Читаем без скачивания Революция. Next - Олег Никитин

– Опять мусор принял? На пару сотен евро, не больше!

– Так и заказов было на сотню…

– Как же! Эйсида только двадцать граммов сплавил. Гляди у меня, Пинчер, вот поймаю за воровством…

Тощий только запричитал в ответ что-то несвязное. Свет вновь погас, и дверь подсобки снова хлопнула – гость убыл. Шуруп переждал до того момента, как снаружи опять отстучали условный сигнал, и выбрался в проход. Теперь тут ловить было нечего, поэтому он вышел вслед за хозяином «Тяги» на свет.

– Гляди, сам отдуваться будешь, – проворчал Пинчер. – Мне-то что? Скажу, пригрозили убить… – И он продолжал уныло бухтеть, при этом следя за подростками возле автоматов.

У этого типа было одно неоценимое достоинство – он физически не переносил ни одного наркотика, ни синтетического, ни натурального – никакого, а от эйсида его выворачивало наизнанку. Нет сомнения, что работу вроде теперешней он всегда найдет.

– Сколько?

Шуруп выложил на стойку сетевые очки.

– Успел-таки выудить! Полтинник с тебя.

– Грабитель.

«Термит» отсчитал пять затертых десяток – очки того стоили, если, конечно, не страдали каким-либо внутренним дефектом. Но Пинчер, принимая товар в качестве платы, всегда дотошно проверял все, что проходило через его руки.

Шурупу оставалось добыть парик и нательную периферию. В этом вопросе сэкономить не выйдет, придется ехать на районную барахолку. Шуруп отмотал топливный шланг, прыгнул на байк и вырулил из тупика под восточную эстакаду – воспользовался вторым выездом от «Конной тяги».

Рынок располагался в китайском квартале, который примыкал к старому промышленному району города. С китайцами «термиты» находились в хороших отношениях – когда-то Сантана, еще служа в полиции, вытащил мелкого узкоглазого из-под завала во время реального рейда в сетевой бордель. Мамаша его погибла под обломками притона, а мальчика Сантана отдал одной пожилой китаянке. Вместе со своей второй, хакерской визиткой, разумеется, – мало ли какими путями занесет в Чайна-таун, или местным потребуются его услуги…

Да уж, за время службы на «пинболов» Сантана успел обзавестись кучей полезных знакомств и даже друзей.

Рынок, собственно, представлял собой довольно длинную и узкую улочку, сплошь обвешанную веревками с бельем, бумажными драконами, фонариками, двуязычными вывесками и прочим национальным хламом, который китайцы волокут с собой в каждый город, едва только в нем обоснуются.

Шуруп высматривал знакомого торговца. Он так и не научился ориентироваться тут, помнил только название лавки – «Белый тигр». Метров через двести, выслушав миллион оглушительных зазывных криков и вдохнув килограмм ароматных паров от пищи, он, наконец, увидал знакомую четвероногую тварь над распахнутой стеклянной дверью.

– Господин Сюруп, – расплылась в широкоскулой улыбке китаянка в теплой серой куртке и разбитых сапогах – в лавке было прохладно. Это была супруга хозяина. Она плела из цветных кабелей что-то вроде коврика. – Сто-то хотите купить?

– Угу.

Хозяйка послала сына приглядеть за байком посетителя, сама же сходила за мужем. Вскоре тот уже принял «термита» в задней части лавки, крошечной комнатушке с огромным металлическим шкафом, полным бэушной электроники.

Китаец выслушал пожелания Шурупа и без лишних слов разложил перед ним двенадцать серебряных бляшек нательного интерфейса и двадцать метров тончайшей металлокерамики, мотком. Естественно, сверхпроводящей, другой хакеры не признают. К этому товару присоединилась и упаковка мономерных волокон, так называемых «мозговых волос», предназначенных для нанизывания на черепные импланты. Словом, для нормального подключения Ии к Сети всего этого вкупе с очками и добытыми из головы кибера деталями было достаточно.

– Вот этого не надо, – показал на «волосы» Шуруп. Китаец изобразил удивление. – Нашел сегодня новую упаковку на свалке.

Китайцу необязательно знать, что операция предстоит на черепе корпоративного клона, в чей мозг уже внедрены волокна.

После приличествующей торговли сошлись на семидесяти евро. В принципе, на товар можно было бы потратить и меньше, но при условии, если бы операцию по вживлению имплантов проводил местный эскулап. Однако в сумме все равно вышло бы дороже, поскольку Гангрена работал бесплатно и пока справлялся.

И вообще, случай Ии был особый, «засвечивать» ее было пока нельзя.

– «Термиты» мои друзья, – под конец завел речь китаец, когда жена принесла им с Шурупом по чашке чая.

– И вы наши друзья, – кивнул Шуруп. – Мы чтим законы Чайна-тауна.

– Новое поветрие в городе… Прошел слух, что все нелегальные операции по вживлению периферии скоро подскочат в цене. Но сейчас еще можно заказать по старой, с моей скидкой. Ох, что за времена… Никакой стабильности в этом мире.

– Кому-то наступили на хвост?

– Есть такой кадр в Сетевой, среди хакеров известен по кличке Клещ. Разнюхал он, что импланты его дочери, которая умерла от передоза, вживили у нас. А делали ей отводку от гениталий в мозг. А потом – нейроперегруз… Девчонка умерла. Вот и встал на дыбы. Так что, ребята, лучше бы вам пока затаиться, а то засветите старину Гангрену.

– Это все?

– Еще говорят, что он выбил немалые бабки на вербовку агентуры среди наших, и даже кое-кого в бандах зацепил. Ох, и кому теперь верить?

Старый китаец покачал головой и допил теплый чай. Похоже, на этом его новости кончились, но и такого было довольно. Что-то слишком много стало с потеплением случаться нехорошего – вот и к проблеме с Ией добавилась новая головная боль с Клещом. Хорошо, если этот резвый «пинбол» ограничится китайцами. А если и до «Конной тяги» доберется? Оттуда до «термитов» всего один шаг.

Плохо, если зыбкое равновесие между Сетевой Полицией и сообществом хакеров нарушится, тогда жди неизбежных потерь.

На парик для Ии у Шурупа оставалось еще десять евро из выданной Сантаной налички. За такие деньги можно купить отличные дреды, даже с опцией экранирования от вай-фай.

6

Ксант возился долго и ворчал себе под нос что-то неразборчивое. В его взгляде было чересчур много нервов, а в движениях злости. Ия отметила, что «термит» с трудом держит себя в руках. Наркотик не дает ему сосредоточиться. Один раз он выбежал из комнаты, бросив: «Я сейчас!» – а когда вернулся, голова у него была мокрая. Вид посвежевший. Расчесавшись, хакер продолжил работу.

Ия поежилась. Ксант стоял над ней, держа в руке сканер и планшет, на котором отражались какие-то данные. Лазерным карандашом «термит» правил таблицу.

– Ничего постороннего, похоже. Слышишь?

– Да.

– Твои импланты откликаются, это верно, но они слепы. То есть… – Ксант склонился над подопытной. – Может, чтобы мы время не теряли, расскажешь, как на самом деле было? Зачем ты здесь?

– На собрании же все выяснили, – ответила Ия. – У тебя приказ главного. Его нужно выполнять.

– Ты меня еще учить будешь… – проворчал Ксант. Эйсид его, похоже, отпускает, а на место возбуждения приходит подавленность.

Снова несколько манипуляций со сканером и планшетом. Все данные Ксант выводит на голограммный монитор, а сам садится на стул, задирает ноги на край стола и начинает изучать то, что удалось найти. Диагностическая программа развертывает перед ним одно окно за другим. Невзирая на свое состояние, Ксант работает со знанием дела, не отвлекаясь на мелочи.

Сантана не держит дилетантов – это ей было ясно с самого начала. Пусть они недолюбливают друг друга и часто устраивают свары, но в целом это хорошо сколоченная команда.

Таковы реальные люди, с кучей недостатков, подчас непредсказуемые… Не виртуальные медиа, неспособные дать правдивое представление о своем владельце. Пользователи, выходя в пространство Сети, предпочитают избавляться от недостатков – насколько это позволено законами. В Сети все красивы и одеты с иголочки – если хозяин-человек желает этого…

Ия думает, что ей нелегко придется в этой компании. Но интерес ее не уменьшается – скорее, наоборот. Если смириться с неизбежными неудобствами, то жить в реальном мире вполне возможно.

Ия поворачивает голову к Ксанту.

– Долго мне еще лежать? – спросила она. – Несмотря на пушку, тут холодно.

– Валяй, одевайся, – откликается Ксант. В его руке появилась пачка сигарет. – Куришь? – «Термит» оглянулся через плечо.

– А? Нет.

– Ну и ладно… – Хакер зажигает сигарету, выпускает дым. Он нарочито холоден с Ией, словно чем-то обижен.

– Каковы же результаты? – спрашивает девушка, одеваясь.

– Нормальные результаты.

– А все-таки?

– Мое мнение? Ну… Возможно, я зря голосовал за то, чтобы ты осталась. По-моему, ты морочишь нам голову и преследуешь какие-то свои цели. Зачем комедию ломать? Сначала она, видите ли, ведет себя словно имбецилка, а потом глядишь – глазки блестят, а в них совсем недетский ум… Я ведь заметил, не думай, что я псих, который только химию ест.