– Смыть копоть для меня куда важнее… чем смущать симпатичного юношу.
Проглотив юношу без всяких пререканий, я вышел из ванной. Покачал головой, взял коньяк, раскупорил бутылку.
По крайней мере ясно одно: она не оборотень. Оборотень не сохранил бы одежду на теле. Ольга – маг. Маг, женщина, возраст около двухсот лет, восемьдесят лет назад была наказана лишением тела, надежда на реабилитацию остается, специалист по силовым взаимодействиям, последний раз привлекалась к работе приблизительно пятьдесят пять лет назад…
Достаточно данных, чтобы поискать в компьютерной базе. К полным файлам у меня доступа нет, не тот уровень. Но, к счастью, высшее начальство и не подозревает, сколько информации может дать косвенный поиск.
Конечно, если я и впрямь хочу выяснить личность Ольги.
Разлив по бокалам коньяк, я стал ждать. Ольга вышла из ванны минут через пять, на ходу вытирая волосы полотенцем. Она надела мои джинсы и свитер.
Нельзя сказать, что полностью преобразилась… и все же стала симпатичнее на порядок.
– Спасибо, Антон. Ты не представляешь, какое это удовольствие…
– Догадываюсь.
– Догадываться мало. Запах, Антон… запах гари. Я почти привыкла к нему за полвека. – Ольга неловко села на табуретку. Вздохнула: – Это плохо, но я рада нынешнему кризису. Пусть даже меня не помилуют, но зато возможность вымыться…
– Ты можешь оставаться в этом облике, Ольга. Я схожу и куплю нормальную одежду.
– Не стоит. У меня лишь полчаса в день.
Скомкав полотенце, Ольга бросила его на подоконник. Вздохнула:
– Следующей возможности вымыться я могу и не дождаться. Так же как возможности выпить коньяка… Твое здоровье, Антон.
– Твое здоровье.
Коньяк был хорош. Я пригубил его с удовольствием, несмотря на полный сумбур в голове. А Ольга выпила залпом, поморщилась, но вежливо сообщила:
– Неплохой.
– Почему шеф не разрешает тебе принимать нормальный облик?
– Это не в его власти.
Ясно. Значит, наказало ее не региональное бюро, а высшие чины.
– Я желаю тебе удачи, Ольга. Что бы ты ни совершила… уверен, что твоя вина давно искуплена.
Женщина пожала плечами.
– Хотела бы верить. Я понимаю, что легко вызываю сочувствие, но наказание справедливо. Впрочем… давай серьезно.
– Давай.
Ольга потянулась ко мне через стол. Сказала таинственным шепотом:
– Скажу честно: мне надоело. У меня крепкие нервы, но так жить нельзя. Мой шанс – выполнить миссию такой важности, что у руководства не будет выхода, кроме как помиловать меня.
– Где взять такую миссию?
– Она уже есть. И состоит из трех этапов. Мальчишка – мы защитим его и перетащим на сторону Света. Вампирша – мы ее уничтожим.
Тон у нее был уверенный, и я вдруг поверил Ольге. Защитим и уничтожим. Без проблем.
– Только это все мелочи, Антон. Тебе подобная акция поднимет уровень, но меня не спасет. Главное – девушка с черной воронкой.
– Ей уже занимаются, Ольга. Меня… нас от задания отстранили.
– Ничего. Им не справиться.
– Да? – с иронией спросил я.
– Не справиться. Борис Игнатьевич – сильный маг. Но в иных областях. – Ольга насмешливо прищурилась. – А я занималась прорывами инферно всю жизнь.
– Вот почему война! – сообразил я.
– Конечно. Таких выплесков ненависти в мирное время не бывает. Гаденыш Адольф… у него было много поклонников, но его спалили бы в первый же военный год. Вместе со всей Германией. У Сталина ситуация была иной, чудовищно много обожания… мощный щит. Антон, я, простая русская женщина… – мимолетная улыбка показала все отношение Ольги к слову «простая», – всю последнюю войну занималась тем, что прикрывала врагов своей страны от проклятий. За одно лишь это я заслужила помилование. Веришь?
– Верю. – Мне показалось, что она захмелела.
– Сволочная работа… всем нам приходится идти против человеческой природы, но заходить настолько далеко… Так вот, Антон. Они – не справятся. Я – могу попробовать. Хотя полной уверенности нет и у меня.
– Ольга, если все так серьезно, ты должна подать рапорт…
Женщина покачала головой, оправила мокрые волосы:
– Не могу. Мне запрещено общаться с кем-либо, кроме Бориса Игнатьевича и партнера по заданию. Ему я сказала все. Теперь могу лишь ждать. И надеяться, что мне удастся справиться – в самый последний момент.
– А шеф этого не понимает?
– Думаю, что, наоборот, понимает.
– Вот оно что… – прошептал я.
– Мы были любовниками. Очень долго. И вдобавок друзьями, что встречается реже… Итак, Антон. Сегодня решаем вопрос с мальчиком и психованной вампиршей. Завтра ждем. Ждем, пока не прорвется инферно. Согласен?
– Мне надо подумать, Ольга.
– Славно. Думай. А сейчас мне пора. Отвернись…
Я не успел. Наверное, Ольга сама виновата в этом. Не рассчитала, сколько времени ей отпущено.
Это действительно выглядело отвратительно. Ольга задрожала, выгнулась дугой. По телу прошла волна: кости изгибались, будто резиновые. Кожа лопалась, обнажая кровоточащие мышцы. Через мгновение женщина превратилась в смятый комок плоти, бесформенный шар. И шар все съеживался и съеживался, обрастая мягкими белыми перьями…
Полярная сова вспорхнула с табуретки с криком полуптичьим-получеловеческим. Метнулась к облюбованному месту на холодильнике.
– Дьявол! – закричал я, забывая все правила и наставления. – Ольга!
– Красиво? – Голос женщины был задыхающимся, еще искаженным болью.
– Почему? Почему именно так?
– Это часть наказания, Антон.
Я протянул руку, коснулся расправленного, трепещущего крыла.
– Ольга, я согласен.
– Тогда за работу, Антон.
Кивнув, я вышел в прихожую. Распахнул шкаф со снаряжением, перешел в сумрак – иначе просто не увидишь ничего, кроме одежды и старого хлама.
Легкое тельце опустилось на мое плечо:
– Что у тебя есть?
– Ониксовый амулет я разрядил. Ты можешь его наполнить?
– Нет. Я лишена почти всех сил. Оставлено лишь то, что необходимо для нейтрализации инферно. И память, Антон… еще оставлена память. Как собираешься убить вампиршу?
– Она без регистрации, – сказал я. – Только народными средствами.
Сова издала хохочущий клекот.
– Осинка до сих пор в ходу?
– У меня ее нет.
– Понятно. Из-за твоих друзей?
– Да. Я не хочу, чтобы они вздрагивали, переступая порог.
– Тогда что?
Из выдолбленного в кирпичах гнезда я достал пистолет. Покосился на сову – Ольга внимательно изучала оружие.
– Серебро? Для вампира очень болезненно, но не смертельно.
– Там разрывные пули. – Я выщелкнул из «Desert Eagle» обойму. – Разрывные серебряные пули. Калибр ноль сорок четыре. Три попадания нашпигуют вампира так, что он станет беспомощным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
