А этому…
А этому, всё же, кое-что перепасть обязано.
Я не в курсе того, в каких отношениях семейство Дуровых состоит с администрацией академии, но… если исходить из нормальной логики, то такой человек, как Кирилл, больше не может работать одним из тренеров по ближнему бою. Ведь… он на глазах целой группы доказал свою полную некомпетентность.
Первокурсник победил в спарринге с преподавателем.
Да где это видано вообще?
Это же ужаснейшим образом бьёт по престижу академии, и с этим обязательно что-то нужно решать. Вот только… что?
На месте директора, я бы как минимум уволил Кирилла. Если бы мог сделать чего похуже — сделал бы и это. Но, в нашем случае нужно надеяться хотя бы на увольнение.
— Ну ты конечно… — Иван крутил головой. — Монстр. Настоящий монстр… как же красиво ты его вырубил! — Восторгу здоровяка не было предела. Он улыбался своей широкой мордой, глядя на меня. — Спасибо! Спасибо тебе!
— Да ладно. Чего спасибо-то? Я же не ради тебя его вырубил…
— Как же красиво…как же красиво…
— А больше ничего интересного не узнал?
— Нет, я только положил его на койку, немного посидел, и пошёл обратно. — Ответил Иван. — А, точно… когда я вышел в коридор, то ко мне на встречу двигалась директриса. Она была чем-то сильно обеспокоена.
— Догадываюсь, чем именно. Должно быть, ей уже доложили о случившемся… — Размышлял я. — Интересно, что же она предпримет?
— Воронцов? — Послышалось с той стороны двери. Женский голос доносился из зала.
— Кажется, это по мою душу… — Иван отодвинулся в сторону, и я вышел из раздевалки. Прошёл по коридору и свернул к дверям, ведущим в зал. Почти сразу же наткнулся на женскую спину в синем пиджаке.
— Наталья Петровна? — Произнёс я, и женщина развернулась.
Обычно директриса была улыбчивой и светлой особой, но сейчас её будто подменили. Она смотрела на меня с глубоким разочарованием на лице. Казалось, что я сотворил что-то такое, что повлечёт за собой конец света.
— Пойдём со мной. — Сказала Наталья Петровна и застучала каблуками по направлению к выходу.
Я двинулся за ней.
Глава 7
В принципе, такой исход был ожидаем. Я ведь, как никак, покалечил преподавателя. И пусть, что это было в рамках спарринга и полностью санкционировано сэнсэем. Директору же об этом всё ещё неизвестно. И так как она хочет во всём разобраться, вот и пригласила меня к себе в кабинет.
Наталья Петровна Лопухина. Так её зовут.
Она выглядела ужасно расстроенной и подавленной, когда мы встретились у дверей зала. Директор позвала меня с собой, и мы пошли к ней в кабинет. Пока шли, она не сказала мне ни слова, и даже не обернулась. Но и я, как говорится, настаивать не стал.
Когда я впервые появился в академии, то обнаружил директора, замдиректора и какую-то секретаршу в одном кабинете. Это было вынужденной мерой, потому что в остальных помещениях шёл ремонт. Но сейчас он уже закончился, и поэтому Лопухина обитала отдельно от остальных. Причём, даже сам кабинет находился как-то обособленно от всего.
Он располагался на седьмом этаже, в самом конце коридора, там, где было тихо и безлюдно. По деревянной двери, отделанной драгоценными металлами, и испещрённой симпатичными узорами было понятно сразу — директорская берлога.
К аристократическому лицу Натальи Петровны подобное подходило как нельзя кстати.
Мы вошли внутрь и директор выдохнула. Она подошла к своему столу и рухнула на кожаное кресло. Провела ладонями по волосам, поправляя причёску. Я скромно стоял у двери и ждал дальнейших указаний.
— Присаживайтесь, Андрей. — Наталья Петровна указала на стул, что был придвинут к её столу с другой стороны.
Я сел.
— Ну и что мне с вами делать? — Спросила она.
— В каком смысле?
— Ладно. — Посмотрела сквозь меня Наталья Петровна. — Не с того я начала… Вы очень способный ученик, и я сразу же увидела в вас потенциал. Но… сейчас случилась очень неприятная ситуация, и… вот как мы с вами поступим. Вы, Андрей, для начала выслушаете мою версию произошедшего, а потом выскажете свою. Думаю, чтобы не пороть горячку, нужно для начала всё как следует прояснить. Хорошо?
— Без проблем. — Кивнул я.
— Полчаса назад… — Начала директор. — Мне позвонили из мед. кабинета. Алёна Николаевна испуганным голосом сообщила, что Кирилл Дуров, преподаватель по ближнему бою, был серьёзно травмирован в стенах академии. Я, конечно же, сразу пошла проверять, в чём дело… — Наталья Петровна постукивала пальцами по столешнице. — Застала Никиту Никитича возле койки с пострадавшим. Он был очень взволнован, и я смогла вытянуть из него лишь ваше имя.
«Никита Никитич…это сэнэсей, что ли?»
— А дальше… вы и сам знаете. Теперь ваша очередь, Андрей. — Директор сложила перед собой руки в замок и стала внимательно меня слушать.
Я рассказал Наталье Петровне свою версию произошедшего. Со всеми удобными мне подробностями и правильно расставленными акцентами. Поведал о том, как я в честном поединке победил своего соперника. А тот, к сожалению, отправился в глубокий нокаут.
— То есть, вы хотите сказать, что Никита Никитич советовал выложиться вам на полную в этом поединке?
— Это так, но это не так важно. — Отвечал я. — Во всей этой ситуации в целом нет ничего криминального. Никто никого ни к чему не принуждал, всё происходило с полного согласия сторон. То есть… я просто победил в спарринге. Только и всего. — Развёл я руками.
— А кто-нибудь сможет это подтвердить? — Спросила Наталья Петровна.
— Естественно. Как минимум тридцать человек, пристально наблюдавших за нашим поединком. Это ведь происходило прямо на паре по ближнему бою.
Не знаю почему, но Наталья Петровна, видимо, только сейчас поняла, как именно случился инцидент. Кажется, она предполагала, что я вырубил Кирилла из-за каких-то наших разборок, может быть даже исподтишка. В общем, совершенно противоправно, и нарушая все возможные законы.
Но теперь до неё дошло, что у произошедшего имеются десятки свидетелей, и кто на самом деле виноват в случившемся.
— Это ведь… — Наталья Петровна поднялась с кресла и подошла к окну. — Это ведь… серьёзный удар по имиджу академии… — Она присела на подоконник и посмотрела на меня. — Ученик первого курса отправил на больничную койку преподавателя боевой дисциплины… что же скажут люди?
Я ничего не отвечал, и с радостью в глазах слушал рассуждения директора. Казалось, что в конечном итоге к ней придёт осознание того, что Кирилла как можно быстрее необходимо уволить.
— Тридцать человек… — Продолжала причитать Наталья Петровна. — Они ведь вернутся домой, и всё расскажут своим родителям. Те — своим друзьям. Друзья —
