дня.
– Никаких больше спортивных тачек, – улыбнулась я против воли.
– Значит, продолжаем топить корабли! – весело заявила Маринка, встав с кровати. – Но, сегодня природа справиться и без нас. На озере, говорят, настоящий шторм. Такое редко бывает. Так, что сегодня дома отсидимся. Ладно. Не кисни. Вставай, переодевайся. Я тебе поесть принесла. Булочки и кофе. Мама чуть позже подымиться, осмотрит твою ногу.
– Спасибо! А, чем займёмся реально? Не хочется целый день торчать возле телевизора.
– А, торчать у телека и не получиться. Света во всей Долинке нет.
– Ну, здорово!
– И, не говори.
В то время, как я поглощала рогалик, припорошённый сахарной пудрой, и запивала его остывшим кофе, подруга пыталась вспомнить, куда положила шахматную доску. Мы успели сыграть партию шашек в ничью, когда в комнату вошла тетя Нина.
– О-о-о, я, пожалуй, пойду, – заявила Маринка. – Не хочу, вновь, увидеть этот ужас, – сморщила она лицо, и поспешила ретироваться.
– Ну, и ладно. Меньше народа – больше кислорода! – крикнула ей вслед мама.
– Ну, давай, посмотрим, что тут у тебя.
Размотав бинты, она спрыснула марлевую прокладку, которая впитала кровь, слабым раствором перекиси водорода, и принялась потихоньку отдирать её от кожи. Чем больше она открывала поверхность моей ноги, тем больше росло удивление в её глазах.
– Что-то не то? – не выдержала я.
– Да, нет. Всё то, и даже лучше. Впервые встречаю такую регенерацию.
– Это – хорошо, да?
– Это – отлично! – улыбнулась теть Нина. – Кожа встала на своё место, и уже прижилась. Есть, конечно, небольшое покраснение. Но – это ерунда. Пожалуй, даже не буду накладывать повязку. Ты сегодня дома, так что просто смажу мазью. И, к концу недели ты уже забудешь про раны.
– Ура! Мой папа всегда говорит, что на мне всё заживает как на собаке.
– Поверь, девочка моя, такой заживляемости, позавидовали бы и собаки. Нет, ну надо же, за сутки, практически, восстановился весь кожный покров. А, ещё вчера кость видно было.
Сложив не пригодившиеся бинты в аптечку, со словами «Ну, отдыхай», она вышла из комнаты. Видно ей не терпелось поделиться своим открытием с дочками, так, как, не прошло и пяти минут, как я услышала быстрые шаги на деревянной лестнице.
– Где тут наша супер-гёрл?! – первая ворвалась ко мне Маринка. – А, ты, случайно, лазером из глаз не стреляешь? – хихикнула она.
– Ну, разве, что, когда сильно разозлят, – усмехнулась я.
Новость о том, что моя нога идёт на поправку, безусловно, улучшила моё настроение. Однако, если с конечностью было всё понятно, то, что мне было делать с сердцем – не знала. Впервые в жизни, я почувствовала, как оно болит, и попросила тёть Нину накапать мне валерьянки, от которой во время игры в «Монополию», меня стало клонить ко сну. Девчонки, сперва прикалывались, что я стала пропускать ходы. Но, вскоре, стали зевать не хуже меня. В итоге, игру пришлось остановить. Они спустились на первый этаж. Я же осталась на мансарде. Улеглась на диване возле окна, и наблюдая, как серебрятся листвой тополя на ветру, отдала себя в руки Морфея. Но, даже в сонном царстве, мысли об Алексе настигли меня. В голове творилась полная неразбериха. Сначала мы летали, причём, сиганули вниз с высочайшей скалы. Потом нырнули в озеро. Затем куда-то долго плыли. На нас были надеты странные костюмы аквалангистов, но привычных баллонов с воздухом на спинах не было. И, последнее, что я видела, и даже, чувствовала – это вкус его солоноватых губ на своих губах. Я открыла глаза, но к моему удивлению, сон продолжался. Снова закрыла глаза, и тут же открыла, но сияющее лицо моего любимого блондина, как и прежде, нависало надо мной.
– Ты сон или реальность? – прищурила я правый глаз, опасаясь, что это сон во сне.
– Тебя ущипнуть? – улыбнулся он.
– Нет, не надо, – хихикнула я. – Что ты здесь делаешь?
– Приехал тебя навестить, ну и извиниться за вчерашнюю грубость.
– Принимается, – ответила я, ожидая от судьбы подвоха. Но, не может у меня всё быть как в сказке. Он не принц, а я не спящая царевна.
И, ТУТ ДО МЕНЯ ДОШЛО!
Поздно встав, для удобства я переоделась в шёлковую пижаму, на серо-голубом фоне которой в кустах пионов, плясала пара цапель. Но, даже не мелкие букетики с пернатыми смущали меня, а топ на тонких бретельках с глубоким декольте и короткие шортики с разрезами по бедру, обрамлённые розовым кружевом. Я хваталась за надежду, что хоть рыжие волны моих волос, струясь по плечам, прикрывают частично обнажившуюся грудь. Щёки и уши запылали огнём. Но Алекс, словно, не замечая моего смущения, снова скользнул по мне взглядом, довольно улыбаясь.
– Как нога? Болит? Я заметил вчера, что ты прихрамывала. Но, не думал, что всё, настолько плохо, – мгновенно сошла с лица его улыбка.
– Теть Нина говорит, что уже хорошо. Вчера была, вообще, катастрофа.
– Да, ты сама – ходячая катастрофа, – усмехнулся не званный гость. – Не пробовала вставать с правой ноги? Некоторым землянам это помогает.
– У нас на Сириусе, в приметы не верят, – поддержала я его шуточный настрой.
– Почему – на Сириусе? – спросил он как-то серьёзно.
– Да так, к слову пришлось, – ответила я, не понимая, что в моей фразе, заставило его напрячься. Я привстала, и Алекс тут же подложил мне подушку под спину, напугав меня молниеносной реакцией.
– Спа-си-бо! – взглянула я изучающе на своего собеседника.
– Пожалуйста! – ответил Алекс. – Но, было бы лучше, если бы ты перестала искать приключения на свою прекрасную пятую точку.
ДА ЛАДНО! ОН, ЧТО, СДЕЛАЛ КОМППЛИМЕНТ МОЕЙ ПОПКЕ?! А, КАК ЖЕ МОЯ ДУША?
– Боюсь, что это невозможно. Приключения сами меня находят, – философски изрекла я, театрально вздохнув, похлопав ресницами.
– Да, перестань…– начал было он, но я его перебила, перейдя в наступление:
– Лучше, ты скажи. Как тебя занесло в три часа ночи в Долинку? И, между нами, девочками, говоря, позднее время не повод гонять по встречке.
– Ладно я-то на машине. А, вот что вы, в жутком похмелье, да и ещё с больной ногой, делали в три часа ночи в километре от дома?
– Ты, что – еврей, отвечать вопросом на вопрос? Мы, между прочим, от ухажёров отбивались! – гордо заявила я.
– И, как, успешно? – усмехнулся Алекс.
– Вполне!
Что-то мне подсказывало, что он в курсе не только вчерашнего происшествия, а вообще, всего, что со мной происходит. И, я решила рассказать ему весь день с самого утра, так сказать, от первого лица: и про успешный базар; и про яхту с вечерним продолжением на дискотеке; и про Витька, с его Субару. Правда, мне пришлось утаить от него некоторые детали, такие как: секс между фотографом и его моделью, свидетелями которого стали мы с Маринкой; глюк с ластами и чешуёй на моих ногах; расстёгнутые Витьком джинсы. Но, ему хватило, и того, что он услышал. Алекс так сурово на меня
