Джарред едва не застонал вслух. Единственным человеком, которого он сейчас хотел бы видеть возле себя, была Келси, а сегодня, как он догадывался, она вряд ли придет. Он заранее предвкушал, как увидит ее завтра. “То есть, конечно, если она захочет прийти”, — подумал он, и сердце его невольно сжалось. Скорее всего она не придет. И неудивительно, учитывая, что Ченс Роуден погиб под обломками того самолета, которым управлял он, Джарред.
— Что такое? — встревожился Уилл, заметив, как омрачилось лицо Джарреда.
— Ничего. О делах мне уже немного рассказала Нола. Уилл в изумлении вытаращил глаза.
— Ты сказал “Нола”?! Джарред нахмурился.
— Ты всегда называл ее только “мама”. По-другому она бы никогда и не позволила.
Перед глазами Джарреда вновь возникла изысканно одетая, безупречно накрашенная женщина, и он поморщился, не представляя, чтобы мог обращаться к ней столь интимным образом. С ним явно происходило что-то странное. Он, конечно, понимал, что все это было правдой, но кроме фактов в голове его теснилось столько обрывков и кусочков его прошлого, что он невольно терялся.
— А ты не знаешь, почему я в тот день решил подняться в воздух? — спросил Джарред.
Уилл покачал головой.
— Это было в воскресенье. А в четверг перед этим ты что-то говорил про уик-энд. Однако почему-то проторчал в городе до воскресного вечера.
— И при этом изменил план полета?
— Угу. Во всяком случае, днем в воскресенье он уже был готов. Да и Мэри Хеннесси утверждает, что ты вел себя совершенно нормально, так что… — Уилл озадаченно пожал плечами.
— Мэри Хеннесси? — переспросил совершенно сбитый с толку Джарред.
— Проклятие! — выругался сквозь зубы Уилл. — Твоя кухарка! Она готовила для всех Брайантов чуть ли не со дня сотворения мира! Только не говори, что ты ее не помнишь, Джарред! Мэри — один из столпов Вселенной!
Внезапно вспыхнувшее воспоминание просверлило его мозг, словно пуля, — и отозвалось острой болью, будто ему и впрямь выстрелили в голову. Мэри Хеннесси. Далеко за пятьдесят. Ни малейшего чувства юмора. Суровая, мрачная и безупречно честная все двадцать четыре часа в сутки. Она готовила ему и была в его доме вроде экономки с того самого дня, как уволилась от Нолы.
На Джарреда вдруг навалилась неимоверная усталость. И, будто почувствовав это, на пороге бесшумно возник доктор Алистер. Бросив взгляд на посеревшее лицо Джарреда, он повернулся к Уиллу.
— Прошу вас ненадолго выйти, — резко бросил он. — Я хочу осмотреть своего пациента.
Уилл кивнул. Перед тем как уйти, он повернулся к брату.
— Когда появится Сара, скажи ей, что я сегодня допоздна буду в офисе. Пусть зайдет ненадолго. Мне нужно поговорить с ней.
Тонкие губы доктора Алистера неодобрительно поджались, но он промолчал, ожидая, пока Уилл скроется за дверью. Джарреду с трудом удалось сдержать улыбку, так забавно ему было видеть, как охраняет его покой доктор Алистер. Конечно, действовал он из самых лучших побуждений, но смотреть на это было довольно смешно.
— Я созвонился с одним из лучших специалистов в Нью-Йорке. Он очень заинтересовался вашим случаем.
Теперь Джарред с трудом удержался, чтобы не рассмеяться. Закрыв глаза, он сосчитал до пяти.
— Вы имеете в виду мою амнезию? — Алистер кивнул.
— Выяснилось, однако, что вопреки моему прямому распоряжению некоторые члены вашей семьи только и делают, что наперебой стараются побыстрее заполнить провалы в вашей памяти.
Джарред вздохнул.
— Не стоит волноваться из-за этого. К счастью, у меня сохранились и собственные воспоминания.
— Вот как?!
— Просто мне нужно какое-то время. — Открыв глаза, Джарред пристально посмотрел доктору в глаза. — Видите ли, док, у меня, скажем так, нет особого желания прыгать с парашютом, пока я не буду уверен, что страховочный блок в полном порядке. Вы меня понимаете?
— Боюсь, что не совсем.
— Пусть они говорят, пусть говорят как можно больше, — пояснил Джарред. — Никакого вреда от этого не будет. Позаботьтесь, чтобы я побыстрее поднялся на ноги, док, об остальном же позабочусь я сам.
— Вы хотите сказать, что память вернулась к вам?
— Да… по крайней мере частично.
— Но из каких-то своих соображений вам бы хотелось некоторое время держать это в тайне от вашей семьи и деловых партнеров, я вас правильно понял?
— Я знаю, что сюда, в больницу, приходил детектив Ньюкасл, чтобы поговорить со мной об аварии самолета. И у меня возникло подозрение, что в случившемся виноваты вовсе не неполадки в системе подачи топлива. Я человек недоверчивый, док, а сейчас вообще никому не верю.
— Лично у меня нет никакой причины лгать ради ваших планов, мистер Брайант, — насупился доктор Алистер.
— Поймите меня правильно, док, — в моей памяти до сих пор есть провалы. Так, например, я ничего не помню о самой аварии. Может быть, это придет позже. А может, и нет. Так что, если вы скажете, что я ничего не помню о том, что со мной произошло, это будет чистая правда.
Алистер немного подумал.
— Детектив Ньюкасл сказал, что хочет побеседовать с вами, как только вы будете в силах это сделать.
— Вот и отлично, — вздохнул Джарред. — Вряд ли ему удастся выудить из меня что-нибудь полезное, но я готов с ним встретиться.
Доктор Алистер кивнул. В глазах его промелькнуло легкое разочарование, и Джарреду вдруг стало смешно: он представил себе, каково ему будет докладывать именитому нью-йоркскому коллеге, что к его пациенту неожиданно вернулась память, причем без каких-либо усилий с его, доктора, стороны.
— Да, вот еще что. Мне бы очень хотелось, чтобы, когда сюда придет детектив, здесь была и моя жена, — добавил Джарред, видя, что доктор повернулся, чтобы уйти. — Не могли бы вы это устроить? Мне не хотелось бы просить об этом кого-то еще.
— Я ей позвоню.
— Джарред?
Высокая женщина с коротко стриженными светлыми волосами и решительным подбородком появилась на пороге. Коротким кивком поприветствовав доктора, она слегка улыбнулась Джарреду, но улыбка вышла такой холодной и натянутой, что тот мгновенно догадался, кто перед ним. Сара Аккерман.
Доктор Алистер бросил на Джарреда вопросительный взгляд. Видимо, усталость Джарреда была просто-таки написана у него на лице, потому что доктор тут же ринулся ему на помощь.
— Мистер Брайант попросил, чтобы какое-то время его не беспокоили. У него сегодня было много посетителей. Он устал.
— Я ненадолго.
Никакая сила в мире не могла остановить Сару Аккерман. Внезапно Джарреду вспомнились времена, когда она буквально вклинилась между ним и Келси, словно решив, что силой заставит его подчиниться своей воле. Ему было непонятно, почему он столько времени мирился с таким положением вещей. Ответ последовал незамедлительно — ему хотелось заставить Келси ревновать.
