибудь начнет путешествовать и будет писать рассказы о своих впечатлениях — о том, с кем встречалась и где побывала. Это была книга о древнем итальянском городе, но, судя по названию, это не путевые заметки. Корри не могла удержаться и достала книгу.
Книга раскрылась в ее руках, и она наткнулась на рисунки. Увидев первый рисунок, она удивленно вытаращила глаза. Надпись под гравюрой гласила, что это настенная живопись из стабианских бань. Там была изображена голая женщина, которая, стоя на коленях, опиралась на руки. За ее спиной стоял на коленях голый мужчина. Голова женщины при этом была повернута назад.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
