человек выбрался из транспорта и почти бегом пересек переправу, оказавшись у гостиницы.
– Господа, добрый день! – поприветствовал он Фалька и Сидорова. Голос, да и вообще внешний вид Дмитрия Евгеньевича кардинально разнились с его вчерашним образом. Сейчас Кулыгин выглядел кротким, аки агнец – вежливым и почтительным настолько, что, будь у Василия Оттовича дочь, он, не раздумывая, позволил бы ей общаться с этим замечательным молодым человеком.
– И вам добрый, Дмитрий Евгеньевич, – ответил урядник. – Какими судьбами? Я-то полагал, что вы уже на полпути в Петербург.
– Если позволите, я бы хотел переговорить с вами и доктором с глазу на глаз. Разрешите войти?
Фальк и Сидоров переглянулись. Половина «Швейцарии» все еще стояла вверх дном после обыска, поэтому пускать туда посторонних не хотелось.
– Лучше мы к вам спустимся, – принял решение Александр Петрович.
Кулыгин ждал их, нервозно переминаясь с ноги на ногу. Когда Фальк и Сидоров появились на крыльце, он сделал пару неуверенных шагов на встречу.
– Господа, я бы хотел принести свои извинения, – начал Кулыгин. – В первую очередь, вам, Василий Оттович. Мое поведение минувшим вечером по отношению к вам и вашей спутнице было возмутительным. Я… У меня нет слов, чтобы оправдаться. К моему глубочайшему стыду на меня что-то находит временами, отчего я веду себя как… Как форменный мерзавец.
– Ох, ну полноте… Бывает, видимо, – ответил опешивший Фальк. – Ваши извинения принимаются.
– А вас, Александр Петрович, я прошу простить за свое малодушие. Признайся я сразу, вы бы не потратили столько времени впустую. Но мне было стыдно и страшно…
– Не переживайте, Дмитрий Евгеньевич, я бы в любом случае вас задержал, – неловко усмехнулся Сидоров.
– Господа, пока эта история не завершится и не будет найден истинный убийца, я принял решение остаться в Зеленом луге. Располагайте мной. Я тотчас готов ответить на любые ваши вопросы. Если же вам потребуется мой автомобиль с шофером – также не стесняйтесь обратиться. Я хочу приложить все усилия, чтобы загладить свою вину.
– Спасибо за предложение, Дмитрий Евгеньевич, – сказал урядник. – Я обязательно буду иметь его в виду. Скажите, а где вы остановились?
– Пока что в «Бристоле», но я в поисках какой-нибудь дачки. Эта гостиница, знаете ли…
– Не продолжайте! – улыбнулся Фальк. Сидоров лишь понимающе покивал.
В отличие от «Швейцарии», расположенный на главной улице неподалеку от вокзала «Бристоль» сложно было назвать высококлассным заведением. Средне-классным, впрочем, тоже. Василий Оттович знавал людей, которые на полном серьезе утверждали, что видели тараканов, спешащих прочь, лишь бы оказаться подальше от гостиницы. Плюса в «Бристоле» было два – близость к станции и расположенный в соседнем доме ресторан (с нехитрым названием «Ресторация» и постоянной сменой хозяев, но, каким-то чудом, держащий марку). Гостиница же, несмотря на пристойный внешний вид, внутри будто сошла со страниц «Тарантаса» Соллогуба – со всеми сопутствующими неопрятными половыми и кусачими постельными клопами. Председатель общества благоустройства Кунин регулярно порывался закрыть эту юдоль скорби, но деньги владельца «Бристоля» (кои, между прочим, можно было бы пустить на приведение заведения в порядок) регулярно перетекали в карманы менее щепетильных членов общества, которые изо всех сил тормозили благие начинания Евлампия Аристарховича. Словом – и доктор, и урядник прекрасно понимали нежелание Кулыгина задерживаться в гостинице.
– Еще раз благодарим вас за предложенную помощь, – сказал Фальк.
– Да, кстати, раз уж вы здесь! – осенило Сидорова. – Перед тем, как отправиться… кхм… на поиски шампанского, не замечали ли вы, чем занимался Иван Семенович Беседин?
– Это громкий купец с первого ряда? – переспросил Дмитрий Евгеньевич. – Признаться, не обращал внимания. Хотя нет… Постойте… Когда я уходил, он как раз поднялся из-за стола. У меня сложилось впечатление, что он хотел размяться и подойти к окну.
– Какому? Тому, которое ближе к вам, или противоположному? – стараясь скрыть крайний интерес спросил урядник.
– Точно к противоположному, – уверенно ответил Кулыгин.
«А у противоположного окна сидел кто?», подумал Фальк. «Правильно, Сиротов. И трость его стояла рядом».
– Понятно, – протянул Сидоров. – А дамы, что сидели неподалеку от вас?
– Не могу сказать. – Дмитрий Евгеньевич нахмурился, что-то вспоминаю. – Нет, простите. Если они и покидали свой столик, то я этого не видел. Конечно, та дама, что помоложе, госпожа Гречихина, если я не ошибаюсь, привлекала мое внимание, но… Ох, черт! – Кулыгин хлопнул себя по лбу. – Я ведь и ей досаждал, верно? Тоже придется извиняться! Да что ж такое-то…
С этими словами он повернулся и понуро побрел к автомобилю. Фальк проводил его глазами, дождался, пока Кулыгин отойдет на достаточное расстояние, а потом вполголоса сказал уряднику:
– Какой, однако, замечательный юноша. А мы с вами на него наговаривали…
– При условии, что он не врет, – не меняя добродушного выражения лица заметил Сидоров.
– Конечно же, при условии, что он не врет, – невинно подтвердил доктор.
Они переглянулись и невольно рассмеялись оттого, насколько схожими оказались их мысли.
– У вас есть сомнения в его искренности? – спросил урядник.
– Стоило предположить, что преступник останется в Зеленом луге, чтобы забрать вино, как Кулыгин возникает на пороге «Швейцарии», – сказал Василий Оттович. – Я, конечно, допускаю совпадения, но уж больно удобное стечение обстоятельств, больше смахивающее на закономерность.
– Если не считать того, что у Кулыгина алиби?
– Если не считать того, что у Кулыгина алиби, – вынужден был подтвердить Фальк.
– А что насчет Беседина?
– Зависит от того, насколько мы можем доверять показаниям Дмитрия Евгеньевича. Я вот не помню, вставал ли Иван Семенович из-за стола или нет. Давайте-ка вот что сделаем. Нам нужно мнение людей, которым мы можем доверять. Предлагаю вновь разделиться. Вы заглянете к Неверову, я – к Лидии. Возможно, они обратили внимание на перемещения Беседина.
– Почему-то я не удивлен именно такому разделению обязанностей, – улыбнулся Сидоров.
– Не придирайтесь, Александр Петрович, – смутился Фальк и полез за карманными часами. – Сейчас у нас сколько времени? Шестой час? Давайте тогда встретимся в семь возле курзала? Успеем?
– Думаю, да, – согласился урядник. Мужчины обменялись заговорщицкими кивками и поспешили каждый в свою сторону.
Глава девятая,
в которой спор влюбленных приводит к неожиданному открытию.
– Ты!
Острый маленький кулачок стукнулся Фальку в предплечье. Никаких травм удар, конечно, не нанес. Но Василий Оттович все равно с ностальгией подумал о временах, когда их разногласия с Лидией выражались в форме словесных спаррингов.
– Как ты посмел?! Без меня?! – рыжеволосая фурия вновь попыталась применить физическое насилие, но доктор перехватил удар и нежно задержал ее кулак в своей ладони.
– Если уж пытаешься меня за что-то наказать, то хотя бы скажи, за что, – попросил Фальк.
Между собой они уже перешли на
