Краснодара, жуть как много. Весь автобус битком. Да поехали, пока не жарко. А я хоть как-нибудь да посплю. Ага, поспал.
Впереди меня ехала семейка с двумя детьми, которые начали сразу же ныть. После поворота на хребет одного укачало и он начал яростно блевать в проход.
Все пассажирки загорланили:
— Ребёнку плохо!
Остановились как раз напротив поста. Толпа выскочила из автобуса и начала искать место, где поссать. Да проехали всего-ничего, как дети малые. Водила бранился с папашей ребенка и заставлял убирать того наблеванное.
Как же я хочу домой!
О, а кто это знакомый такой в такую рань подъехал? Да это же капитан с больной спиной. Начальник здесь на посту, наверное. Вон сержант подошёл, ему доложил что-то.
Мы готовы были ехать, но теперь потеряли каких-то двух тёток, которые отошли поссать и пропали. Как раз этот самый капитан перешёл через трассу и поинтересовался причиной остановки. Пока водитель что-то объяснял, я гусиным шагом подошёл к капитану и приветственно рыкнул:
— Здра желаю, тащ каптан! (Всё как в части у бати!)
— О, привет, — по-настоящему обрадовался милиционер, — ты с суток едешь?
Я пожаловался капитану на работу, он пожаловался на спину. Тётки, наконец-то нашлись. Я распрощался со служивым и презентовал ему последнюю пачку «Мальборо». Тот сказал, что сам не курит, а вот его сержанты смолят вовсю. На прощание он пожал мне руку и проводил до двери автобуса. Водитель увидев, что я ручкаюсь с капитаном, отдал мне рубль и высадил в указанном месте без проблем. Где-то в семь часов я сидел на лавочке возле ворот дома и яростно зевал. Что-то работа спасателем выматывает посильнее, чем на заводе. Пошёл в душ, наплескался, намыл голову и начистил зубы. Одел чистые спортивки и пошёл к летнице, возле которой уже восседал Тихон и бил хвостом как бы спрашивая:
— Где же ты шлялся?
Так, есть не хочу. Значит, врубаем музыку и спать! Спать! Спать долго и упорно! Раскрутил вентилятор и услышал:
— Хазяееен, Анжаай!
Блять! Да какого хрена-то? Ну, пришли и работайте, что орать-то?
Я вышел и насуплено посмотрел на Аньку и Злату.
— Можно поспать? Я на сутках был. В чём проблемы?
— Ой, видим, на каких сутках был, кобелёк, — заржала Анька, — засос тебе русалки поставили?
— Допустим так, чего надо?
— Дидусь твой заезжал, сказал, вечером будет, он ещё после обеда позвонит. Мы поливать часа в два придем. Давай тебе твое украшение замажем, — сказала Злата, ухмыляясь и посматривая на мою шею.
— Хорошо, спасибо, — махнул им я и пошел в летницу. Юля! Сука! Багровый такой засосище.
Да и хрен с ним, я упал под вентилятор и вырубился без задних плавников.
***
Проснулся я часа в два дня. В голове не гудело, значит, поспал в меру. Пересыпать ведь тоже вредно. Покормил Тихона сметаной. Пошёл стирать плавки, шорты и тельняшку. Пока шмотки крутились в стиралке, отправился копаться в дедовские и отцовские загашники в кладовку большого дома. Нашел сеструхин магнитофон «Санья», как раз и под кассету, и приёмник есть. От сети приёмник работал, и то хорошо! Батарейки постараюсь купить. О, часы старые механические. Подкрутил подзаводку. Тикают! Забрал всё с собой.
Пришли представители солнечной советской Молдавии и принесли с собой, кроме сисек и длинных ног, банку с творогом и трёхлитровку свежего молока, дядька Фёдор передал. С чего такая щедрость? Ну ясно с чего, попросил пол-литровочку «того самого, на дубу». Пока девчата поливали, я разлил остатки сэма по всем красивым бутылкам, которые нашел. Сходил в самогонную. Брага ещё вызревала и, думаю, через пару дней уже можно выгонять. Чего бы себе пожрать приготовить?
С этими барскими мыслями я сел в саду на скамейке, возле мангала, с большой такой книгой «О вкусной и здоровой пище» аж 1953 года выпуска. Идиллия! Барин наблюдает за крестьянками в поле и почитывает книжку. Ещё бы французскую булку мне в зубы, вообще красота. Мои «крестьянки» закончили с поливом «угодий» и вручили тюбик крема для замазывания багрового засоса.
— Анжей, чего там вычитываешь? — поинтересовалась Злата, присаживаясь рядом и вытягивая свои длинные мускулистые гачи.
— А, да пирожков хочу нажарить. Вот всё рецепт ищу, с тестом у меня хреновато получается.
— Так давай мы тебе плачинт нажарим, это молдаванские пироги такие, вкусные, — предложила Златка, — а ты нам про любовь кино какое поставишь.
А это хорошая идея! Так, а что конкретно надо для этих пирогов?
Златка перечислила. Всё, вроде, есть: и мука, и сито, и масла постного в достатке. На начинку возьмут творог с чесноком и петрушкой, картошку пюре, ну можно ещё ирис с яйцом. Девчата пошли купаться в душ, я поискал фильм «За бортом» и зарядил видик.
Пришли мои «крестьянки» и, честно говоря, на них было приятнее смотреть, чем на пляжных или санаторных девчат. Пахли огородом да травой, говорили негромко, ловко раскатывали и месили тесто, уставившись в экран телика. Я начистил молодого чеснока, намельчил его и намешал вместе с творогом, потом ещё петрушки туда добавил. Истолок сварившуюся картоху, пока варились рис и яйца. По наитию пережарил репчатого лука на сливочном масле и добавил в картошку. Потом слил рис и начистил яйца. Тоже смешал, ещё зелени туда же. Ну красота! Девки ловко раскатывали скалками лепёшки и вполголоса обсуждали героиню фильма и красавчика-героя. Накатав теста, они попросили поставить на паузу и начали ловко начинять лепешки, закатывая их по краям. Разогрели в самой большой чугунной сковороде постное масло и, когда зашкворчало, приступили к жарке. Запах пошёл по всей летнице, и мой желудок аж спазмами скрутило. Пока Анька жарила, Златка быстренько вымыла стол, снова застелила его скатертью.
Я под горячие плачинты закипятил чайку. Продолжили смотреть, а я, сожрав три лепешки, одну с творогом, другую с картохой, ну и третью с рисом и яйцом, отдуваясь с кружкой чая, вышел на улицу. Хорошо ведь быть барином!
Ничью блевоту с лица смывать не надо и горелые волосы вычесывать. Ну а ведь если посудить, и «крестьянки» хороши, быстро поработали, фильм смотрят довольные. Если буду большим начальником, всегда на работу буду нанимать профессионалов и желательно с большими сиськами. Я попил чаек, развесил шмотки на просушку. Девчата, досмотрев фильм и прихватив пару лепёшек
