мастерски скрывающий исконно русскую склонность к быстрой езде, пролистывая очередную страницу меню их любимой кафешки. Поскольку на отведённый им шестидесятиминутный временной отрезок было достаточно слов и скорости обслуживания — чай не столовая с подносами и очередью — ей было очень легко прислушаться к себе, чтобы понять свой выбор на сегодня.
— Исключительно лимонный чай, да, с кипяточком… — на мгновение она сверкнула острым язычком юных октябрят. — И салат с морепродуктами: я сейчас худею.
Её спутник настолько часто одевал мотоциклетный шлем, что за время летних поездок на уровне его глаз оставалась бледная полоска с отсутствующим загаром, точь-в-точь какими щеголяют на пляжах юные загорелые девы чуть пониже плечей. Путь с риском для жизни мог быть для него важным спасением из-за нахлынувшего постоянного информационного шума.
Они провели этот спокойный ланч вдвоём, пока каждому из этих двоих в голову не пришло по мудрой мысли продолжать своё дело в духе взрослеющих профессионалов на пороге зрелости: они оба презирали оценки в собственном аттестате об окончании школы, попав в компанию исключительно за счёт таланта и входных данных. Они могли быть тихими юными натуралистами до тех пор, пока не пришло время выбиться из общей массы — время самовыражения. Оба до смуты в голове ценили своё время, поскольку именно в аксиоме об окончании молодости по достижении человеком двадцати лет находился их жизненный девиз.
Гораздо раньше, в возрасте пятнадцати лет, каждый из них не мог представить себя настолько старым в двадцать пять лет — а уж в тридцать-то…
Именно таким способом смогли достучаться до энергичных деловых людей прогрессивные кинематографисты, задав простой вопрос на собеседовании человеку о том, на сколько лет тот выглядит.
«Не забудь заглянуть на почту» — услышала она на обратном пути в лифт. Самое интересное, что подобные сюрпризы её корпоративная почта получала повсеместно: и ввиду кромешных завалов виртуального облака цифровых данных доброволец из отдела информационного обеспечения опытным путём забрасывал голы в корзину.
Рабочий день неуклонно тёк к вечеру и установленным деловым соглашением восемнадцати часам, как вдруг трубка телефона на гладком столе Ирэны громко засигналила.
«Ира? Это Олег, найти-отдел. У меня тут файл никак не удаляется: посмотришь?» — загробным голосом солиста британского музыкального ансамбля сообщили в трубке.
«Как неча делать» — ответила девушка и кликнула на ярлык своего почтового сервера. В её корпоративной почте завёлся видеоролик весом не более десяти мегабайт, о котором уже знала вся компания — огромный такой «секрет».
— Вы когда-нибудь включали веб-камеру на своей рабочей аппаратуре? — вкрадчивый голос дополнялся ослепляющим светом настольной лампы коммерческого директора фирмы. — Представьте себе, что это тест: отвечайте на мой вопрос «да» или «нет».
Перед столом внушительных размеров руководителя спокойно, подбоченившись на одну руку сидел ведущий аналитик отдела маркетинга и глухо дышал в мокрую от пота ладонь.
— Нет…
— Ваш ответ принят, — это коммерческий швырнул на рабочий стол свежий глянцевый журнал о наручных часах. — Тогда милейший, слушайте сюда мой следующий вопрос: «почему?».
Аналитик свободной рукой достал из кармана брюк клетчатый носовой платок и вытер им кисть правой руки, обёрнутую браслетом. На его рабочей мыши всегда находились отпечатки: в рабочем процессе он категорически не умел не оставлять следов.
— Потому что веб-камера всегда была во включённом состоянии… Честное пионерское. Другой рабочей — находящийся в кабинете девушке — такой ответ показался вполне верным и даже исчерпывающим, поэтому она медленным тоном махнула рукой, попутно не отрываясь от досконального изучения собственной пилочки для ногтей: «иди-ка мальчик, проветрись».
— Гена, что ты там делал? Ты понимаешь, что при выходе из кабинета надо отключать все электроприборы… Что? Да, запись уже изучают. Запилить не успели, могли быть негативные отзывы… Нафига нам, спрашивается, чёрный пиар… Я же просила, без моего ведома весь черновой материал хранить в облачных файлах. Считай, что я его не видела: ужас-ужас, бюджет жалко такое на тендер выставлять. Пусть набирают лучших, у нас таких маркетологов — полный этаж. Да, и тебе спасибо, на связи Ген, пока…
Офигеть, наша фирма просто на сносях спешит за технологиями — устало облокотились в соседнем отделе.
Глава тринадцатая
Для кого-то осень традиционно является тихим временем увядания, перемены природой своих цветов и характерным похолоданием по сравнению с весёлыми летними деньками, хотя при постоянной жизни в городской черте сей факт трудно заметить. Приходится одевать на себя по три слоя одежды, мазать носовые пазухи оксолиновой мазью во избежание попадания болезнетворных бактерий, ходить по городским скверам и паркам в надежде собрать уютный и аккуратный букет из кленовых листьев.
Придя домой и положив его в такую же милую винтажную вазочку — оставим остальные сухие листья фанатичным собирателям гербариев — сию находку легко можно превратить в надёжный элемент окружающего интерьера. Впрочем, тихое и уютное гнёздышко вблизи наступления холодов прежде всего стоит дополнить запасами на зиму — продуктами питания долгого хранения в различного вида стеклотарах, наглухо запечатанных марлей и пластмассовыми крышками.
«За чай, который был приправлен мё-о-одом…» — доносилось из открытого настежь окна, так как внизу всё ещё работала придорожная шашлычная с украшенной декоративными цветами верандой. Собственно, можно было посветить очередной выход на свежий воздух сбору городских каштанов — благо здесь их не принято жарить, чай не Восточная Европа — в них аккуратно вставляются острые наконечники спичек и прорисовываются забавные органы для составления общей личины.
По возвращении с прогулки следует заварить кипящей водой порошковый кофе: для быстрого согревания ввиду сильного ветра и частых сквозняков на продуваемой Московской розой ветров территории жилплощади.
Виктор знал, что на днях ему следует осуществить трансляцию по переводу денежных средств за арендуемое помещение. Лучше б он работал, как все — работником трамвайного депо, расположенного по соседству…
Пришедшей в гости даме сердца он давно не звонил: надо было разобраться с бюджетом на текущий месяц и навести порядок в дозволенной ему квартире с мечтой многих региональных рыцарей печального образа — московской пропиской, дающей право на адекватный ответ следящим за порядком правоохранительным органам.
Получившийся сегодня за приготовлением завтрака сухой запекшийся хлеб являлся главным доказательством высокого уровня технического оснащения кухни — новый сверкающий металлический аппарат работал безотказно. Кроме того, Виктору были прекрасно известны многие из прелестей холостяцкой жизни: вряди ли бы он стал запекать квадратные бородинские сухари в молоке по примеру зарубежных борцов, скорее его шатеновую голову часто занимал традиционно русский вопрос о возможности приготовления каши из топора.
Иногда в его узкую кухню через
