Читаем без скачивания Заклятие гномов - Тамара Крюкова

Глубокой ночью отряд въехал в окруженный высокой крепостной стеной город. Злату заперли в келье, где не было ничего, кроме жесткой кровати, накрытой тонким одеялом из верблюжьей шерсти, и грубо сколоченного стола. Злата не надеялась на радушный прием и роскошные апартаменты, но была уверена, что назавтра все прояснится и ее отпустят. Коснувшись головой подушки, она тотчас заснула, как человек с чистой совестью, которому нечего бояться.

С первыми лучами солнца Арестея отперла дверь и грубо растолкала спящую:

— Хватит дрыхнуть, неженка. Тебя хочет видеть царица амазонок.

Своей неприкрытой враждебностью Арестея так и напрашивалась на дерзость, но Злата сдержалась, решив, что разумнее придержать язык за зубами. Под конвоем Злату повели к царскому дворцу. Солнце только тронуло плоские крыши домов, узкие улочки еще были окутаны прохладным полумраком, но город уже ожил. По пути к отряду присоединялись встречные амазонки, и когда Злата с конвоирами подошла к центральной площади, за ними шествовала целая толпа.

Величественный белокаменный дворец высился над площадью как свидетельство мощи здешней царицы и поражал своей строгостью. Ни одна лишняя деталь или ненужное украшение не нарушали простоты гармонии. Широкая мраморная лестница вела к подиуму, где среди стройных колонн возвышался трон, с которого царица вершила суд на глазах у подданных.

Толпа разразилась шумным приветствием, когда правительница поднялась на подиум. Подобно утреннему солнцу, дева-воительница предстала перед собравшимися во всем блеске. Солнечные блики играли на ее доспехах и золотых поножах. Голову царицы покрывал златогривый шлем. На боку у нее висел меч в ножнах из серебра и слоновой кости, а щит был похож на луну, восходящую над поверхностью моря.

Сев на трон, царица приказала Арестее говорить.

— О великая царица! Пленница утверждает, что она простая смертная, однако ее красота посеяла сомнение в моей душе. Не презренная ли это Елена, ввергшая Трою в пучину войны?

— Нет, это не Елена, — отчеканила царица.

Злата победоносно глянула на Арестею. По толпе прошел гул, амазонки строили догадки, откуда появилась незнакомка и кто она такая. Царица сделала знак. Голоса смолкли, и она обратилась к Злате:

— Расскажи, как ты попала сюда?

Злата помнила отца, бакалейную лавку, дом, мимолетную встречу с красавцем- музыкантом и долгие скитания в поисках его. Она помнила, как они встретились вновь и музыкант оказался принцем, но что же было потом? Почему она переправилась через Лету? Как ни старалась Злата, воспоминания ускользали от нее.

— Не помню. — Она покачала головой. — Я знаю лишь, что должна вернуться на Землю. Там меня ждет отец… — Она хотела добавить «и любимый», но вовремя осеклась, решив, что об этом лучше промолчать.

— Ничто не бывает напрасным. Если судьба привела тебя к нам, значит, так нужно. Ты останешься среди нас, пока не будет знака свыше, — сказала царица.

Вперед выступила Арестея:

— Великая царица! Эта изнеженная пришелица нам не ровня. Значит ли это, что она станет нашей рабыней?

Злата вспыхнула. Она не заслужила презрения, с которым о ней говорила Арестея.

— Я ничем не хуже вас и не позволю помыкать собой. — Ледяной тон, которым она произнесла эти слова, не выразил гнева, клокотавшего в ее душе.

— А ты дерзкая, — усмехнулась царица. — Если сумеешь в состязании доказать, что ты равная среди равных, пусть будет посему.

Глава 23

Посвящение в амазонки

Толпа на площади раздалась в стороны, освобождая место для соревнующихся. Злате предложили выбрать обоюдоострый топор, меч или копье. Она в смятении помотала головой:

— Я не владею оружием.

— Ты не только слаба, но и труслива, — презрительно поморщилась Арестея.

— Я не уступлю в смелости ни одной из вас, но не стану драться и тем более причинять боль даже тебе, — гордо сказала Злата.

— Наша храбрость проверена в боях, — вспылила амазонка. — Царица, позволь посмотреть, такая ли она смелая под градом стрел, как на словах.

Верховная амазонка кивком дала согласие. Злату подвели к столбу с прикрепленными к нему цепями, но не стали приковывать. Девушка не знала, что затевается, но не ждала ничего хорошего. Амазонки под предводительством Арестеи встали в полукруг на некотором расстоянии от столба. Арестея сделала знак, и девы-воительницы изготовили луки. Злата с ужасом смотрела на нацеленные в нее стрелы. Она обвела взглядом лица амазонок, но не нашла в них сострадания. Они привыкли подчиняться приказу. Лишь Вега, потупив глаза, незаметно отвела лук в сторону. Злате оставалось смириться с неизбежным. Она гордо вскинула голову и в упор посмотрела на Арестею.

Тетива зазвенела, как тронутая струна. Стрела вонзилась прямо над головой Златы, едва не задев ее волосы. Не успела Злата опомниться, как следующая стрела просвистела у нее над головой. Амазонки по очереди выпускали стрелы, которые вонзались рядом с живой мишенью. Злате казалось, этот кошмар длится вечно. Последней очередь дошла до юной Веги. Амазонка медлила.

— Достаточно! Тебе, Вега, следует быть решительней, — произнесла царица и обратилась к Злате: — Ты достойна быть одной из нас. Будущее покажет, зачем тебе предназначался этот путь.

По толпе прошел гул одобрения, и Злата с облегчением вздохнула. Правда, она вовсе не собиралась становиться амазонкой, но сейчас ей было не до того, чтобы об этом рассуждать. Арестея подскочила к Веге, в ярости вырвала стрелу у нее из рук и переломила через колено.

— Ты молода и глупа. Думаешь, ты поступаешь верно, что проявляешь к ней жалость? Таким, как она, не место среди нас. Она еще накличет беду, но будет поздно, — прошипела Арестея и быстрым шагом пошла прочь.

…Келья, куда поселили Злату, мало чем отличалась от тюрьмы. Свет проникал сюда через маленькое оконце, и даже солнечные лучи не могли скрасить голых каменных стен и такого же пола. Кровать, укрытая походным верблюжьим одеялом, да стол с медным тазом и кувшином для умывания составляли нехитрое убранство комнаты. Во время странствий девушке приходилось довольствоваться и меньшим.

Гораздо больше неудобств доставило ей новое одеяние. В коротенькой тунике и зашнурованных до колен сандалиях Злата чувствовала себя раздетой, ведь с детства она привыкла носить юбки до пят. Однако ко всему на свете привыкают. В новом наряде она была дивно хороша. Белоснежная туника, перехваченная на талии тоненьким пояском, ниспадала мягкими фалдами, и на ее фоне золотые волосы Златы спорили с солнцем.

Девушка наотрез отказалась носить оружие. Она не принимала участия в состязаниях по силе и ловкости и не упражнялась в стрельбе из лука или во владении мечом, но весть о ее смелости облетела город, и амазонки смотрели на ее причуды снисходительно, тем более что она не чуралась никакой тяжелой работы. Злата мыла лошадей и чистила конюшни, выгребала мусор и оттирала громадные засаленные котлы.

Арестея зорко следила за тем, чтобы новенькой не давали потачек, так что к вечеру Злата валилась с ног от усталости.

Скоро новенькая стала всеобщей любимицей. Она никому не перечила, всегда была приветлива и весела и не отказывалась сделать грязную работу за других. Больше всего они подружились с Вегой. В редкие свободные минуты Злата вышивала для подруги узор на тунике, чтобы отплатить девушке за доброту. Злата и не знала, что это изменит ее жизнь к лучшему. Оценив ее рукоделие, амазонки стали наперебой просить Злату расшить туники и плащи. Все чаще девушка оставалась дома за пяльцами, а вскоре ее совсем освободили от другой работы. Целыми днями она вышивала или обучала рукоделию амазонок. По правде говоря, воинственным девам больше нравилось ходить на ее занятия, чем на уроки военного искусства. Некоторые даже пытались украсить свои убогие кельи вязаными салфетками и вышитыми занавесками. Однажды, оставшись наедине с Вегой, Злата сказала:

— Все же иголка с ниткой для женских рук милее, чем лук и стрелы.

— Ты права, сестра, но если мы разучимся владеть оружием, мужчины подчинят нас себе, — возразила Вега.

— Неужели вы думаете, что мужчин можно одолеть оружием? Есть способ куда более верный, — рассмеялась Злата.

— И ты знаешь его? — заинтересовалась Вега.

— Конечно. Об этом знает каждая девушка на Земле. Улыбка поработит мужчину скорее, чем меч и топор.

— Ты смеешься надо мной! — обиделась Вега.

— Ничуть. Улыбнись мужчине, будь с ним приветлива и ласкова, и он сделает все, что ты пожелаешь.

Вега не поверила словам Златы, но все же задумалась. Подруги были неразлучны. Все свободное время они проводили вместе. Вега учила Злату обычаям и законам амазонок, а та поведала подруге о земной жизни. Больше всего Веге нравилась история любви Златы. Тысячу раз она слышала о встрече с принцем, переодетым бродячим музыкантом, и все равно снова и снова просила рассказать об этом.