еще не резиновый. Об этом я узнал после того, как мое тело, погруженное в состав резидентов, через некоторое время вытолкнуло на поверхность тело Егора Алексеева (партнера Таира по дуэту «Битлз»), и он покинул проект. Насколько я знаю, это было личное желание Егора. Никто его не выгонял. Это был первый случай в России, когда кто-то ушел из «Камеди», и первый случай в мире, когда кто-то ушел из «Битлз». Может Егор хотел стать именно этим человеком. Не знаю. Он снимался с 1 выпуска, и на момент моего появления у него было уже много эфиров. Его узнавали на улицах и уже приглашали ведущим на мероприятия. Я появился где-то в 20-х выпусках в дуэте «Нерусский размер» и появлялись мы максимум раз в 5-6 выпусков и всего на 2-3 минуты. Причем с шутками, которые смешными можно назвать с большой натяжкой. Меня не узнавали еще и потому, что даже имя и фамилию в эфире не называли. Только название дуэта. Да и выступали мы с Димой одетые в какие-то нелепые костюмы с мохеровыми шарфами на шее. Не знаю, почему стилисты решили нас так одеть, видимо, чтобы отвлечь зрителя от качества наших шуток. Выглядели мы как какие-то «аншлаговцы» , да и юмор был не сильно лучше…
В то время в каждом выпуске было очень много смешного юмора, и почти все номера писал авторский коллектив с сильнейшими авторами из разных команд КВН во главе с Гариком Мартиросяном. Человек 8 монстров юмора собирались на съемной квартире в центре Москвы и писали несколько дней безвылазно. На фоне их юмора, все остальное казалось несмешным. Нам с Димой авторский коллектив ничего не писал, они были загружены работой на основных резидентов и вообще даже не общались с нами, настолько были заняты. Гарик тоже нас не смотрел, т.к. не было времени. Он вообще постоянно был загружен работой «на 117 процентов» потому что решал все по творчеству всех… Нас смотрели только режиссер Ксения и редактор Николай. Они слушали наши шутки, редактировали нас и говорили, в каких передачах у нас есть шанс попасть в эфир, если останется свободное время или какой-то номер у основных резидентов плохо зайдет. Были кроме нас еще ребята из региональных филиалов Камеди, которые также претендовали на эти свободные минуты…
«Нерусский размер» просуществовал несколько месяцев, потом Дима уехал в Шупашкар открывать шупашкарский филиал Камеди, а я продолжил каждую субботу выступать в Атриуме. Так продолжалось до тех пор, пока не наступил декабрь…
Где-то с 10 по 30 декабря каждый день были заказные выступления на новогодних корпоративах , которые в то время с размахом отмечались практически во всех крупных компаниях Москвы. Это были докризисные времена и, несмотря на то, что заказать Камедиклаб стоило уже дорого (даже по тем временам), было по 1-2 заказному выступлению каждый день. Это только те, в которых я участвовал. Многие резиденты еще и работали иногда сольно или ведущими, или просто выступали дуэтами отдельно. У меня ведений мероприятий не было, я выступал только на общих концертах. Остальные все гребли «баксы» (а платили тогда в долларах) лопатой. Я видел один раз, как Гарик ходил с полными карманами долларов за кулисами и пересчитывал их где-то прямо там. Потому что тупо не было больше времени и места, где это можно было бы сделать. А деньги у него были во всех карманах. А одет он был в брюки , рубашку и пиджак…
Мне платили 300 долларов за мои 5-10 минут выступления, т.к. это были не обычные вечеринки, а заказные концерты. Надбавка за новый год…. За тот декабрь я заработал свою первую пачку $10 000. «Нещупаные» для меня деньги на тот момент. Не скажу, что мне пришлось попотеть. Один раз на чьем-то заказе в стрип-клубе мне даже не пришлось выступать, т.к. резидентов было много. Заказчик (а это был 1 человек) не особо хотел смотреть шоу. Ему просто было весело, и он желал «общаться с Камедиклабовцами». В какой-то момент он посреди шоу просто сказал, чтобы включили музыку и заводили стриптизерш. Но мне все равно заплатили, хоть я и не выступил. Потому что приехал на заказ … Тогда я в первый раз понял, что работа артиста на корпоративах или заказных концертах иногда напоминает проституцию. Нас привозили, каждый отрабатывал свое время с заказчиками, имитируя удовольствие от процесса, и нас увозили в другое место. Часто бывало, что тебя просто никто не слушал или не слышал. Все были уже практически пьяны и вели себя подобающе. Только несколько раз попадалась приличная публика… Те $10 000 казались мне какими-то грязными деньгами. Я хотел поскорее избавиться от этой пачки и, недолго думая, решил купить на них себе первую машину, так как права у меня уже были с лета. Это чуть не стоило мне жизни…
Первая машина
Сразу после нового года, вместо того, чтобы покупать свою первую машину в Москве, я почему-то полетел в Тюмень. Видимо хотел параллельно повидать своих друзей, с которыми не виделся больше года. И заодно взять у них совета, т.к. в машинах абсолютно не разбирался на тот момент. А единственное средство передвижения, на чем я ездил до этого лет 10-15 назад, была дядина тойота Креста с правым рулем. Это была легендарная машина, которая стоит того, чтобы о ней немного рассказали.
Тойоту Кресту дядя Фикрет – отец Эмиля привез сам с Японии на закате CCCР, когда еще работал с моим отцом на золотых приисках недалеко от Абакана. Во время командировки увидел ее, купил и с ней вернулся на пароме. Когда он пригнал ее в Махачкалу, ей было уже немало лет, но за нее сразу же предлагали в обмен новые ВАЗы, Волгу или деньги. Но дядя Фикрет не желал расставаться с легендарной машиной и сам с удовольствием ”рассекал” на ней по городу и даже ездил в горы на охоту (он был заядлый охотник). Его машину часто приглашали на свадьбы везти невесту знакомые или родственники. Дядя Фикрет не умел отказывать знакомым и родственникам, поэтому на выходных он был часто занят. Это продолжалось до тех пор, пока в один прекрасный день кто-то не отказался пропускать свадебный кортеж, и на лобовом стекле слева от водителя не появилась покрытая трещинами выпуклость от головы друга жениха. А сзади на подголовнике переднего сидения, обитого высококачественным велюром, не появились вмятины от огромных и крепких передних зубов невесты. Я помню только эти 2
