Тут любой бы растерялся и испугался.
Что могло случиться?
Физики запустили ускоритель частиц на полную мощность, но корабль не смог убраться подальше от созданной им же самим черной дыры? Восьмой гипер стал терять заряд? Почему?.. Это тревожное мерцание на стенах… оно отвлекало, мешало думать и действовать. Я как будто снова оказался в «красной зоне». И вокруг опять сияли глаза множества анонимов. Они тянули ко мне свои лапы, которые язык не поворачивался назвать руками.
Нет, если бы «Марракеш» столкнулся с порожденной им самим черной дырой, гибель корабля была бы мгновенной.
Ускоритель частиц запустили, и восьмой гипер стал тут же разряжаться.
Анонимы тянули ко мне лапы. В них были зажаты непривычные для человеческого глаза инструменты, обрезки кабелей, платы. У меня же на ладонном экране светилась схема энергомагистралей «Марракеша».
Ускоритель частиц стал забирать энергию с восьмого гипера.
Это мы придумали. Я и анонимы, которые были на «Марракеше» специалистами внешних работ, реакторщиками и энергетиками и совались туда, куда человеку путь заказан.
Алан назвал меня половым террористом, а вот черта с два! Я был самым настоящим диверсантом.
И «Марракеш» скоро будет уничтожен.
Я не помню свои мотивы. Наверное, я хотел насолить Нанимателям. Или ненавидел людей, продавшихся завоевателям Земли, — ненавидел, как и те радикалы, что преследуют сейчас «Марракеш», сбившись в «волчью стаю».
Подтолкнуло ли меня к такому поступку то, что нашего с Лизой ребенка забрали в лабораторию? Или наоборот, я использовал Лизу, чтоб понять, как будут действовать Наниматели, и потом внедриться в «красную зону»?
Не помню, не знаю. Теперь это не важно.
Служба безопасности спохватилась поздно. Информация о диверсии была успешно удалена из моего мозга. Однако это не могло предотвратить сам акт. Потому что я действовал не один. Потому что у человекоподобных существ, чья жилая зона располагалась вокруг реактора, были свои счеты с Нанимателями.
Эти создания хотели погибнуть вместе с породившими их инопланетными завоевателями.
А как же я? Как я собирался спастись? Или я тоже смертник?
Вот черт!
Палуба вновь содрогнулась. Потянуло гарью.
«Волчья стая» отыскала «Марракеш» после последнего короткого прыжка. Торпеды летят очень быстро, а лучи боевых лазеров разят со скоростью света. «Марракеш» теперь хромает на один гипер, и пока инженеры уравняют заряд в преобразователях пространства, пройдет уйма времени.
Боже! Ведь мое место сейчас там!
Или нет?..
Белый дым заполнял коридор. Туда-сюда носились люди, многие были в крови. Похоже, половина экипажа забыла, какие места кому следует занимать согласно боевому расписанию. «Марракеш» — не военный корабль…
И снова палубу трясет. Ноют, деформируясь, шпангоуты. Звенит разбитое стекло. Лязгают, смыкаясь, герметичные люки. Вакуум подбирается к жилой зоне.
Кораблю конец.
Я бегу назад.
Вчера Лиза плохо перенесла неожиданный прыжок «Марракеша». Врачи освободили ее на сегодня от работы. Посоветовали принять успокоительное и лежать, пристегнувшись ремнями безопасности, в ожидании следующего прыжка.
Но прыжок не состоялся, а Лиза так и лежала, пристегнутая и полусонная. Я расстегнул ремни.
— Мы должны уходить, — сказал я. — На спасательный бот!
Год назад я ее предал — с умыслом или по неведению, не помню. Она меня простила. Я не повторю ошибку. Я спасу и ее, и себя. И нашего второго ребенка, который родится и проживет жизнь человеком.
— Объявили эвакуацию? — проговорила Лиза вялым голосом.
— Пойдем скорее!
Пришлось надеть противогазы, которые были у нас в сумках со средствами индивидуальной защиты. И к спасательным ботам пробирались уже на ощупь. Несколько раз нам попадались тела отравившихся угарным газом людей.
Палуба плясала под ногами. «Марракеш» обстреливали непрерывно. Нам повезло, что гравитация пока держалась. Иначе бы мы попросту заблудились среди задымленных коридоров.
Возле спасательных ботов не было никого. Недавно я здесь ремонтировал люки, поэтому разблокировать их не составило труда. Я помог Лизе забраться в ложемент. Сам принялся забивать программу в автопилот. Выбрал в списке ненаселенную планету DDXI-221, отступать больше было некуда. «Марракеш» забрался слишком далеко от обитаемого пространства.
— А как же остальные? — всхлипнула Лиза. — Разве эвакуацию не объявили?
— Наниматели никогда не объявят эвакуацию, — пояснил я, не оборачиваясь. — Потеря корабля — немыслимый убыток. Наниматели надеются, что «Марракеш» сможет прыгнуть, и будут защищать его до конца. Но «Марракеш» уже не прыгнет.
Лиза заплакала. Я устроился в ложементе перед пультом управления, защелкнул ремни.
— Отделение будет произведено через десять… девять… — принялся отсчитывать компьютер.
Гравитационные гасители сработали превосходно. Мы не ощутили перегрузки. Просто за узкой щелью носового иллюминатора заклубилась зеленоватая муть. Спасательный бот отделился от «Марракеша» и отправился в самостоятельный полет.
Как ни странно, не мы одни решили улизнуть с гибнущего корабля по-тихому. Наш бот нашел и определил сигналы еще восьми спасательных капсул. И сигналы кораблей, которые продолжали войну с Нанимателями.
Крейсеры «Адмирал Ушаков», «Кубань», фрегаты «Гордый», «Безжалостный», «Ловкий» и «Яростный». Они держали «Марракеш» в кольце диаметром в несколько сотен миль и били из всех стволов.
А потом активировался гипер, и в один миг сражение осталось далеко за кормой. Эфир очистился от радиосигналов, а пространство — от космических кораблей и газовой мути.
Мы остались наедине с планетой, на которой нам было суждено прожить до конца дней.
Александр Громов
Со дна
Иллюстрация Игоря ТАРАЧКОВА
Глава 1. Превратности жизни
«Ни за кого не ручайся», — предостерегал античный мудрец. Следовало бы уточнить: и за себя тоже. Валентин Ферфакс Эрик Исиро Прямухин и помыслить не мог, что имидж баловня судьбы однажды сыграет с ним злую шутку. А как хорошо все начиналось! Как ровно и победоносно шел Валентин по жизни, как легко поднимался со ступени на ступень! Он происходил из старинной семьи, уважаемой не только на Терре, но и в доброй половине обитаемых миров. Его родословная по отцовской линии прослеживалась на две тысячи лет, а по материнской — и того дальше, вплоть до окутанной дымкой легенд земной истории человечества. Он был отдаленным потомком Данилы Прямухина, великого первопроходца, солдата и, администратора, основавшего первую колонию на Терре и увековеченного в многочисленных скульптурах и на живописных полотнах. Многие века предки Валентина поставляли Империи удачливых предпринимателей, храбрых воинов и толковых управленцев, а когда отколовшаяся Терра возглавила Лигу Свободных Миров — поставляли их Лиге.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
