Читаем без скачивания «Если», 2011 № 01 - Журнал «Если»

— Наверное, тебе стоило бы его проверить, — сказал он, — прежде чем направлять его на меня.

Девушка поглядела на пистолет. В одно мгновение она отыскала стопор, открывавший патронник, куда должны были закладываться снаряды с проволочной петлей. Патронник был пуст. Пустовало и отделение для батареи.

— Не могу поверить! — воскликнула Мэй. — Все это время ты носил с собой незаряженный пистолет?

— Я вынул патроны и батарею в первый же день, когда решил, что доверяю тебе. — Он посмотрел на нее. — Я был не прав?

Девушка ответила ему внимательным взглядом, потом вздохнула.

— Нет. Я просто хотела проверить.

— В таком случае приготовься, сейчас будем одеваться, — сказал он.

— Одеваться? Зачем? Ты, кажется, уже увидел все, что только можно.

— Да нет, не одежду. Скафандры. Мы славно позабавились, но теперь, к сожалению, пришло время становиться серьезными. У нас много работы. У нас осталось семь часов — как раз достаточно, чтобы спасти наши шкуры.

Когда они выбрались из люка наружу, Земля уже нависала в небе огромной голубой полусферой. Казалось, будто она растет у них на глазах, хотя он знал: это всего лишь оптическая иллюзия. Планету окружало облако сверкающих искорок — земная свита орбитальных колоний и захваченных астероидов. Только самые большие и близкие из них казались булавочными точками света, большинство же было слишком мало, чтобы их разглядеть. Астероид с торчащим обломком хлыста не просматривался, его закрывал край планеты.

Однако время не позволяло любоваться видом. Доминго оторвал взгляд от планеты и перевел его на груз.

— Мы должны отыскать клапан сброса давления, — сказал он. — Нужно будет направить струю точно на жилой модуль.

Это была тонкая операция. Когда они открыли клапан, вода фонтаном рванулась из сферической оболочки, немедленно превращаясь в пар, который стал расползаться по сторонам сверкающим белым облаком. Было очень трудно собрать воду в узкую струю и навести ее на цель. Вода кипела, остывая по мере отдачи энергии, и замерзала одновременно с кипением. Они принялись поливать гейзером кипящего льда поверхность модуля. Вначале намерзания не происходило — стены модуля нагрелись на солнце, и лед испарялся быстрее, чем они успевали его напылять. Они работали в облаке струящегося пара, и модуль виднелся в тумане лишь неясным контуром. Однако уже через минуту внешние стены начали остывать, и на них стала образовываться тонкая корочка льда. Работа была утомительной. Потоки ледяного тумана то и дело облепляли их шлемы, и им приходилось каждые несколько минут счищать лед со щитков.

Медленно-медленно на модуле начала нарастать ледяная скорлупа — вначале лишь в несколько миллиметров толщиной, потом миллиметры превратились в сантиметры, и наконец она стала настолько толстой, что самого модуля было уже не различить внутри грязного снежного кома.

К тому времени, как весь запас воды был израсходован, модуль оказался заключен в кропотливо нарощенный ледяной панцирь толщиной в несколько метров.

— Ты уверен, что у нас получится? — спросила Мэй.

— Выглядит грубовато, но должно сработать, — заверил спутницу Доминго.

Теперь у корабля вырос длинный хвост, как у кометы; он уходил в космическое пространство со стороны, противоположной солнцу, ионизируясь до бледно-голубого сияния. В данный момент они, наверное, представляли собой самое яркое явление в земном небе — этакая нежданная комета.

Сама Земля была уже огромной, она заполняла половину неба. Одновременно она сузилась до полумесяца, и у них на глазах этот полумесяц исчез — они скользнули на ночную сторону. Темнота под ними потрескивала вспышками экваториальных молний. Доминго начинало казаться, что он чувствует на лице первое дуновение атмосферы.

— Пошли внутрь, — сказал он. — У нас не так много времени.

Вернувшись в модуль, Мэй начала разоблачаться. Доминго остановил ее.

— Давай лучше останемся в скафандрах. На всякий случай.

— Если лед растает при вхождении в атмосферу, скафандры нам все равно не помогут.

— И все же лучше подстраховаться, — сказал он.

Они уже слышали звук — тонкий, почти ультразвуковой визг. Очень медленно вещи, плававшие по кабине, заскользили в одну сторону. Корабль соприкоснулся с первыми внешними клочками атмосферы и начал тормозить.

Торможение усиливалось с устрашающей скоростью. За несколько минут оно достигло стандартного «g». Доминго и Мэй, раскинув руки, распластались по переборке. Мэй протянула к нему перчатку и взяла его руку в свою. Тяжесть становилась все больше и больше. Они были пришпилены к стене, неспособные шевельнуться; корабль бросало из стороны в сторону. Доминго пожалел, что подкладку в скафандрах не делают более толстой. Он представил себе откалывающиеся от оболочки куски льда. Должно быть, за ними тянется след в сотню миль длиной.

— Доминго, — позвала Мэй.

— Что?

— Я хотела сказать… Я рада, что с тобой встретилась.

— И ты не злишься, что я захватил твой корабль?

— Злюсь. Но за последнее время произошло так много всего… Ты уже далеко не в начале списка.

— Спасибо, — сказал он и добавил: — Я тоже рад, что встретился с тобой.

Ускорение все нарастало, мир вокруг сузился до окаймленного багровым кольцом туннеля, и Доминго начал терять сознание. Возможно, в конце концов он его все же потерял. Потом он с удивлением обнаружил, что нагрузка ослабевает.

— Кажется, самое плохое позади, — выговорил он, и в этот самый момент, словно опровергая его слова, от обшивки откололся огромный кусок льда, и корабль дернуло и перекосило. Он слышал, как алюминиевые стены стонут, корежась под нежданной нагрузкой.

— Проклятье! — простонал он. — Держись, малышка! Продержись еще минутку! Только одну минутку! Держись, черт тебя побери!

Корабль выдержал.

Теперь действительно можно было сказать, что худшее позади. Где-то образовалась пробоина — даже сквозь шлем он слышал звук вырывающегося наружу воздуха. Но корабль выдержал.

— Черт побери! — проговорил Доминго. — Не могу поверить. Просто не могу поверить!

— Мы живы, — сказала Мэй.

Выйдя из атмосферы и проверив системы, они уточнили свою траекторию. Торможение вывело корабль на сильно вытянутую эллиптическую орбиту.

Большинство наружных камер наблюдения вышло из строя, но в тех, что остались, Доминго увидел — к некоторому своему удивлению, — что его маленькая капсула так и висит возле корабля, по-прежнему приклеенная к обшивке рядом с люком. Люк располагался в задней части, на той стороне, которая меньше всего пострадала от нагрева при бурном входе в атмосферу, и насколько можно было разглядеть при дистанционном осмотре, капсула осталась неповрежденной.