— Ефросинья, у тебя получится помочь нам подготовиться? — Я перевел тему на более практичную сторону. — Времени осталось мало, а подготовка, как я понимаю, дело тяжелое.
Фрося задумалась, что-то покумекала, пробормотав себе под нос, а затем снова взглянула на Ольгу.
— К счастью, у меня есть опыт подготовки знатных особ к дебютам. Ирина Алексеевна в свое время тоже была удостоена чести дебютировать на Летнем балу в Екатерининском дворце. Но сперва мне нужно предметнее взглянуть на глину, из которой мы будем лепить ослепительную амфору.
Фрося знаком пригласила нас следовать за собой. Пока мы поднимались и шли по парадной части особняка, Оля немного сбросила с себя застенчивость и с любопытством разглядывала коллекцию редкостей — доспехи, старинное оружие, портреты в тяжелых рамах и причудливый фарфор.
— Пришли, — модистка остановилась у своего кабинета и многозначительно взглянула на меня. — Михаил Николаевич, я собираюсь раздевать вашу сестру. Полагаю, вы не пожелаете смущать ее еще больше…
Я хлопнул себя по лбу.
— Конечно! Прошу прощения. Фрося, сколько времени займет первый прием?
— Консультация, снятие мерок, подбор стиля, поиск похожих эскизов… Ох, Михаил Николаевич, боюсь, вам придется остаться на ужин.
У меня была другая идея.
— Мне нужно съездить в город, — сказал я и взглянул на часы. — Это займет часа два-три. Вам будет чем заняться все это время?
— Еще бы, ваше сиятельство! — хохотнула Ефросинья. — Не гоните слишком быстро.
***
Я вышел из банка и поежился от дувшего со стороны Невы прохладного ветра. Деньги, которые тогда мне передал Корф, за все это время я не трогал, и на них накапали приличные проценты. Еще один плюс хранить финансы в банке для аристократов — повышенная ставка. Двадцать процентов на поддержанный золотом рубль — такие прибыли в моем родном мире мне не снились.
Денежки хорошо поработали, поэтому я позволил себе снять сразу триста рублей. Пусть Оля ни в чем себе не отказывает. А не хватит — сниму еще. Пусть у нашей маленькой рыбной магнатки будет самое красивое платье.
Гостиный двор был совсем недалеко от банка, и я заскочил в лавку сладостей — взял коробочку засахаренных фиалок для сестры и коробку элитного шоколада для Фроси. Разумеется, я ей заплачу за работу так, как если бы был посторонним заказчиком. Просто хотелось сделать приятное и поблагодарить за отзывчивость.
— Ну что, Витя, — сказал я, заведя мотор, — Поехали обратно. А пока подумаем, зачем на этот бал пригласили Олю…
Пока я рулил по относительно свободным проспектам, уже спустились сумерки. А я размышлял о балах и сестрах.
О балах я почти ничего не знал и бывал всего на нескольких. Помимо того, что это было испытание для ног танцами, там, в полутемных нишах, можно было переговорить с кем нужно, послушать сплетни, получить приглашения и понаблюдать за нужными людьми. Но я рассматривал подобные мероприятия с позиции агента Тайного отделения.
А как бы посмотрел на них простой графский сын?
Итак, Оля у нас — пока что слабо одаренная Благодатью наследница рода, в котором пока что есть лишь одна заметная и подающая надежды персона — я. С какой стороны ни посмотри, Оля точно будет отличаться от остальных двадцати девяти приглашенных девиц. Богатством, титулом, статусом… Разве что красотой многих переплюнет — с каждым годом сестренка все больше превращалась в обворожительную девушку.
Итак, зачем таких девиц приглашают?
Первое и самое очевидное — смотр невест. Женихи подыскивают себе партии. Дебютантки неизменно привлекают внимание таких господ.
Второе — императрица, цесаревны и Великие княжны пополняют штат фрейлин. Фрейлина — работа нелегкая, что бы там ни говорили, но почетная и статусная.
Третье — Олю могли пригласить, чтобы ненавязчиво отметить мои заслуги. В данном случае Романовы таким образом могли отметить меня как подающего надежды. Или же они этим приглашением решили заявить, что считают нас достойными.
Интересно, какой из вариантов двигал императорской фамилией на самом деле? И не приложила ли к этому руку сама Великая княгиня?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
А может у нас появились и другие покровители?
Ладно, покопаем, подумаем, поглядим. Оля точно справится — она всегда с блеском преодолевала любые испытания. Лишь бы ей самой понравилось.
Занятый размышлениями, я не заметил, как пролетело время. Руки и ноги уже настолько привыкли к непокорному черному монстру, что я перестал чувствовать тяжесть управления. Привык, однако. Я как раз свернул с трассы и подъезжал к первым воротам — охрана без вопросов пропустила меня, узнав автомобиль.
Стоило припарковаться и войти в холл, как со стороны лестницы донесся хрустальный девичий смех.
— Смотрю, вы подружились, — улыбнулся я, когда Оля и Фрося принялись спускаться.
Глаза Оли горели. Неужели модистка смогла влезть в душу моей интровертки-сестры и заинтересовать ее тряпками да шмотками?
Фрося слегка поклонилась.
— Вы вовремя, ваше сиятельство. Мы как раз закончили.
— И как прошло?
— Продуктивно!
Я передал Ефросинье коробку шоколада, в которую успел спрятать деньги.
— Это в знак моей благодарности. И, пожалуйста, пришли мне список всего необходимого и стоимость работы.
Фрося отвела взгляд.
— Ваше сиятельство, я буду рада…
— Не обсуждается!
Модистка попятилась.
— Ладно-ладно, как пожелаете, — она перевела взгляд на Олю. — Тогда следующая встреча состоится через четыре дня. К этому моменту у меня будут наброски, эскизы выкроек и образцы.
Оля с готовностью кивнула.
— Конечно. Тогда созвонимся, Фрося!
Попрощавшись, я подвел сестру к машине.
— Смотрю, она и правда тебе понравилась.
Оля бухнулась на переднее пассажирское, и ее прорвало.
— Миша, ты не поверишь! Она меня поняла. Поняла! Не просто выслушала, а мы с ней словно оказались на одной волне мыслей… Я начинала фразу, а Фрося ее продолжала… И она оценила то, что я хочу.
— И что это будет?
Ольга заговорщически улыбнулась.
— Не скажу. И не покажу. То тебе точно понравится. Одно могу сказать точно — даже если я не буду самой красивой дебютанткой в зале, мой образ запомнят все.
Я завел Витю и медленно тронулся, не зная, радоваться ли такому воодушевлению сестры или нет. Обычно она у нас была скромницей, да и вообще мало заботилась о модной одежде. Но любила все необычное. И сейчас мне было страшновато представить, что же именно они там с Фросей навыдумывали. С Фроси станется — она Матильду одевала.
— И у меня будет просьба, Миш, — тихо сказала сестра, глядя на удаляющийся особняк Штоффов.
— М?
— Я знаю, что ты наверняка где-то нашел деньги. Знаю, что ты очень сильно обо мне хлопочешь. И благодарна тебе, правда, но пока ничем не могу тебе ответить. Поэтому… Ты согласишься сопровождать меня на императорский бал? Будешь моим кавалером?
Глава 8
— Все готовы? — не убирая рук от руля начищенного до блеска Вити, я обернулся назад — к отцу и Оле. — Скоро приедем.
Мне ужасно не хотелось переться на прием к этому Шувалову, но бабушка в последний момент занемогла, и пришлось срочно доставать костюм. А жаль, я почти избежал необходимости проводить вечер с теми, кто был мне неинтересен.
Отец настоял на присутствии Ольги — хотел, чтобы она понемногу привыкала к обществу незнакомцев. Ну а я в большей степени поехал ради нее. Поддержать там, дать пару советов, представить некоторых знакомых в менее формальной обстановке, нежели императорский бал.
— Оленька, хватит глядеться, — проворчал Патриарх. — Ты хорошо выглядишь.
Сестра с тихим щелчком захлопнула карманное зеркальце и вздохнула.
— Только можно мы пробудем там недолго? — взмолилась она. — Я работала почти весь день и с большим удовольствием предпочла бы провести вечер дома. С вами, за книгой. Мне как раз привезли свежие августовские журналы по рыбоводству… Пришлось подтянуть немецкий язык, чтобы лучше понимать статьи их специалистов.
