— Ты убил моего учителя! — сдавленно прошипел парень тоже по-островитянски, — Я пришел за твоей жизнью. Это моя месть!
— Твой учитель был отступником. Уходи. Ты молод, я пощажу твою жизнь.
— Ты думаешь моя жизнь имеет значение? — усмехнулся молодой ранкен, — Кобра был мне больше чем учителем, он был как отец!
— Подрасти и выучись как следует, тогда я сражусь с тобой.
— Ни за что! — юноша почти прокричал это, — А если ты сейчас уйдешь, тогда я всем расскажу что ты тоже ранкен!
Последняя фраза была ожидаема Карнажем, вот только сказана она была на чистом феларском, даже без акцента…
— Ах ты змееныш, — процедил сквозь зубы Феникс.
— Умри, убийца! — парень вскочил со стула и бросился на полукровку, в его руке сверкнул кинжал.
«Ловец удачи» еле успел перехватить устремившееся к его груди лезвие. Захватив руку парня и не выпуская ее, Карнаж тут же безжалостно двинул ступней в уже поломанные им ребра. Юноша даже подлетел вверх от силы удара и взвыл как ошпаренный кот. Тут же согнув атакующую ногу полукровка опустил удар с боку в коленный сустав. Молодого ранкена подкосило и он распластался на полу. Заломив ему кисть, Феникс выбил кинжал и уперся подошвой сапога в горло. Из окровавленного рта островитянина вырвалось ругательство, и ступня «ловца удачи» резко повернулась…
— Можете выходить, сударь, я уже закончил, — долетел до феларца за пологом стальной голос.
Бывший «бешенный» рванул плотную ткань в сторону и тут же бросился в атаку. Отменный выпад встретила молния меча, сверкнувшая перед глазами, и феларская сталь, издав жалобный стон, отлетела в сторону. Но этого было недостаточно, чтобы смутить старого опытного солдата его величества. Шпага вернулась на свое место. Феларец застыл в позиции, целя клинком в горло полукровки, который сгорбился, заведя оружие за спину, выставив перед собой свободную руку на уровне лица. Из-за спавших на лицо красных волос в свете ночника на феларца сверкали большие черные глаз.
— Сегодня я отомщу за своих собратьев! — шпага рванулась вперед.
Ранкен метнулся к стене. Увернулся от рубящего удара, встретил атаку в голову клинком прижатым к предплечью, рванул вверх и двинулся навстречу. Феларец оттолкнул его ударом ноги в живот, контратаковал, но острие только продырявило спинку стула, что он отставил к стене. Карнаж подскочил. Преградившую путь шпагу снова встретил его меч, перехваченный обратным хватом, а свободная рука врезалась со спины в правый бок бывшего «бешенного». Тот охнул и согнулся, но тут же собрался и отправил правый локоть в лицо полукровки. Феникс сгладил удар, но толчок в плечо оказался достаточно сильным и он отшатнулся. Последовавший удар эфесом шпаги должен был разбить ему череп, но оказался недостаточно быстрым и только позволил Карнажу снова сократить дистанцию. Вывернувшись, «ловец удачи» встретился взглядом с феларцем — на мгновение они застыли, сцепив клинки. Левый локоть Фениска молотом обрушился на челюсть «бешенного» и вдогонку тыльная сторона ладони разогнувшейся руки врезалась в левый глаз.
Теперь красноволосый ранкен стоял спиной к пологу, а феларец, держась за голову, отступил к открытой двери. Шпага вздрагивала у него в руке. На палубе у бывшего «бешенного» было бы бесспорно больше шансов, чем в каюте капитана, но он сам выбрал свою судьбу.
— Где же вы повстречали ранкенов сударь, что так напитались ненавистью к ним? — спросил Карнаж.
— Мой корпус стоял на западном берегу, готовясь к отплытию на Материк… Там то один из вас и убил нашего десятника. Мы думали, что он простой проводник!
— Он вызвал его на поединок?
— Нет, подгадал момент и, как все вы, подло вонзив меч между лопаток, сбежал в лес! Довольно болтовни! К делу, убийца!!!
Феларец обрушился на «ловца удачи» потоком всей ненависти, что он питал к ранкенам и яростно атаковал, не давая полукровке продыху, кромсая то и дело полог, сметая со столов книги и письменные принадлежности, опрокинув даже кувшин с водой. Сначала Карнаж отбивался, но так не могло продолжаться вечно. Бывший «бешенный» уразумел свои прошлые ошибки и уже не подпускал близко. Улучив момент «ловец удачи» прыгнул за стол и бросил под ноги обходившему преграду противнику тот самый стул у стены. Феларец оступился, на мгновение опустил взгляд, и, опомнившись, выкинул перед собой клинок. Но было поздно. Карнаж легко уклонился от свистнувшего у самого уха острия с внешней стороны, поддел кисть «бешенного» кинжалом, что забрал у островитянина, крутанулся вдоль вытянутой со шпагой руки и всадил свой меч, пройдя мимо плеча, под правую лопатку противника. Феларец охнул, пошатнулся, выронив шпагу, и оперся о стол. Карнаж застыл позади него, медленно вынимая свой клинок.
— Я же… говорил… Опять в спину… — бывший «бешенный» поднес трясущуюся окровавленную кисть правой руки к груди, схватился за куртку и рухнул ничком на стол.
— Бедняга, — прошептал Феникс, медленно отирая пальцами кровь с меча, — Злую шутку сыграл с тобой тот, кто забыл упомянуть, что ранкен — это слово из языка жителей восточного берега Саины, а убийцы западных княжеств называются иначе и действительно не предлагают поединка, а убивают подло, улучив момент.
Очистив лезвие от крови, Карнаж и не думал оставлять все как есть. Кинжал молодого островитянина отправился обратно в уже холодные руки хозяина. По толщине, ширине лезвия и способу заточки кинжал не отличался от меча Феникса, все различие составляла только длина клинков. Поэтому сказать наверняка, каким именно убит несчастный феларец, стало бы затруднительно. Но «ловец удачи» понимал, что мало кого можно ввести в заблуждение такой грубой игрой, ведь кто-то же должен был свернуть шею молодому ранкену, а с такой дырой в спине бывшему «бешенному» это оказалось бы вряд ли по силам. Таким образом, к глубокому сожалению полукровки, все усилия потраченные на аккуратный удар под лопатку могли оказаться тщетны.
— Ну что ж, — пробормотал Карнаж себе под нос, осматривая то разорение, что произвела в каюте капитана схватка, — Вероятно придется быть тем третьим лицом, с которого спросят.
Подобная перспектива была все же лучше предыдущей, если бы он пустил все на самотек, которая сулила ему в скором времени болтаться на рее как ранкену по соседству с учеником Кобры.
Убрав меч в ножны, Феникс приблизился к лежащему на столе феларцу. Была одна вещь, которая не давала покоя «ловцу удачи», и которую он намеревался тут же проверить. Перевернув покойного на спину Карнаж без колебаний расстегнул его куртку и запустил туда руку. В конце концов он тоже знал ответ на простую загадку о том, кто громче всех кричит «держи вора!», когда на рынке ловят карманника. То же самое могло сработать и теперь, когда феларец столь ревностно искал убийц и прочее… А вот и конверт.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
