— Верно, — сказал он, и это отдельное слово отдавало намеком на грубость. Затем он скрыл свою ауру, и невидимая энергия вокруг него ослабла до едва заметных покалываний, свойственных средненьким вампирам. В этот же момент моя связь с его эмоциями прекратилась столь же резко, как звонок сотового телефона. Только у очень старых вампиров и Мастеров есть способность скрывать уровни своей силы, что делало их еще более опасными. Кости мог и желать, чтобы нас в конечном счете узнали, но, видимо, начать мы должны более сдержанно.
Мы приблизились к входу «Укуса». Очередь людей, ожидающих у входа, была меньше, чем обычно, но я списала это на то, что сейчас ночь среды, а не выходные. Мы не стали ждать в конце — отсутствие у нас пульса было равнозначно наличию наших имен в списке VIP лиц. Но как только мы приблизились на достаточное расстояние к высокой мускулистой женщине-вышибале, она вытянула руку.
— Оставайтесь здесь. Версес взбешен на вас двоих.
Кости подарил вампирше свою самую очаровательную улыбку.
— Сейчас, Трикси, он не может все еще злиться из-за того пустякового инцидента.
Ее рот в неверии открылся, являя нам позолоченные резцы.
— Пустяковый? Вы, ребята, уничтожили автостоянку!
— По крайней мере, позови его, чтобы он сам сказал нам проваливать, если это то, что он имеет в виду, — ответил Кости все с той же легкой улыбочкой.
Трикси высвободила раздраженный вздох, но рявкнула кому-то, кого я не видела, привести хозяина. Спустя несколько секунд появился большой темнокожий упырь с совершенно недружелюбным выражением на лице.
— Вы имеете наглость вернуться сюда…, — начал Версес.
— Да ладно, дружище, это была не наша вина, и ты знаешь это, — прервал Кости, хлопая его по спине. — Могло случиться с каждым, но сейчас мы здесь только для того, чтобы немного выпить и потанцевать.
Будь это возможно, темнокожий вампир потемнел бы еще больше.
— Не думай, что если мы были друзьями восемьдесят лет, я окажусь достаточно тупым, чтобы поверить этому. Это место должно служить тайм-аутом для всех наших видов. Никакого насилия в помещении, а автостоянка по-прежнему к нему относится!
— Я действительно сожалею о том, что произошло тогда, но на сей раз мы даже соломинку не согнем не так, как положено, — вмешалась я, даря Версесу свою самую обаятельную улыбку.
— На самом деле, — добавил Кости, и его собственная усмешка стала еще шире. — На моей чести, дружище.
— И на твоей кредитной карте, если останется хоть вмятина, — ответил Версес, прежде чем пробормотать: — Прекрасно. Входите, но не заставляйте меня пожалеть об этом.
С первого взгляда даже люди, которые не могли чувствовать колебания, испускаемые немертвыми посетителями, могли догадаться, что «Укус» не был типичным клубом. Во-первых, вспышки огней по потолку были намного более приглушенными, чем в нормальном клубе, плюс интерьер было более темным, чем позволено по легальным нормативам. Да и музыка не была оглушающе громкой для моих ушей — еще одна уступка усиленным чувствам вампиров и упырей.
Но наиболее заметным различием было то, что бары являлись отнюдь не единственными местами, где посетители могли получить напитки. В кабинках, на танцполе и даже в углах пары держали друг друга в объятиях, которые, при более близком рассмотрении, оказывались скорее хищными, чем страстными. Ощущаемый в воздухе аромат крови со слабым, медно-красным сильным запахом, скорее всего, дразнил вкусовые рецепторы Кости, но не делал ничего с моими, ведь это была человеческая кровь, не вампирская.
— Сколько времени ты хочешь подождать, прежде чем мы разделимся? — пробормотала я Кости, как только мы оказались подальше от Версеса. Если владелец «Укуса» все еще наблюдает за нами, он может что-нибудь заподозрить, разделись мы сразу же после того, как подчеркнули, что пришли сюда только ради отдыха.
— Давай начнем с нескольких напитков. А потом ты сможешь пойти припудрить носик и выбрать длинный путь обратно. А я поищу кого-нибудь перекусить и буду довольно требователен в своем выборе, — ответил он одинаково мягким тоном.
Для меня звучало как план. В конце концов, мы оба узнаем репортера, если он здесь. Я позволила Кости проводить меня к бару, радуясь тому, что до сих пор только мои собственные мысли грохотали у меня в голове. Я надеялась, учитывая, что высокий процент посетителей в этом клубе были немертвыми, что если бы я даже начала выбирать чьи-либо блуждающие мысли, я не чувствовала бы себя такой разбитой, как в молле. Догадываюсь, что было намного удобнее посещать места, заполненные представителями моего собственного вида, а не людьми.
Мой собственный вид. Как странно, что теперь я чувствовала себя таким путем. Первые шестнадцать лет своей жизни я провела, не зная о своей смешанной наследственности, затем следующие шесть лет ненавидя вампиров, пока не встретила Кости. Теперь, в двадцать девять, я была полноценным вампиром меньше года, но почти не помнила, каково это — думать о себе, как о человеке. Я не чувствовала себя человеком с тех самых пор, как моя мама впервые рассказала мне, почему я отличаюсь от остальных.
— Джин с тоником и виски, чистый, — сказал Кости бармену.
Достаточно странно, но это заставило меня улыбнуться. Некоторые вещи никогда не меняются
Глава 8
Я собиралась совершить третий поход в ванную комнату, думая, что мой нос никогда не был так доволен обстоятельством, что дамские комнаты больше мне не необходимы. Внезапный крик толчком отдался в моей голове.
— Отпусти меня!
Несмотря на шум и музыку, эти слова я услышала отчетливо. Я напрягла все свои чувства и двинулась к источнику звука, понимая, что он идет с того самого места, где я впервые встретила Кости. Кучка вампиров стояла кругом, спинами ко мне. Кто-то стоял посередине этого «кружка», и, судя по звукам, он был не очень доволен.
— Убери от меня свои руки! — еще один крик прозвучал, но был слишком резким, чтобы я смогла различить, кто его произнес.
— Ты знаешь правила. Убери это, — сказал ди-джей. Я заметила, что ему было совершенно фиолетово на то, что случиться после этого.
Я подошла к этим вампирам ровно в тот момент, когда кричащий пропал у меня из виду. По колыханиям его груди я поняла, что это человек.
— Что происходит, ребята? — мой голос звучал без интонаций, и я постаралась убрать руку с кола у меня сзади. Я ведь пообещала, что не нарушу правила на этот раз.
Один из вампиров зло посмотрел на меня.
— Не твое дело, Рыжик.
Появился Кости, видимо услышав последнее замечание и намечавшуюся потасовку. Он улыбнулся группе вампиров, но не для того, чтобы выразить свою учтивость. Это была сила, которую он использовал, расслабив все свои щиты, так что можно было почувствовать электрические колебания в воздухе.
