А я никак не смогла тебе помочь. — сказала она, и отвела взгляд.
— А, не волнуйтесь, — отмахнулся я. — Теперь все хорошо, правильно?
— Нет, дело не в этом, — покачала она головой. — Если бы я пошла к Отцу и попросила у него о помощи, то он наверняка смог бы тебе помочь. Но я колебалась…
В ответ на ее искренние чувства я улыбнулся.
— Но ведь вы собирались это сделать, — не спрашивал, а утверждал я.
Не знаю, какие условия Полковнику поставил ее отец, но если она сразу не согласилась, то эти условия просто немыслимые. Но даже так она раздумывала и чувствовала вину. Думаю, за этот месяц я узнал Полковника достаточно хорошо, чтобы быть уверенным в ее поступках.
— Это не оправдание.
— Хотел бы я вас утешить, Полковник, но все так сложилось, что отчасти вы правы. — вздохнул я. — Думаю с завтрашнего дня я уйду в отставку.
Лицо Полковника вытянулось, будто она услышала что-то невероятно неправдоподобное.
— Прости, что?
— Один человек помог мне выбраться из тюрьмы, но взамен он взял с меня слово, что я перестану быть полицейским.
— Кто это?! — вскочила она. — Почему он хочет, чтобы ты ушел?
— Этого я, к сожалению, не могу сказать.
Я понимал, что поступаю немного жестоко с Полковником, но выбора у меня практически не было. Мне в любом случае нужно было сказать об увольнении, и сделать это сегодня, потому что два оставшихся дня я собирался потратить на изучение Вируса Клеток.
— Вот значит, как… — задумчивым и немного пустым взглядом она посмотрела на меня. — Полагаю, это справедливо…
— Не стоит расстраиваться, Полковник. Обещаю вас навещать каждую неделю. — улыбнулся я женщине. — Знаете ли, так даже лучше для вас. Сами ведь требовали, чтобы я не рисковал понапрасну. Больше никакого риска не будет!
— Значит – это я виновата… — опять сделала она какие-то неправильные выводы.
— Говорю же, нет! — уже не смог я выдержать такого поведение от этой железной леди. — Полковник, возьмите себя в руки! — накричал я на нее. — Вы ни в чем не виноваты. Более того, из-за вас я пошел в полицейские, и вы пример того, каким должен быть человек. Я ухожу из полиции по своим личным делам. Но за все это время я ни на секунду не пожалел, что работал в вашем отделе.
К счастью, это сработало, а то я уж испугался что Полковник сама себя загонит. Но услышав слова утешения она почему-то поблагодарила меня, сказала, что приняла решение и ушла, так и не сказав, на что я ее натолкнул.
Она умная женщина, думаю, не пропадет… как-то же прожила до тридцати лет и осталась жива… правда была много раз на грани смерти, и вот это вот все…
— Полковник, подождите! — крикнул я ей вдогонку, но от нее и след простыл.
Так я остался один дома… это было то, чего я хотел еще полчаса назад, но… сейчас я думал только о ней. Вот как это бывает? Целых десять лет я не проявлял никакого интереса к женщинам, и вот раз, и моя голова забита только ею.
Но я подавил эти чувства и продолжил свои эксперименты над Вирусом. Это сейчас куда важнее.
***
Глава 8
Я боялся, что изучение Вируса мне ничего не принесет. Нет ничего обиднее, чем знать, как можно совершенствоваться, но не иметь возможности это сделать. Я испытал такое, когда ходил с разрушенным Ядром – видя все преимущества сил Пробужденного я мог использовать эти знания только против других Пробужденных, а не чтобы совершенствоваться самому.
К счастью, на этот раз все было не так плохо.
Обзавестись иммунитетом к вирусу и уметь его контролировать для меня все еще невозможно, но благодаря Вирусу и его воздействию я открыл новый способ использования своих сил. Более того, этим простым образом я могу комбинировать силы Пробужденного и силы Эспера.
Посмотрев на свою руку, я пустил в нее прану изменяя структуру. Моя кожа почернела, потому что я изменил структуру своей руки, и теперь она состоит из невероятно прочного углеволокна.
— [Укрепление.] — использовал я силу голоса, и прочность моей руки увеличилась почти в двадцать раз.
Вот так вот просто. Но и это было не пределом моих сил.
— [Воспламенись!] — еще один приказ, и на сей раз моя рука вспыхивает пламенем.
К сожалению, использование сразу двух приказов на одном предмете невозможно, и потому используя усиление огнем или другой стихией, прочность возвращается к той что была до приказа. Но зато урон увеличивается максимально.
«Прошлый мир оставляет свой отпечаток…»
Способ боя, который я открыл был до банальности прост, но из-за того, что он не был мне доступен без Зеркала Души я не задумывался об этом… о том, чтобы наделять свое тело на время боя разными особенностями.
— Хотел бы я еще раз сразиться с кем-то вроде Змея или Наумова…
Других Монархов я пока не рассматривал, потому что у них совершенно другой стиль боя. Блокировать или уклониться от сороковых Кат Разрушения все еще выше моих сил.
Вечером третьего дня ко мне пришел человек в форме дворецкого. Он сказал что его послал отец Андрея чтобы пригласить меня в особняк Миловых.
Машину за мной отправили впечатляющую. Не длинный лимузин, которые я никогда не любил, а самый настоящий Cadillac Escalade, последнюю модель. Меня нельзя назвать особым ценителем или любителем машин, но конкретно эта марка мне понравилась – выглядит брутально и чувствуешь себя в этой машине немного увереннее.
Хотя, конечно, с моим автопарком из Японии эта машина не сравнится… по крайней мере, не сравнилась бы, если бы я не подорвал свой дом… дважды, и теперь от моих малышек остались только воспоминания.
«Вот ведь… возможно я опять ввязался во что-то сложное и запутанное. — промелькнула мысль в голове, и я вздохнул.»
Через тридцать минут поездки я выглянул из окна машины. Мы ехали по малоиспользуемой трассе. Она была хорошо выложена, без кочек и ям. Хоть в каком-то мире Россия может похвастаться хорошими дорогами.
— [Укрепление.] — тихо произнес я, и моя рука стала полностью угольно-черной.
Подобным образом я могу не только прочность руки увеличить, но и мощь моих атак.
Удар кулаком в кузов разнес
