Артур поставил перед собой и решает три задачи, за которые сегодня не берется больше никто. Первая задача – это создание современного языка традиций. Языки древних традиций устарели, они почти закрыты для современного человека. Языки новых учений сбивчивы и хаотичны. Пока не возникнет новый язык, невозможно никакое движение, никакое смыслополагание. Вторая задача – это разработка новой парадигмы. Никогда еще Запад и Восток не были в таком вакууме смысла. Будущее не наступит, пока для него не будет отлита форма. Третья задача – это подготовка тех, кто будет нести новую парадигму. Это самая трудная и тонкая из трех неразрывно связанных между собой задач.
Артур состоит из зрелых людей, и он открыт и принимает в себя с радостью и любовью других зрелых мужей и жен. Он не включает в себя подростков, калек, людей, которым нужны компенсации. На самом деле ситуация очень простая. Либо человек использует определенные энергии для своей социальной стабилизации, использует некоторые элементы магии для решения задач своей социальной стабилизации. Либо человек, напротив, забирает у своего социального потенциала то, что он вкладывает в духовное строительство. Артур опирается на людей, которые умеют сочетать и балансировать оба эти плана. Это очень трудно. Но сбалансированный человек создает вокруг себя свое пространство. Он не является пешкой в чужой игре, он является созидателем. Как Соголь из "Горы Аналог". Соголь создал игру и играл в эту игру. И все, кто участвовал в этой игре, были счастливы, потому что это была хорошего качества игра, и там не было конкуренции, а было сотрудничество.
Как связана внутренняя работа с экспедицией? Когда я говорю о самоуглублении, о трансформации, об истончении и очищении переживаний, о прорыве из сна, я постоянно подчеркиваю, что этого одного недостаточно. Зачем была бы нужна экспедиция на гору Аналог, если я могу просто закрыть глаза и проникнуть в тонкий план бытия. Оказывается нет, не могу, у меня нет сил, у меня недостаточно лошадиных сил, чтобы "взять" эту гору. Силы появляются, когда у тебя есть один, два, пять, десять друзей. И когда эти друзья вместе с тобой создают это силовое поле. Когда ты присоединяешься к этому генератору – у тебя появляется реальная возможность справиться с задачей преодоления препятствий, создаваемых инерцией поверхностного потока переживаний.
Когда я в прошлый раз приезжал в Вильнюс, мы работали с самопогружением, и несколько участников той работы здесь присутствуют. Я говорил: "Отнимите внимание у своих органов зрения, слуха, обоняния и т.д. и у своих мыслей, и соберите его в одну точку. Это будет ваш новый орган чувств, орган мыслей, орган переживаний, орган зрения. Попробуйте смотреть друг на друга не глазами, а вот отсюда – изнутри – из этого органа". Теперь вы видите, речь шла о том, чтобы создать интегральный центр для трансформации переживаний, для того, чтобы переживание опустилось на уровень глубже. И для того, чтобы появился какой-то временный баланс. И действительно, многие почувствовали силу, у них появилась точка опоры. Раньше они опирались на свои спонтанные мысли, теперь у них появился кристалл внутри, то самое горчичное зерно, на которое можно опереться. Зерно нового неба и новой земли – ось генератора преображения.
Но вернемся к Артуру, о котором у нас шел разговор. Артур никого не приглашает, но открыт для всех. В него нельзя записаться, нельзя сказать: "Аркадий, запиши меня". Надо стать интересным человеком, чтобы Артур пришел, постучался и сказал: "А можно, я постою рядом или просто поучусь у тебя чему-то?" Артур не накладывает никакой идеологии, никакой формы на вашу индивидуальную жизнь. Реализуйте себя индивидуально, станьте сами Артуром. И Артур будет к вам стучаться, вас приглашать и привлекать. Только через свою жизнь, свою судьбу, свое умение быть не пешкой в чужой игре, а хозяином своей судьбы ты входишь в эту систему со своим почерком и со своей свободой. Обычно ты входишь через какого-то человека, в данном случае я нахожусь здесь как представитель Артура. Я не проводник, а человек, открытый для дружбы, для общих дел и общих интересов, для ваших дел и ваших интересов. Вы можете прийти ко мне с деньгами и сказать: "У меня есть сотня долларов, я хочу их осмысленно использовать, посоветуйте", вы можете прийти с идеей, вы можете прийти с кругом друзей. И я вам не скажу: "Делай то-то, дай мне твои деньги, давай мне твою идею". Скорее всего, я просто спрошу: "Да, хорошо, а что ты хочешь делать с этими деньгами, с этой идеей?" Дальше идет самопроверка, человек сам начинает видеть себя. Если он хочет эти деньги пустить в бизнес, значит, он бизнесмен, но при чем тут Артур? Если он хочет использовать эту идею для социальной карьеры, то он карьерист. Если у него действительно сумасшедшая идея, если он эту сумасшедшую идею сумеет сам реализовать, тогда это человек Артура, тогда он уже с Артуром. Причем под сумасшедшей я имею в виду действительно глобальную, действительно зрелую идею. И тогда происходит простая вещь: вы дружите либо со мной, либо с другим человеком, вы выходите на другой уровень активной самореализации, и вам просто не нужен чужой Артур – вы обнаруживаете, что в Вильнюсе уже есть два других артуровских человека. А может быть, один в Питере и один в Нью-Йорке. И вы окажетесь связанными друг с другом, и это уже есть Артур. Вы будете сочетать свои идеи и свои средства, свои силы и свою любовь. И возникнет то, что спонтанно возникало на наших занятиях полгода назад, когда люди, которые работали со мной вместе пять дней, начинали любить друг друга, потому что одного уже не раздражали голос, или форма носа, или форма уха другого. Возникало сущностное притяжение. Один видел другого, как мы видим тех, кого мы любим, видел сердцем.
У Артура есть несколько ключевых принципов. Главный – это сознательная симпатия и дружба, когда человек приятен, близок, дорог. Артур держится не на идее, а на дружбе, когда хочется видеть человека и это просто радостно. Я звонил недавно одному артуровцу и говорил, что я хотел бы приехать к нему и помочь, но у меня сейчас трудно с деньгами. Он говорит: "Деньгами я помогу". Я спрашиваю его: "А нужно приехать?" Он отвечает: "Не нужно, но радостно". Он плохо знает русский язык. "Не нужно, но радостно". Мы решили отложить эту встречу, потому что пока это не нужно. Если бы было нужно, деньги бы мы нашли. Слово очень хорошее: дружба. Тепло сразу.
И второе слово – это инициатива, великое слово. Она заключается в том, что человек подходит и что-то делает для тебя, что-то спрашивает, а не ждет, что на него свалится само собой. Это очень важно – проявить инициативу. Очень много дружб и артуровских отношений завязывалось после того, как человек подходил и говорил: "Меня зовут Игорь, у меня такая-то идея, работа. Как мне быть и не могу ли я быть полезен?" Очень хорошая форма: я бы очень хотел быть полезным.
Третий принцип Артура – это такт. Это один из важнейших принципов, может быть, один из самых важных. В Артуре нет агрессивных людей. Уважение к чужой территории, чужому времени, чужим силам ценится очень высоко. Одно из важнейших артуровских качеств – такт, тактичность, дистанция. Потому что некоторые люди так тебя любят, что они тебе буквально дышать не дают. Нужно учиться давать пространство другому, не душить своей любовью.
Я дал вам сегодня много материала для мыслей, для инициативы и напомнил о такте. Все то, что я говорил сегодня, – это материал для самоанализа – каждому. На самом деле нужно начинать с вопроса: "А чего я хочу?" А потом появляется второй вопрос, еще более интересный: "Кто я?"
Шестая беседа 18 июля
о серьезности
Аркадий: Вот уже несколько дней я смотрю на обстановку, которая складывается здесь. Меня, как человека практического, больше интересуют не идеи, а то, что мы делаем здесь, и то, чего мы с вами не делаем. Сегодня пришло время проанализировать, что здесь происходит. Я буду откровенен. Я вижу, что все очень уютно играют здесь свои роли, мало кто пробует выйти за эти роли, изменить контекст. Как вы сами оцениваете свою серьезность – не серьезность намерений, а серьезность усилий? Я оцениваю серьезность ваших усилий очень невысоко. Я не вижу реального усилия, а я внимателен к этим вещам больше, чем к чему-либо. На поверхности все гладко, ни одной шероховатости. Вот у Скайсте много шероховатостей, ну у нее, слава Богу, всегда шероховатости. Все остальные социально очень сбалансированные и красивые люди, но не больше того. Я предлагаю вам подумать о том, что вы потратили уже четыре дня и не сделали никаких реальных усилий. Когда мы с вами встречаемся, когда мы говорим друг с другом, мы похожи на фонарики, которые светят легко и радостно, выбрасывая из себя свет. Я почти не вижу людей, кроме очень немногих, у которых фонарики повернуты вовнутрь. То же происходит и в плане взаимодействия со мной. Первым делом это видно по тому, как человек тебя разглядывает. Если человек смотрит на тебя как баран на афишу, значит, он баран, разглядывающий афишу. Смотреть надо в себя, а не на меня и не друг на друга. Смотреть надо всегда вовнутрь себя. И только лишь установив там, найдя там точку устойчивости, оттуда можно начинать смотреть на меня и друг на друга. Надо забрать энергию у глаз, ушей и ума и направить ее в глубь вашего существа. Уже оттуда происходит восприятие мира.
