И он налетел на дверь чуть ли не с разбегу, резко повернул ручку и толкнул створку вперед, а когда она не поддалась, ударил плечом в белый металло-пластик. Дверь была заперта на внутренний замок, но этот замок — жалкая английская защелка — был не из тех, что могли бы сейчас его остановить. Грег ударил еще раз, и еще, что-то затрещало — и вдруг защелка клацнула, дверь подалась, он по инерции влетел внутрь и напоролся на стол, опрокинув вазу с сухими цветами.
— Что вы здесь делаете, Грегори?
Несколько секунд он лихорадочно вертел головой, пока наконец не увидел Ольгу. Она стояла слева от распахнутой двери, в тени створки, маленькая, почти незаметная. Она смотрела на него в упор, без испуга, без удивления, ее вопрос не мог означать ничего сверх того, о чем она формально спрашивала. И это было неправильно, черт побери! Ведь к ней в офис глубокой ночью вламывается человек, которого она считает убитым, убитым на все сто процентов, она же привыкла, что ее приказы выполняются быстро и безукоризненно, — а он вот вламывается, он жив, и на нем махровый полосатый халат… Она должна бы удивиться.
Грег машинально пригладил рукой еще влажные волосы. Ольга была в классическом песочного цвета костюме, приталенном, элегантном. И вся — ухоженная, безупречная прическа — волосок к волоску, и некоторые пряди серебрятся, но вряд ли это седина, наверное, просто такая краска для волос Он вдруг впервые подумал о том, сколько Ольге лет тридцать или все сорок? Ни одной морщинки на лице, но ведь женщины, особенно такие, они умеют…
Хорошенькие мысли и, главное, вовремя! Эта баба, она же приказала тебя убить из-за канцелярской скрепки, а ты…
Он шагнул к ней, все крепче стискивая кулаки. Сильное, материальное чувство. Все равно какое — так, кажется, говорил профессор? — любовь, ненависть или страх. Страх достанется ей. Ей, привыкшей запросто менять винтики в своем механизме. На этот раз так просто не получилось.
Вот если б еще не этот нелепый халат, едва прикрывающий колени. Не лучший наряд для мстителя — но какое, к чертовой матери, это имеет значение?!
Ольга вдруг повернулась, плавной неторопливой походкой прошла мимо Грега и села за свой рабочий стол. Медленно, обстоятельно сложила стопочкой бумаги, некоторые из них спрятала в ящик, задвинула его, выключила компьютер. И только потом подняла глаза.
— Садитесь, Грегори. Только сначала, пожалуйста, поднимите вазу.
Ах ты.. Грег не додумал ругательства, ни одно не казалось достаточно сильным. Хотя, в конце концов, она просто бравирует. Тянет время, пытаясь что-то придумать Если бы она запаниковала, закричала, позвала на помощь охранника, честное слово, Сэнди бы не успел. Грег внезапно остро проникся этой мыслью и почувствовал себя абсолютно, безмятежно спокойным. Если что, Сэнди не успеет. Никто не успеет прийти ей на помощь.
Но только не в этом дело. Он должен прежде всего разобраться… должен понять, как это — за канцелярскую скрепку…
Он нагнулся, придерживая полы халата, и поставил на стол маленькую фарфоровую вазу. Потом нагнулся еще раз и, выпрямившись, сунул в нее пучок уже смятых, похожих на сено сухих цветов.
Ольга забарабанила пальцами по столу. Маленькие, неправдоподобно тонкие пальцы, бесцветные ногти и узкое обручальное кольцо. Муж Ольги был телемагнатом, не более и не менее успешным в своем бизнесе, чем она в своем. Кажется, у нее есть и ребенок… да, сын, его фотография лежит в ящике письменного стола вместе с какими-то документами, которых Грег не видел, но из-за которых… Или из-за чего-то другого?
— Садитесь, Грегори, — повторила Ольга.
Он опустился на стул. А может, ей и все пятьдесят, парень-то довольно взрослый. Старуха, ненавидящая чужую молодость. Он ей покажет. Но сначала…
Он набрал в легкие побольше воздуха.
— Зачем вы это сделали?
Ольга перестала барабанить и пожала плечами:
— Грегори, мне кажется, Пол вам достаточно доходчиво объяснил, за что вы уволены. Кстати, напоминаю, что вас брали на работу с испытательным сроком на год, и этот срок еще не окончился. Вам бы стоило быть осторожнее со своим любопытством. Лично я не думаю, что вы шпионили в пользу конкурирующей фирмы, но это всего лишь мое мнение. Мы не имеем права рисковать.
Не имеет права рисковать. Грег даже задохнулся в диком возмущении, все поплыло у него перед глазами. Не рисковать! Вот как это называется, спокойно и без зазрения совести. Он никак не мог перевести дыхания, а Ольга еще продолжила ровным бесстрастным голосом:
— С вашими способностями, Грегори, вы без особого труда найдете другую работу.
«И парнем вы были неплохим…»
Он поплотнее запахнул халат, придвинулся вплотную к столу Ольги и оперся на него локтями, нависая над его поверхностью всей своей массой. Ольге пришлось бы запрокинуть голову, чтобы посмотреть Грегу в глаза. И она запрокинула, вздернув четко очерченный подбородок, их взгляды встретились.
— Вот что, перестаньте, — раздельно, стараясь не задыхаться, выговорил Грег. — Меня хотели убить, в меня стреляли, за мной гнались весь вечер, — сколько вы им заплатили? Я точно знаю, что это вы, у меня нету здесь врагов, тем более с такими деньгами.
Ольга молчала, выражение ее лица совершенно не изменилось. Но глаза она все-таки отвела, опустив выпуклые, слишком тяжелые веки, покрытые поблескивающими тенями.
— Конечно, вы не сознаетесь, — продолжал Грег, все более взвинчиваясь, — сделаете вид, что вы тут совершенно ни при чем, вы и Пол. Конечно, если вы будете молчать, я никогда ничего не докажу, вы это прекрасно знаете. Тем более что, по вашим расчетам, скоро я вообще никому ничего не буду доказывать. Но пока-то я жив, и на вашем месте я бы имел это в виду. И еще хочу сказать вам — не думайте, я не надеюсь, что вы тут же отзовете своих громил, — просто так, для информации: я ничего там не видел! Слышите: ни-че-го!!! Ни на кого я не шпионю, а если бы шпионил, то делал бы это куда грамотнее, черта с два вы б меня поймали! Так что вы совершенно зря потратили свои денежки. Вы все сразу заплатили или только аванс?
Ольга встала и медленно подошла к окну, задернутому жалюзи. Грег обернулся, напряженно следя за ней. Она могла незаметно включить какую-нибудь сигнализацию. Могла вооружиться. Могла вдруг оказаться вне его досягаемости, и тогда все к черту! Грег тоже вскочил, спружинив на мягком полу. Она никуда не уйдет. К ней на помощь никто не успеет.
Ольга отодвинула край жалюзи и прислонилась лбом к стеклу.
— Что за чушь вы несете, — устало сказала она. И вдруг, резко повернув голову, она неслышной скороговоркой спросила:
— Совсем ничего?
В первую секунду Грег даже не понял, о чем это она. Ольга смотрела на него через плечо, и в ее глазах впервые было настоящее человеческое нетерпение, большее, чем просто любопытство, нет, ей жизненно важно было получить совершенно точный ответ на свой вопрос. Грег весь напрягся и крепко стиснул кулаки. Это был шанс. Если она ему сейчас поверит, она может действительно отменить свой приказ, он обезопасит себя, если… Она должна ему поверить!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
