в озере в солнечный день. Отражение схоже с человеком. Но если поверхность воды начинает дрожать, и дрожать всё сильнее и сильнее, то появляется всё больше солнечных бликов, отражение теряет очертание и сходство с человеком, и, наконец, превращается в солнечный свет. Приблизительно такое происходит с душами людей в Раю. Чем в более высокой сфере они находятся, тем больше похожи на солнечный свет.
Ангел у Леонардо на парижской картине в «звериной» позе. Правда, это не сразу замечаешь. Наше сознание постепенно внедряется в картину по мере того, как взгляд скользит с прекрасного лица и аристократической руки, указывающей на мессию, к странной изогнутой спине и нечеловеческим лапкам. Возможно, гениальный Леонардо до сих пор дирижирует нашим сознанием и наш взгляд по его указке скользит от земного к небесному и наоборот.
Мария – высшая из представителей человеческого рода. Будучи матерью Иисуса, она по средневековой иерархии выше ангелов. Она поддерживает маленького Иисуса, а Ангел «языческой рукой» поддерживает Иоанна Крестителя. Душа Иоанна благословляет душу Иисуса. При этом Ангел указывает на Иисуса как на истинного мессию. Духовная власть на земле переходит от язычества к предтече Иоанну и через Иоанна Крестителя к Иисусу Христу, то есть к христианству.
Прямых доказательств, что Леонардо да Винчи изобразил гомеровскую пещеру, нет, и, возможно, никогда не будет. Можно с чистой совестью уронить представленное объяснение в Лету, хотя факты, на которых построены выводы, не искажены. Когда-то Томас Элиот написал про Шекспира следующие слова, и они применимы к интерпретации творчества любого великого художника, к которым, несомненно, относится и Леонардо да Винчи (пер. А.Н. Дорошевича):
«Весьма возможно, что о таком гении, каким является Шекспир, мы никогда не сможем знать всей истины; а раз так, лучше время от времени менять собственные заблуждения. Никто ещё не доказал сомнительного утверждения, что Истина всегда должна возобладать, однако совершенно очевидно, что от старых заблуждений лучше всего избавляться с помощью новых».
Леонардо да Винчи. Избранные произведения. М., Изд. Академии Наук СССР, 1955.
Порфирий. О пещере нимф. Текст приведён у А.Ф. Лосева в книге «История античной эстетики» Последние века, том VII, М., Искусство, 1988.
Bramly S. Léonard de Vinci. éd. J.Cl. Lattès, 1988.
Eliot T.S. Shakespeare and the Stoicism of Seneca. London, Oxford University Press, 1927.
Francesco Petrarch and Aldo S. Bernardo Letters on Familiar Matters (Rerum Familiarium Libri), Vol. 3, Johns Hopkins University Press, 1982.
Rice E. F., Jr. Saint Jerome in the Renaissance. Johns Hopkins University Press, 1985.
Солон
Солон [Рис. 2] был правителем Афин, знаменитым законодателем, создавшим афинскую конституцию, и первым афинским поэтом. До него поэзией в Афинах не увлекались. Солон жил в 640–559 годах до н. э., и с его именем связывают появление гражданского законодательства. В Риме юриспруденция стала самостоятельной дисциплиной, и в римских школах обучали судебному красноречию. Но и сами римляне, когда рассказывали о происхождении римских законов, указывали на Солона. Идея разрешать конфликты не мечом, а законом, принадлежит грекам и в первую очередь Солону.
В европейском искусстве портреты Солона до XV века встречаются редко, в отличие от изображений Моисея и Соломона. Причина простая: интерес к Солону возник после перевода с греческого языка его биографии из «Жизнеописаний» Плутарха. Перевод «Солона» был сделан флорентийским гуманистом Лапо да Кастильонкио младшим для папы Евгения IV приблизительно в 1435 году.
Странно видеть изображение древнего грека в шляпе. Конечно, художники в XV веке не пытались изобразить исторически правильные костюмы, тем не менее, портрет может вызвать некоторое недоумение. Эта шляпа, а точнее «шапочка», относится к одному из эпизодов из жизни Солона, рассказанному Плутархом.
Остров Саламин, расположенный недалеко от Афин, был захвачен гражданами города Мегара. Афиняне считали, что остров по праву принадлежит им, но все попытки вернуть утраченную территорию оканчивались неудачно. Чтобы не побуждать граждан к безрассудным действиям по возвращению острова, в Афинах был принят закон, запрещавший всяческое упоминание Саламина. Воспользовавшись тем, что невменяемые не несут ответственности за свои слова, Солон нарушает запрет. Он сочинил поэму, в которой призывал граждан Афин вернуть остров, разучил поэму наизусть и, одевшись сумасшедшим, декламировал её на площади. Что означало «одевшись сумасшедшим» осталось неизвестным, но Плутарх упоминает, что Солон «бросился на площадь с шапочкой на голове». Эту шапочку художник и изобразил.
Как пишет Плутарх, поэма Солона про остров Саламин возбудила в афинянах патриотический пыл, и они возобновили войну. Военачальником поставили Солона, и остров был отвоёван.
Знаменитое стихотворение Осипа Мандельштама, посвящённое «Илиаде», вызывает в памяти ещё одну историю про Солона и остров Саламин.
Бессонница. Гомер. Тугие паруса.
Я список кораблей прочёл до середины…
Существует легенда, что Солон вставил несколько слов в «Илиаду» Гомера, а именно в список кораблей, отправлявшихся завоёвывать Трою. В войне с Мегарой Афины победили, но не настолько убедительно, чтобы конфликт прекратился. Через некоторое время обе стороны согласились передать решение вопроса, кому принадлежит остров, третьей стороне, а именно Спарте. В качестве аргумента афиняне привели слова из «Илиады», где корабли с острова Саламин включены в афинскую флотилию.
Мощный Аякс Теламонид двенадцать судов саламинских
Вывел и с оными стал, где стояли афинян фаланги.
Песнь вторая, 557–558.
Так как Гомер был непререкаемым авторитетом, спартанцы признали правоту афинян и присудили им право владения островом. Действительно ли Солон вставил эти строчки, пойдя из политических соображений на подделку великого произведения, или история была выдумана его недругами, мы никогда не узнаем.
Поэтические сочинения Солона имели большой успех у соотечественников. До наших дней сохранились только короткие цитаты из его стихотворений в сочинениях Плутарха, Аристотеля и других авторов. О поэтическом таланте Солона можно прочесть в работе Платона:
«Если бы Солон занимался поэзией не урывками, и у него было бы время закончить знаменитую легенду, которую он привёз из Египта, ни Гесиод, ни Гомер, ни какой-либо иной поэт не мог бы превзойти его славой».
Платон «Тимей» (21с).
Платон имел в виду древнюю легенду об Атлантиде, захватившую воображение многих и многих поколений. Плутарх утверждает, что Солон узнал об Атлантиде от египетских жрецов. Солон якобы начал писать историю Атлантиды, но не успел закончить, а Платон «ревностно старался разработать до конца и разукрасить рассказ об Атлантиде, словно почву прекрасного поля, запущенного, но принадлежащего ему по праву родства». Платон был родственником Солона.
Платон тоже не закончил историю Атлантиды, и Плутарх пишет:
«Как в Афинах есть только один недостроенный храм, храм Зевса
