Читаем без скачивания Сорок шесть минут - Максим Кучеренко

(педагоги, экскурсоводы, актёры) имеют тенденцию к организации узелковых процессов. Узлы растут медленно, поэтому их важно успеть отследить, чтобы попытаться лечить консервативно и обойтись без хирургического лечения. Кроме того, фониатры обожают болтать, и вы можете выудить у них кучу всякой полезной информации. Например, как связаны сезоны года с вашими рисками (в моем случает это октябрь-ноябрь), какие отдельные бады особо хороши (в частности кальций), вы можете затеять извечный спор, помогает ли гомеопатический «гомеовокс» или же нет (помогает), что более вредно для голоса потребление чая или кофе (чая), сколько в сутки вы можете иметь безболезненной непрерывной голосовой нагрузки (три часа). Также с фониатром можно выбрать модную модель небулайзера и уточнить, хороши ли те или иные противовоспалительные препараты. И да, хорошо ли следовать знаменитой артистической пословице «без бокала нет вокала» (лучше не стоит).

Ваш голос всегда «за любую движуху». Все современные школы развития голоса используют разогрев скелетной мускулатуры. Подобно тому, как в разогретом состоянии ваша походка более уверенна и раскованна, а плечи распрямлены, и осанка принимает красивые очертания – ровно так же меняется и «тело» голоса. В разогретом состоянии ваш эмоциональный тонус устойчив и сбалансирован. Все это напрямую сказывается на силе, качестве тембра и динамических свойствах голоса и речи. Наверняка вы обращали внимание, как профессиональные певцы уделяют внимание статике и пластике на сцене, а словоохотливые рассказчики активно жестикулируют и мимикрируют. Правда, на сцене в прыжках и сценическом движении дыхание сбивается, голос уходит в атакующую позицию – попросту срывается в крик. Мастера мюзикла умеют так распределять нагрузки в танце, что это не сказывается на пении. Особенно когда добрая дюжина артистов повторяет одну и туже танцевально-музыкальную фигуру, как, например, номер «Красная машина» в мюзикле «Шахматы». Ну а что тут говорить о Мике Джаггере для которого пение – это синоним непрерывного перемещения по сцене.

Если вы адаптированы в йоге или вовлечены в силовые тренировки – от 20 мин и выше – вы гарантированно разогреты. Если вы ещё и выспались и положили в рот леденец с эвкалиптом – вы полубог. Выше уровнем вы подниметесь только тогда, когда овладеете пятью упражнениями для активизации мимики и ещё пятью упражнениями для активизации мышц языка, которые сделают движения вашей речи точными и звучными (при случае обязательно покажу).

Голос любит широко открытый рот. Зевок – это защитный рефлекс, который возникает на фоне гиперкапнии – повышении углекислого газа в крови. Так же как и кашель – это резерв дыхания при обструкции бронхов, так и зевание – это резервная функция насыщения организма кислородом. Первый вдох ребёнка – это по сути зевок, подготавливающий гортань к первому крику. С самых древних «онтологических» пор зевок – это друг нашего голоса. Будучи студентом-медиком, я был в родильном зале и убедился лично в том, что первый крик выглядит как зевок. Синий новорожденный зевает в первые секунды, тут же кричит и вдруг становится розовым.

Как мне рассказывала выдающийся педагог профессор Школы-студии МХТ Анна Николаевна Петрова, в 50–60-е годы один из московских педагогов по фамилии Воронов практиковал упражнение, называемое «Труба». Необходимо было откинутся на спинку стула в расслабленной позе, запрокинуть назад голову и максимально опустить нижнюю челюсть, открыв зев. И на опоре дыхания гудеть, подобно пароходу, низкими длинными нотами. Упражнение имело терапевтический эффект и восстанавливал актёрам поврежденные голоса.

Надо сказать, что степень раскрытия вашего рта и темп речи глубоко взаимосвязаны. Если вы хотите замедлить темпоритм, то акцентируйте внимание на широте открытия рта. Очень быстро речь обретёт смысловые паузы, вы перестаете «хлопотать лицом» получаете устойчивый уверенный звук. Ведь при открывании рта включаются резонаторы, и голос наиболее полно окрашивается тембром. А вы, как настоящий артист, почувствуете радостный прилив сил и войдёте в сценический кураж, только смотрите не переборщите!

И еще про рот. Снятие зажимов жевательных мышц простым массажем ладоней с оттягиванием нижней челюсти максимально вниз приводит к эмоциональному раскрепощению. Об этом всегда говорят телесно-ориентированные терапевты. Впрочем, они с удовольствием расскажут все о мышечных блоках и подавленных эмоциях гораздо лучше, чем я. Я же просто делюсь опытом собственного «исцеления» через энергетику голоса. А в нём я убежден с того момента, как стал ходить на вокальные занятия к педагогу «Геликон-оперы» Галине Ивановне Пичугиной. Заходил в половине десятого утра в класс, и хмурое февральское утро для меня начинало играть лучами уже через полчаса, и я переставал злиться на зиму, на снег и угрюмое московское небо.

Голос любит амплитуду и модуляцию. Звуковысотный диапазон и сила – то к чему голос интуитивно стремится. Как говорит певица Мариинской оперы Мария Баянкина, голос как самолет – любит силу и скорость, и тогда он взлетает. Баланс модуляции и амплитуды организует инструментальную выразительность и музыкальность голоса. Это равнозначно важно как для сцены певческой, так и для любой другой. А может, голос это – и есть порыв ветреной стихии, который наполняет паруса сознания. Даже если это шёпот неповторимого Иннокентия Смоктуновского, читающего пушкинского «Пророка»! И в громогласных голосах боцманов барка «Крузенштерн» на палубе в момент аврала та же стихия. Эти мощные голосовые сигналы управляют действиями палубной команды и раскрывают паруса на мачтах.

Тихие и громкие картины мира уже запрограммированы в нашем голосе. А еще голоса детей, стариков, и далее животных и птиц, и ещё вымышленных существ. Сколько любимых героев моего детства разговаривают голосом Василия Борисовича Ливанова! А ведь между Шерлоком Холмсом и Крокодилом Геной экзистенциальная пропасть. В театральных вузах на младших курсах практикуется упражнение «Наблюдения за людьми». У нас в школе учителя называли такую практику «обезьянничанье».

Познакомившись с Градским, я любил подражать его манере монолога, а поскольку Александр Борисович был переполнен самыми разными устными новеллами и фольклорными эпосами, это удваивало эффект его образа в моих пересказах мэтра.

Голос любит своего слушателя. Всё что связано со сценой – будь это многотысячный фестиваль или просто табуретка под ёлкой с Дедом Морозом – всё это одно и то же безумие. Само чувство опасности и азарта способно наводнить нашу кровь гормонами стресса, а это эволюционно выработанный биохимический «коктейль выживания» (спасибо щедрым надпочечникам).

Во времена первых больших площадок, меня просто разрывало от стрессового возбуждения. Помнится, на легендарном многотысячном Ходынском поле я стоял на коленях и бил бубном о подмостки не помня себя. Подобно перегрузкам в пилотировании истребителей – тело переживает стресс, и голос вырывается из тебя, как струя пара из кипящего чайника. Для уравнивания этих энергий необходимо мастерство шамана.

Бобби Макферрин (автор хита «Don’t worry, be happy») – человек, способный провести полуторачасовое шоу только с одним микрофоном, без единого музыкального инструмента, выстраивая джаз-вокальную импровизацию с залом. В одном из интервью он говорит следующее: «Исполнитель должен оставить за кулисами самого себя, выйти к зрителю и освободить ему дорогу к музыке».

Таким образом, между твоим голосом и людьми возникает «рапорт» – активный канал внимания. Это французское слово заимствовано из гипнотерапии. Твой голос превращается в главное событие для другого. Он взлетает, масштабируется в новом пространстве, становится более смелым и живёт уже где-то выше над тобой. Это и есть тот самый момент когда «дорога освобождена» – то, о чем и говорил Бобби Макферрин. Впрочем, если ты экскурсовод – тогда по этой дороге идет история, если ты бизнес-тренер – идёт поток ясных идей, если ты на табуретке под ёлкой – к тебе идёт мешок Деда Мороза целиком.

Голос любит своего слушателя, потому что слушатель обуславливает существование сцены. Творчество же может заряжать и работу вокалиста, и публичную презентацию проекта, и монолог юриста в зале суда.

Слушатель и голос существуют друг для друга здесь и теперь. И нет других шансов поступать иначе, если тебе нужно удерживать внимание людей в этом изначально рискованном открытом пространстве.

Чтобы как-то равноправно представить все «за» и «против», перечислим все же немного то, чего явно голос не любит.

Голос не любит усталости, физической разбитости; он также резко против курения и наплевательского отношения к здоровью; он не любит крайних