Параллельно такая структура производства отражалась на социальных теориях, трактующих экономическую диктатуру рабочего класса как последнюю высшую форму строения общества. Сюда относится постулат, протащенный Хрущевым в Программу КПСС, «о полной и безоговорочной победе социализма в СССР». Этот постулат противоречит одному из законов диалектики и критиковался еще Марксом при применении его к капитализму. Разумеется, сам Никитка додуматься до такого «постулата», отвергающего необходимость борьбы с контрреволюцией, не мог в силу своей малограмотности. Однако нашлись «добрые люди», мечтающие грабить Россию на полном научном основании, которые убедили Никитку в том, что это укрепит его власть. Именно они именовались номенклатурой, из которой и сложился класс олигархов, управляющих сегодня Россией в компании с мировым олигархатом.
Первые сбои начались с середины XX века, когда возникла необходимость в быстром внедрении достижений науки и техники. Такое внедрение обеспечивалось в оборонных отраслях науки и промышленности, что доказывало экономическую перспективность социализма. Но основная часть народного хозяйства оставалась вне этого процесса. Именно здесь руку приложила номенклатура. Препятствование росту производительности труда велось и по субъективному каналу. Заинтересованные в таком росте научные и инженерно-технический кадры принимались в правящую КПСС по жёстким лимитам, поскольку формально понятие «пролетариат» трактовалось номенклатурой исключительно как «рабочий класс», который, как известно, не мог подняться выше экономической борьбы до создания собственной идеологии. Это позволяло номенклатуре трактовать все проблемы в своих контрреволюционных интересах.
В результате в последней трети XX века СССР перестал успевать за мировым прогрессом. В идеологии серьезно активизировались догматизм и примитивные антисоветские теории, которые к 1985 году практически сомкнулись на антинародных псевдорыночных позициях. Вот тут-то вполне закономерно появился демагог Горбачев со своей «перестройкой». Затем его сменил алкоголик Ельцин.
Если их появление на политическом небосклоне России рассматривать в отрыве от экономического базиса, то может возникнуть мысль, что целая страна сошла с ума. И по мере её выздоровления эти банды будут сметены. Однако серьезной политической оппозиции не было и стихийные серьёзные протесты не наблюдались, за исключением тех, которые привели к массовым убийствам в Москве в октябре 1993 года. Но и эти протесты нельзя причислять к революционным. Политически они отражали всего лишь процесс борьбы между разными слоями общества. А рабочий класс в целом остался в стороне от борьбы за свою диктатуру. Другие же трудящиеся слои населения, и прежде всего научно-технический пролетариат, оказались неорганизованны, о чем заранее побеспокоилась контрреволюционная номенклатура.
Укрепляя свое экономическое положение, нарождающаяся буржуазия преднамеренно уничтожала обрабатывающую промышленность с превращением занятого в ней рабочего класса в деклассированных мешочников. При этом наука прикладная также уничтожалась под корень, а наука фундаментальная переводилась в рахитичное состояние с ограниченным финансированием. Это показало, что «мечты» взобраться на научно-технический Эверест после отказа от социализма являлись в лучшем случае обманом, а в худшем случае самообманом гайдарономики. Таким образом, если в условиях социализма существовали лишь субъективные препятствия для внедрения достижений науки и техники в массовое производство, то в условиях нынешнего ублюдочного сырьевого феодализма эти препятствия уже базируются на прочном экономическом основании.
Ярким примером тому является энергетическая проблема. Так, в угоду интересам сырьевого олигархата была уничтожена единая энергетическая система, позволявшая маневрировать энергоресурсами в направлении с востока на запад и тем самым серьёзно экономить энергию. Вместо этого олигархат заставил бедного Митю пропагандировать энергосберегающие лампочки, дающие ничтожный эффект. (А вы говорите, что учиться необязательно! Если ваш отпрыск не будет учиться, то он станет таким, как Митя, и девчонки не будут с ним водиться.)
Можно ли эволюционным путем вырваться из этой клоаки или же необходима революция? Какой класс будет возглавлять этот процесс и какие классы могут выступить его союзниками? Данные вопросы являются на сегодня основными, но они выходят за рамки этой статьи, а потому каждый читатель должен самостоятельно попытаться решить их.
А. Свободин
ФАКУЛЬТЕТ ИДЕОЛОГИЧЕСКОЙ БОРЬБЫ
ЧИСТО АМЕРИКАНСКАЯ ОПЕРАЦИЯ
Сорок четыре года назад, 21 июля 1969 года мир облетела сногсшибательная весть о том, что впервые в мировой истории человек ступил на поверхность Луны. Им стал американский астронавт Нейл Амстронг, через 20 минут к нему присоединился астронавт Эдвин Олдрин. Это событие в Советском Союзе, положа руку на сердце, многих привело не столько в восторг, сколько в смятение и удивление. Привыкшие к гордой мысли, что советская космонавтика впереди планеты всей, объективности ради отдавая долг американскому достижению, простые советские труженики, далёкие от космических проблем, занятые земными заботами, всё же в уголке своего подсознания задавали вопрос – как это могло случиться? Но не только они задавались этим вопросом. Он будоражил умы и тех, кто внимательно следил за освоением космоса СССР и США. Отсутствие вразумительного ответа на него вызывало подозрение в реальности полёта американцев на Луну. Ни у кого в мире не возникло подобных подозрений по отношению к советским достижениям в космосе (полёт первого искусственного спутника Земли, полёт Гагарина, полёт автоматических станций на Луну, выход в открытый космос Леонова), а реальность полёта на Луну американцев вызвала подозрение. И эти подозрения возникли уже в тот далёкий день 21 июля 1969 года, в день показа на весь мир высадки американских астронавтов на Луну. Связаны они были не только с тем, что в кадрах прямой телевизионной передачи американский флаг колыхался как от воздушного потока, которого на неимеющей атмосферы Луне не может быть, не только с тем, что тени от астронавта и лунной кабины расходились, как от искусственного точечного источника света. Закрадывалось сомнение из-за того, что на момент полёта у американцев не было достаточной научно-технической базы и практического опыта для такого полёта. Представьте себе, что человек, никогда раньше не занимавшийся спортом, поехал на чемпионат мира, например, по легкой атлетике, и завоевал титул чемпиона мира по бегу. Любой, даже далёкий от спорта человек без всякого сомнения скажет, что без длительных тренировок этого достичь невозможно. А вот американцам, получается, это удалось.
В истории полётов американцев на Луну столько несуразиц, столько очевидных несоответствий, что не задуматься над фальсификацией этих полётов мыслящему человеку, не раболепствующему перед Америкой, невозможно. С каждым годом вскрываются всё новые и новые факты, подтверждающие фальсификацию. Наиболее полный их перечень приведён в книгах Ю.И. Мухина «Лунная афера США» (2006 г.) и «Лунная афера, или Где были американцы?» (2009 г.). Прошло четыре года, и пора бы Юрию Игнатьевичу подумать о пополнении этого перечня.
Каждый шаг в освоении космоса Советским Союзом – это логическое продолжение предыдущего достижения. Первый облёт Луны и первые снимки обратной её стороны, первый спутник на окололунной (селеноцентрической) орбите, первый беспилотный облёт Луны с возвращением аппарата на Землю, первая мягкая посадка на Луну и первые снимки лунного ландшафта, первый управляемый с Земли луноход. Как видим, строго выверенная последовательность в исследовании Луны. Каждый последующий шаг исходил из опыта предыдущего.
Ко времени показа высадки американских астронавтов на Луну на ней, начиная с 1959 года, во всю трудились советские автоматические межпланетные станции (АМС) «Луна». Вокруг Луны вращались четыре искусственных спутника («Луна-10, 11, 12 и 14»). Станции «Луна-4» - «Луна-8», запущенные в 1963 – 1965 годах, отрабатывали системы мягкой посадки, астроориентации и управления бортовыми механизмами коррекции траектории полёта станции. В результате работы этих станций были осуществлены две мягкие посадки на поверхность Луны («Луна-9» и «Луна-13»). Ничего подобного к этому времени американской космической техникой достигнуто не было.
Задачей американских космических аппаратов «Рейнджер», созданных специально для исследования Луны, была всего лишь телевизионная съёмка её поверхности. Ни о какой отработки систем, обеспечивающих мягкую посадку на Луну, чем в те же годы занимались советские АМС «Луна», не было даже речи. В 1966 году американцы приступили к исследованию Луны по программе «Аполлон». Как это ни странно, но и в этой программе, по информации Национального управления по аэронавтике и исследованию космического пространства США (НАСА), не была предусмотрена отработка жизненно важной для астронавтов системы мягкой посадки на Луну. Полёт «Аполлона-1» в феврале 1966 года был всего лишь по баллистической траектории. Затем были ещё несколько околоземных полётов «Аполлонов» с целью испытания самого аппарата. «Аполлон-8» в пилотируемом режиме был выведен на орбиту спутника Луны. Совершив вокруг неё 10 оборотов, он вернулся на Землю. Пилотируемый «Аполлон-9» был выведен на околоземную орбиту и совершил на ней девятисуточный полёт. Пилотируемый тремя астронавтами «Аполлон-10» был выведен на орбиту спутника Луны, на которой два астронавта перешли в лунную кабину и отделились от основного блока. Полёт лунной кабины длился 8 часов, после чего, отделив посадочную ступень, она состыковалась с основным блоком. После восьмисуточного полёта «Аполлон-10» вернулся на Землю. Это был единственный полёт, в котором была опробована лунная кабина. Причём, по данным самих же американцев, были лишь опробованы её возможности расстыковки и стыковки с основным блоком. Важнейшие для жизни астронавтов возможности мягкой посадки и взлёта с поверхности Луны не были опробованы. И всё!! Посылать астронавтов на Луну с таким уровнем технической подготовки всё равно, что во время войны бросать войска в бой без предварительной разведки, обрекая этим войска на гибель. Очевидная невозможность такой дикой авантюры дала толчок к подозрениям в фальсификации американцами полёта на Луну. Оснований для таких подозрений было более чем достаточно.
