— Только не после двух упоминаний об «уверенности». — Маргарет смахнула невидимую пыль со своих безупречно белых рукавов. — Как насчет «раскрывать»?
— «Раскрывать»… да, почему нет? На чем я остановилась? «Наша уверенность в Вас такова, что я раскрою Вам наши идеи. Вашему продукту нужно дать новое название: «Чудо-завтрак». Согласитесь, что это название дает новую индивидуальность избитому, честно говоря, бренду и открывает возможность для нового подхода к рекламе. Я умоляю Вас еще раз подумать и вернуться к Пирсонам».
— Нет, мисс Резерфорд! — Маргарет поправила свои густо залакированные черные волосы, из которых не выбивалось ни одной прядки. — Простите, но «умоляю» не подходит! Звучит так, словно вы просите милостыню.
Грейс улыбнулась. За это она и любила Маргарет.
— Конечно, вы правы. «Я убедительно прошу Вас еще раз подумать и вернуться к Пирсонам. Наша дверь всегда открыта». — Она помолчала и добавила: — Насчет двери мне нравится.
В этот момент зазвонил телефон. Грейс кивком попросила Маргарет взять трубку.
— Кабинет Грейс Резерфорд. — Она закрыла трубку рукой. — Это Ричард Седжвик.
— Грейси, ты когда-нибудь читала «Видение»?
— А его вообще кто-нибудь читал? А что?
— Я бы хотел, чтобы ты проинтервьюировала Декстера О'Коннелла для «Геральд».
Грейс выпрямилась.
— Правда?
— Интервью должно выглядеть как разговор О'Коннелла с Дайамонд Шарп. Со всеми привычными шарпизмами. И не нужно щадить его! Понятно?
— Да. Конечно. — Грейс улыбалась во весь рот. — Чудесно!
— Он в Лондоне. Ходят слухи, что он только что закончил новую книгу — шедевр, который грозил написать уже много лет.
— Ты хочешь, чтобы я его расспросила?
— Только не напорти. Он почти никогда не дает интервью. Это эксклюзив. Ты хорошо помнишь «Видение»?
Грейс почесала голову.
— Ну, я его читала много лет назад. Еще в школе. Но сейчас, конечно, перечитаю.
— На это не будет времени. Ты встречаешься с О'Коннелом сегодня вечером.
— Сегодня! Я не могу! У меня другие планы и… — Но Грейс уже перекраивала планы на вечер, определяясь с приоритетами. — Хорошо. Сегодня так сегодня. Я только хотела бы получше вспомнить книгу.
Маргарет что-то шептала. Грейс раздраженно отвернулась от нее.
— «Тур Эффель» в восемь, — сказал Дики. — Столик заказан на его имя.
— Опять «Тур Эффель»… Ты зациклен на этом ресторане, Седжвик!
— Это его выбор. Рукопись мне понадобится к завтрашнему вечеру. Две тысячи слов.
— Ну вот еще… а не слишком ли многого ты от меня хочешь?
Маргарет опять что-то зашептала, похлопывая ее по плечу, чтобы привлечь внимание. Грейс сердито посмотрела на нее и отмахнулась.
— Очаруй его! — Голос Дики звучал несколько робко. — Используй все свои женские хитрости. Я хочу, чтобы в интервью было больше личного. Интимного.
— Господи, Дики, за кого ты меня принимаешь?
— Я тебя слишком хорошо знаю, Грейс! — Его голос стал мягче. — И я знаю, что ты сумеешь выжать из него все, что возможно. Я пошлю к тебе в офис мальчика с экземпляром «Видения» на тот случай, если у тебя сегодня найдется время на чтение. Это и все остальное мы имеем в досье на О'Коннелла.
— Очень хорошо. — Грейс сменила тон: — Ах… Дики, спасибо, что дал мне такую возможность!
— Не меня благодари. — В его голосе появилась резкость. — Этого потребовал О'Коннелл. Удачи тебе, Грейс! И будь осторожна. У него еще та репутация!
— Пока, Дики.
Грейс положила трубку и повернулась к Маргарет.
— Мисс Резерфорд…
— Давайте закончим это письмо, пока я не потеряла нить рассуждения, ладно? — Она прочистила горло. — Итак, на чем же я остановилась?
Маргарет прочла из блокнота.
— Ах, так мы уже почти закончили. Подпишитесь от имени Обри Пирсона. «Всего лучшего» или как он там обычно подписывает.
Маргарет раскрыла рот от удивления.
— Вы пошлете это от имени мистера Пирсона?
— Именно! — Грейс посмотрела ей прямо в глаза. — Наш секрет… ладно? Не волнуйтесь! Если возникнут проблемы, я возьму всю ответственность на себя. На вас это никак не отразится.
— Но, мисс Резерфорд…
— Да?
Маргарет прикусила конец своего карандаша.
— Лучше, если письмо придет от имени мистера Генри Пирсона. Он ближе к Поттеру. А если это сработает… ну… думаю, он будет доволен. Мистер Обри… он, наверное, разозлится, сработает наш трюк или нет.
Грейс посмотрела на непроницаемое лицо с очками в толстой оправе.
— Вы совершенно правы.
— Грейс! — Маргарет, похоже, забыла свое место. — Зачем вы это делаете? Вы можете потерять работу!
Грейс решила сказать правду.
— Потому что на мне лежит большая ответственность… слишком большая. Иногда она давит на меня. И именно тогда, когда я должна быть особенно осторожной, в меня вселяется маленький чертик и не дает мне покоя. И я ничего не могу с ним поделать!
Маргарет, похоже, немного подумала и, наконец, кивнула. Потом она сказала:
— Я читала «Видение» восемь раз. Я читала все, что написал Декстер О'Коннелл. Его романы, его рассказы и эссе. Я три раза слышала, как он вслух читал свои произведения. Если в час вы возьмете меня с собой на завтрак, я расскажу вам все, что знаю.
Глава 6
«25 апреля 1927 года.
Встреча Дайамонд Шарп с Декстером О'Коннеллом. Эксклюзивное интервью для «Пиккадилли геральд уорлд»:
Время от времени я встречаю головокружительно, баснословно, невероятно красивого мужчину. Для всех вас, девушки, которые некогда исступленно кусали ногти и с выпученными глазами зачитывались по ночам «Видением», сообщаю, что его автор Декстер О'Коннелл и есть этот необыкновенный американский мужчина. Да, слово «американский» здесь более чем уместно. Скажите, когда вы в последний раз видели нашего симпатичного английского молодого человека с такой широкой грудью и такими широкими плечами? Тело (осмелится ли кто-нибудь даже в наши просвещенные дни описывать мужское тело?)… так вот на это тело просто невозможно не обратить внимания. Да, его украшал лучший из сшитых на заказ костюмов (смесь шелка и хлопка изысканного сизовато-серого цвета, несомненно, от Сэвил-роу,[5] или как там называется нью-йоркский эквивалент?), костюм, который, безусловно, с помощью дорогих ухищрений представил бы в лучшем свете любое тело, даже самое невзрачное и дряблое, и скрыл бы все недостатки. Но уверяю вас, девушки: высокий рост и атлетическое сложение — это не заслуга костюма!
