В этот момент корабль мягко коснулся земли. Люк распахнулся, и по сигналу стюарда несколько подчиненных Генри сбежали по ступенькам и окружили трап. Блейз вышел из корабля и сразу почувствовал, что легкие наполняет прохладный – хотя и пахнущий немного по-другому, но свежий – воздух. Лучи весеннего Сириуса, льющиеся с удивительно красивого сапфирово-голубого неба и кажущиеся такими непривычно желтыми после слепящего белого сияния Эпсилона Эридана, на мгновение ослепили его. Похоже, он оказался тут в самый разгар того, что, очевидно, было здешним жарким летним днем.
Блейз отошел в сторону, чтобы остальные сопровождающие его люди тоже могли покинуть корабль. Генри и Тони были среди первых, кому Солдаты Господа разрешили выйти. Генри повел Тони к четвертой по счету машине. Некоторые из Солдат уже начали садиться в первые три черных лимузина.
Блейз ждал у подножия трапа под великолепным небом и совершенно иным, чем то, к которому он привык, солнцем, чувствуя себя необыкновенно довольным и расслабленным. Казалось бы, особых причин тому не было. Затем его осенило: наконец-то он, отбросив последние сомнения, приступил к действиям, направленным на выполнение великой цели, что он поставил перед собой.
Его размышления прервал Генри.
– Я посадил Тони в четвертую машину. А ты садись во вторую с этой местной руководительницей Иных, как бишь ее… Ана Вассерлайд, что ли?
– Значит, она лично прибыла сюда? – безразличным тоном спросил Блейз. – Данно считал, что она встретит нас в отеле.
– Нет, она здесь и высказала желание ехать в одной машине с тобой. Так что Данно поедет пятым вон в том лимузине, – сказал Генри. – А я сяду впереди в твоем.
– Не надо, лучше поезжай с Тони, – заметил Блейз. Генри некоторое время молча смотрел на него.
– Хорошо, – наконец нехотя согласился он. Он подвел Блейза к машине. Блейз пригнулся и забрался внутрь.
Ана Вассерлайд, занимавшая одно из двух задних кресел, оказалась довольно энергичной с виду, высокой, худощавой блондинкой. Похоже, ей было лет под тридцать; одета она была в полуофициальное миди-платье из какой-то шелковистой ткани цвета морской волны. Как только Блейз занял соседнее с ней кресло и дверь за ним закрылась, она чуть устало приветствовала его.
– Рада наконец-то познакомиться с вами. Мне давно хотелось лично поблагодарить вас за то, что в прошлом году вы назначили меня главой нашей здешней организации.
– Это вам Данно нужно благодарить, – возразил Блейз. – Настоящий руководитель организации у нас – он, сами знаете. А я – просто что-то вроде странствующего философа, хотя время от времени Данно и советуется со мной по некоторым вопросам.
– Да, конечно, я обязательно поблагодарю его, – ответила Ана. Но по тону ее голоса было ясно, что она ни на секунду не поверила в эту наивную сказочку о странствующем философе Блейзе. Довольно глупо с ее стороны давать мне это понять, видимо пытаясь тем самым оказать на меня некоторое давление, равнодушно подумал Блейз. – Но все равно я хотела поблагодарить и вас тоже.
– Очень мило с вашей стороны, – отозвался Блейз. – А вы привезли ту кассету, о которой говорилось в моем сообщении? Ту, на которой содержится информация о членах нашей здешней организации: те, кто еще обучается, а также способные занять высокие административные посты.
– Вот она. – Ана достала кассету и передала ее Блейзу. У нее было довольно приятное сопрано, в котором, правда, когда она начинала говорить слишком быстро, то и дело проскальзывали металлические нотки.
Блейз потянулся к одному из читающих устройств, которые висели на спинках передних сидений под прозрачной перегородкой, отделявшей заднюю часть салона от передней, где находились водитель и один из Солдат Господа. Блейз надел читающее устройство. Прибор напоминал черную прямоугольную маску с наушниками и эластичной лентой, удерживающей его на голове.
– Прежде чем вы начнете, – донесся до него приглушенный наушниками голос Аны, – я хотела сообщить вам еще кое-что. На ваше имя получено приглашение на ужин в клубе ПСД. Он состоится сегодня вечером, и на нем будут присутствовать самые влиятельные люди ПСД. Вы, наверное, помните, что ПСД и Гильдмейстеры – две могущественнейшие силы на планете? ПСД расшифровывается как Председатели Советов Директоров, и большинство тех, с кем вы сегодня вечером познакомитесь, руководители гигантских корпораций.
– Понятно, – отозвался Блейз. – Но давайте поговорим об этом поподробнее, когда приедем в отель.
Ана смолкла. Блейз незаметно дотронулся до кнопки на браслете. Перечень фамилий, до этого момента заполнявший все поле его зрения, исчез, и маска стала экраном интеркома, односторонне связанного с интеркомом машины, в которой находились Генри и Тони.
Пока Блейз и Ана разговаривали, все остальные расселись по машинам и кортеж тронулся в путь. Лимузин, в котором находились Блейз и Ана, почти сразу нырнул в туннель. Как только на экране перед глазами Блейза появились лица Генри и Тони, до него тут же донеслись и их голоса. Тем временем лимузин Блейза миновал туннель и выскочил на магнитное шоссе, почти наверняка ведущее прямо в город Новая Земля.
– …Неужели вашим Солдатам непременно нужно так пристально следить за водителями? – услышал он голос Тони.
Создавалось впечатление, что девушка смотрит прямо на него; очевидно, она, сидя на переднем сиденье, обернулась к пассажирам сзади. Не будь интерком включен, Блейзу не удалось бы подслушать их разговор, который так и остался бы сугубо частной беседой.
– …водитель ведь наверняка тоже Иной, правда? – не унималась Тони. Генри кивнул.
– Мы тоже считаем, что ему можно доверять, просто не хотим рисковать, – пояснил он.
– Такое впечатление, что вам это просто нравится, – заметила она. Блейз знал, что прежде ей практически не доводилось сталкиваться с Солдатами.
На лице Генри едва заметно промелькнуло выражение обиды. Но он тут же взял себя в руки.
– Жизнь научила их быть всегда настороже, постоянно и повсеместно, будь то на Гармонии, Ассоциации или на любой другой планете, – сказал он. – Вы же тоже родом с Ассоциации. И должны понимать, что значит быть Солдатом.
Она кивнула.
– Я знаю.
Ее собственная церковь – церковь, которую она посещала в детстве, – однажды вступила в конфликт с другой религиозной организацией, и тогда Солдаты Господа – добровольцы из других церквей – пришли на помощь обеим сторонам.
– Я видела их, когда мне было двенадцать лет, – добавила она. – Но те Солдаты были не очень похожи на этих.
Генри помолчал и после недолгой паузы ответил:
– Все эти люди – страдальцы. И страдания их отнюдь не физические. Их мучает сознание греха. Равно как и меня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
