иначе, а Софи сейчас говорила не как обыкновенная собака, а как человек, который знает, что собаки говорят «гав», и пытается говорить, как собака.
«Что такое? – раздался встревоженный голос Софи в голове Лотти. – Я сделала что-то не так? Она меня не услышала? Сказать ей еще раз?»
– Она очень красивая, – с восхищением проговорила Руби. – Можно ее погладить?
Софи важно кивнула, но Лотти этого не заметила и сказала:
– Наверное. Обычно она дружелюбная.
Софи позволила Руби почесать себя за ухом и сердито взглянула на Лотти.
Руби вдруг сделала испуганные глаза:
– Мне только сейчас пришло в голову… Это та самая собака, которая покусала Зару, и той пришлось делать уколы от бешенства?
Софи оцепенела, а Лотти воскликнула:
– Что?!
Руби улыбнулась:
– Все нормально, я пошутила. То есть Зара так говорит, но я знаю, что это неправда. – Она опять протянула руку к Софи и ласково погладила ее по спине. – Извини, маленькая, я не хотела тебя обидеть. Удивительно, Лотти. Она как будто поняла, что я сказала про нее нехорошее. Смотри, как сильно она расстроилась. Наверное, она ловит твое настроение. Видимо, вы с ней очень близки.
Лотти улыбнулась. Руби даже не подозревала, насколько она права.
– Зара всем говорит, что Софи ее заразила бешенством? – пробормотала она.
Софи тихонько зарычала, и Лотти еще крепче прижала ее к себе.
– Все хорошо, Софи, это неправда. Софи не бешеная, – сказала она Руби. – И она не кусала Зару, только порвала ей юбку. Софи вообще никогда не кусается.
Софи сердито запыхтела. «Очень даже кусаюсь, – пробурчала она в голове у Лотти. – Просто пока не было случая».
– Но ведь Заре никто не верит, да? – с тревогой спросила Лотти у Руби.
– Ну… Ты же знаешь, как все бывает, – ответила Руби, с любопытством глядя на Софи. – Один скажет другому, другой скажет третьему, третий – четвертому, и слухи разносятся по всей школе. И у нее вроде есть маленький шрам на ноге. Может быть, след от укуса. А может, она сама его нарисовала помадой.
Лотти вздохнула:
– Ну ладно. Все равно меня все ненавидят, так что хуже не будет. Хочешь чаю с печеньем? – Лотти подумала, что уж Софи точно не откажется от печенья после этого обидного разговора о бешенстве. Она в жизни не видела Софи такой оскорбленной.
Софи съела три шоколадных печенья и принялась гипнотизировать взглядом чайник, пока Лотти не сдалась и не сварила ей кофе. Она понимала, что Руби может подумать, будто у нее что-то не то с головой, но сейчас настроение Софи было важнее.
– Она такая хорошая, – только и сказала Руби, наблюдая, как Софи, сидя на коленях у Лотти, лакает кофе.
– Софи, не торопись. Он горячий, ты обожжешься, – пробормотала Лотти, но Софи лишь сердито зыркнула на нее. – Она очень чувствительная, – сказала она Руби. – Но хорошая, да. – Она легонько обняла Софи. – И у нее нет никакого бешенства.
Но Руби не слушала Лотти. Она смотрела на подоконник, где стояли горшки с геранью.
– Э… Лотти? Там мышка в цветочном горшке… Она розовая!
Глава 7
Розовые мыши все-таки подвели Лотти. К счастью, именно в эту минуту Ариадна пришла в магазин и услышала, как Лотти пытается объяснить, что мыши – тем более розовые – не бегают по магазину на свободном выгуле. Лотти было ужасно неловко, ведь ей приходилось врать Руби, которая, конечно же, была права. Просто розовые мыши отличались неуемным любопытством и им хотелось рассмотреть Лоттину подружку поближе.
Ариадна улыбнулась Руби и посмотрела ей прямо в глаза. Магия была такой сильной, что даже Лотти почувствовала ее привкус, разлившийся в воздухе – ванильный и теплый, как аромат свежих булочек, – мягкие, нежные чары забвения. Лотти пришлось внутренне сосредоточиться, чтобы ее мысли не растворились в этом баюкающем беспамятстве. Руби растерянно моргнула и, кажется, тоже подумала о свежей выпечке. Не спросив разрешения, она схватила еще одно шоколадное печенье и принялась задумчиво его жевать.
Ариадна слегка удивленно взглянула на Лотти, и та прошептала одними губами:
– Спасибо…
Вскоре Руби засобиралась домой, но перед уходом спросила у Лотти, не хочет ли та прийти к ней в гости в четверг, то есть послезавтра. Значит, мыши еще не все испортили.
Лотти закрыла за Руби дверь чуть ли не с облегчением. Теперь она понимала, почему Дэнни не приглашает в гости своих друзей. Лотти совершенно не представляла, как бы она выкрутилась, если бы Ариадна не появилась так вовремя.
Ариадна и дядя Джек о чем-то тихонько беседовали у прилавка.
– Ты могла бы и сама справиться, Лотти, – заметила Ариадна, убедившись, что Руби ушла. – Без моей помощи.
Лотти покачала головой.
– Да как-то неловко… – пробормотала она. – Мало ли что у нее в голове. Зачем мне это видеть?
– Мне показалось, она хорошая девочка, – с надеждой проговорил дядя Джек. – Э… тебе тоже, да? – спросил он у Ариадны.
– Джек, ты правда спрашиваешь, проверяла ли я, нет ли в мыслях новой лоттиной подружки чего-то такого, о чем нам надо знать? – уточнила Ариадна таким сладким голосом, что дядя Джек тут же смутился.
– Нет, что ты?! Конечно нет! – Под пристальным взглядом Ариадны, Лотти и Софи он смутился еще сильнее. – Ну то есть да. Но не то чтобы специально. Может быть, что-то случайно всплыло само… Прошу прощения, – дядя Джек тяжело вздохнул. – Я просто хотел убедиться, что она… ну, вы понимаете… хорошая девочка. Все остальные девчонки в их школе такие противные, а я хочу, чтобы Лотти нашла настоящих друзей.
– У нее есть я! – сердито тявкнула Софи, а потом ласково ткнулась носом в ногу Лотти. – Но, Лотти, подумай. Руби видела эту глупую мышь… – Из клетки на самом верху донесся возмущенный писк, тут же заглушенный громким шиканьем всех остальных розовых мышей. – Глупую мышь, – повторила Софи еще громче, – а это значит, что даже если в ней нет своей магии, она все равно восприимчива к волшебству.
Лотти озадаченно нахмурилась:
– В каком смысле?
– Твоя мама вообще не увидела бы эту мышь. Да, Лотти? – улыбнулась Ариадна.
– И даже если бы увидела, то убедила бы себя, что ей померещилось. – Дядя Джек на секунду задумался и кивнул: – Да, для Руби это хороший знак.
Лотти поморщилась:
– Да, наверное. Но мне хотелось спрятаться под стол, когда Руби сказала про мышку. Я просто не знала, что делать!
Ариадна вдруг посерьезнела.
– Я понимаю, ты растерялась, но тебе нужно хоть иногда применять свою силу, Лотти, – мягко проговорила она. – Если ты не хочешь использовать свои способности, тогда зачем
