тоном, – произнесла я строго, даже не поворачиваясь к нему, заставляя его одуматься, но этого не хватило.
– Я вызываю тебя на дуэль! – А вот тут я обернулась. – Так как считаю тебя неспособной управиться с нашей империей. Я считаю тебя и твою силу равной мне. Прими вызов, чтобы доказать обратное… Элизабет.
– Вызов принят, – прошипела я в ответ.
Этот темнид уже ничего не боялся. Он метал в других свой сумасшедший взгляд… и улыбался, пугая остальных. Он прекрасно знал, что пошел на верную смерть. А я понимала, что не имею права оставить ему жизнь, даже если сильно захочу. Ведь так я дам повод распространить слух о собственной слабости, чего допустить было категорически нельзя. Я должна быть сильной, хотя бы ради родителей, которые когда-то отдали за меня жизнь.
Холодный порывистый ветер словно специально рассвирепел – он был против того насилия, которое должно было произойти. Но несмотря на это, вся моя свита переместилась на открытое плато в горах.
Поправив слетающий с моих плеч плащ, я оглядела прибывших темнидов, которые не входили в Совет Семи Домов, но являлись членами знатных семейств.
Я незаметно хмыкнула, почувствовав в некоторых надежду и веру. Вот только верили они не в мою победу.
Со временем каждый маг слабел, и я должна была за время своего правления утратить былую мощь и уступить трон наследникам.
Но, увы, наследников я не имела и мощь не утратила – это и пугало темнидов, входящих во второстепенную власть.
Алек же опаздывал.
«Может, он сбежал?» – мелькнула в голове мимолетная шальная мысль, и я лишь слегка мотнула головой, как бы отгоняя ее.
Он не сбежит, только не он.
Множественные шепотки заставили меня обернуться к темнидам, а на мое лицо тем временем упало несколько капель дождя.
Смахнув их, я взглянула на темное, затягивающееся черными тучами небо.
Только дождя не хватало для полноты картины. Зрелище, конечно, получится запоминающееся, но не для тех, кто будет сражаться.
– Элизабет!
А вот и Алек.
– Я все еще являюсь императрицей этой империи, – напомнила я, слегка усмехаясь.
– Пора это доказать, – произнес он, закатывая рукава своей светлой рубашки.
Сколько можно это доказывать? Кажется, тут попахивает самоубийством…
– У тебя еще есть время отступиться! – Я сделала несколько резких шагов к нему, отчего плащ все-таки сдуло ветром, и я не успела его захватить.
И от холода я тут же вся продрогла.
– С этого плато я уйду либо победившим, либо побежденным.
– Нападай тогда. – Я отступила, вглядываясь в измученное лицо темнида.
Он не сдастся. Он намеренно пошел на самоубийство.
– Я ожидал атаки от вас, госпожа. – Темнид засмеялся и шутливо склонился передо мной.
– Первая атака всегда за слабым, – парировала я, по привычке наклонив голову набок.
– Это мы сейчас и проверим. – Алек встал в боевую позицию, приготавливая заклинание и выбрасывая его на меня.
– Это все, на что ты способен? – спросила я, когда мой щит даже не дрогнул, поглотив черный шар Алека.
– Для чего ты устроил это представление? – вскинулась я, выбрасывая на него волну собственной тьмы.
Его защита разбилась моментально, а вот глаза буквально кричали мне: «Щиты разбились, но не я, госпожа!»
Я не стала церемониться: усилила собственную защиту и принялась за обстрел, не давая темниду и секунды на то, чтобы на меня напасть.
Неожиданно, конечно, но отбивался он неплохо и довольно долго. В какой-то момент даже нашел миг, чтобы атаковать меня мощным огнем.
– Ты ведь проиграешь, – прошипела я, когда один из моих ударов все-таки настиг цели, и Алек упал, ударившись лицом об острый камень.
Холода я теперь не ощущала – мне было жарко. Кровь кипела от выхода собственной тьмы и адреналина. Я отчетливо ощущала, как кончики пальцев покалывает от сдерживаемой силы.
Алек поднялся, но вместо того чтобы принять свое поражение, снова начал обстрел.
– На колени, – приказала я, приближаясь к темниду.
Его удары либо пролетали мимо, либо тут же поглощались моим щитом, который за все время нашей битвы так ни разу и не дрогнул.
Зрители притихли в ожидании дальнейших действий главы Совета Семи Домов.
– Я сказала, на колени, – повторила я, начиная его душить собственной тьмой.
Черные путы медленно направлялись к нему и тут же стягивались на шее Алека. Он сражался, отбивался мелкими ударами, на которые на тот момент был способен, – это не помогало.
– Это ничего не значит, – прошептал он… и склонился передо мной, признавая собственное поражение.
Я победила…
Стояла, глядя на поверженного старого темнида, и не могла решиться на самое главное – контрольный удар, который его убьет.
Он предстал передо мной на коленях, с разбитым носом и со взлохмаченными черными волосами, в то время как его темный пылающий взгляд пожирал меня своей ненавистью.
Почувствовав чужую не передаваемую никакими словами боль, я обернулась и увидела его жену, стоящую в сторонке и с ужасом глядящую на происходящее. Если бы я не обладала эмпатией, то никогда бы не сказала, что эта женщина страдает, настолько ее лицо было пусто.
И, увы, я не предусмотрела кое-чего более важного, когда отвернулась от темнида. Ведь, создав эту небольшую заминку, я дала своему противнику время. А он не стал медлить и, как только я дала слабину, отправил в меня сильнейший темный удар, отразить который я не успела.
Боль поразила меня совершенно неожиданно, и я отлетела в сторону, больно ударившись об острые камни спиной.
А этого простить я уже не имела права…
Круг темнидов, окруживших нас, расступился, позволяя мне подняться. На одну секунду я даже встретилась взглядом с Мэттом. Этот мужчина мне нравился: сильный и независимый… Вот только он сейчас просто стоял, а я в то же время вспомнила того парня, который бросился на мою защиту… Мэтт бы в первую очередь защищал себя… а тот парень закрыл собой обычную незнакомку.
Внутренне усмехнувшись собственным чувствам и возникшему отвращению к своему любовнику, я прошла вперед.
– Смотри на меня, – произнесла я строго старому темниду.
– О, не волнуйся, Элизабет. Свою смерть я встречу достойно!
Эти слова стали для него последними, потому что в ту же секунду я высосала всю его силу.
Алек пал на землю, а пространство пронзил страшный пронзительный крик его жены. Эта женщина была не в состоянии пережить смерть дочери, а затем и падение мужа… Она упала вслед за ним…
Мне же осталось отвернуться и гордо уйти с поля сражения.
Ведь права на чувства я не имела…
4 глава
Алесская империя
