Читаем без скачивания Окраина. «Штрафники» - Юрий Валин

— Нет у нас разведки, — мрачно сообщил Сан Саныч. — В смысле, разведка как раз есть, вот агентов-разведчиков не имеется. Не можем мы найти хода. Несколько утешает, что и заграничные «партнеры» не могут пробиться. Вот англичане раньше ставили эксперименты, добивались каких-никаких результатов, а сейчас не могут пройти. А мы в свое время исключительно «Калькой» занимались, что принципиально иных подходов требовало. Техника иная, теория. Нет наработок. Но сейчас уже дело не в том, чтобы догнать, — конкуренты тоже накрепко засели. Физика размерностей шалит. Отшвырнуло нас, закрутило…

— Стоп, Сан Саныч, — резко сказала Наталья. — Наводку даешь. Они тоже блудить начнут. Извини, Андрей, тебе последнего знать не нужно.

— Ладно, я все равно ничего не понял. И вообще не вижу в поставленной задаче смысла. Тут бы с «Фатой» нам разобраться, а еще и «реал» выпячивается. Зачем он нужен?

Сан Саныч наполнил мужские стаканы, вопросительно взглянул на соратницу. Наталья Юрьевна с каким-то ожесточением отрицательно помотала головой. Блестящая прядь прилипла к гладкой щеке.

— Андрей, ты только громко не ори. Ты подписку о неразглашении давал, помнишь? Нужен нам «реал». Весьма, — пробормотал начальник ФСПП. — Нужны варианты. Для глобальной эвакуации.

Андрей прекратил любоваться изысканной прядкой и с изумлением уставился на начальника.

— Да, возможна общая эвакуация, — морщась, подтвердил Сан Саныч. — Давайте, товарищи офицеры, выпьем, чтобы оно как-то без нас, само собою, рассосалось.

— Отличненько, — Наталья Юрьевна ухватила со стола свой портфельчик из роскошной крокодиловой шкурки. — Я пошла, отключу все, а вы еще посидите. Допьете, я вас по домам доставлю. Андрей, ничего, если я вашего Влад Михалыча запрягу? Он все равно вас дожидается.

Психолог исчезла, начальник разлил остатки джина.

— Хорошая штука, но как-то не то. Не берет по-настоящему.

Андрей чувствовал, что его самого хоть и несильно, но «забрало», но перечить руководству не стал, согласился:

— Европейский напиток. От малярии. Слава богу, у нас хоть москитов нет.

— Будут, — мрачно предрек начальник. — Если так пойдет, все будет. И москиты, и аллигаторы из Москвы-реки полезут. О драконах огнедышащих, эльфах-снайперах и неандертальцах-террористах даже задумываться боюсь. Ты личное оружие не потеряй. Отвык ведь.

— Ничего, — Андрей пощупал ногой тактический рюкзак. Под оливковым авизентом дожидалось полумесячное жалованье Отделения, конверт с папками досье и удостоверениями новых сотрудников. И совершенно неожиданно полученное личное оружие — «ТТ» с двумя обоймами.

— Ствол почти новый, ухоженный, я сам полюбопытствовал, — сказал Сан Саныч. — Что-то посовременнее надо бы, но «Тульский» больше вашей легенде соответствует. Вы же, ядреный корень, ЧОП, охранники. Ну, ты же сам документы готовил. Полезный ты человек, Андрей. Жаль, не получится тебя при центральном офисе оставить.

— Нет уж, «Боспор» без присмотра заскучает. Явятся ведь за мной, — Андрей улыбнулся. — Саныч, а дела и вправду так плохи? Я не про подробности. Лично ты что думаешь?

— Хреново, я думаю. Проспали. Лично я никуда бы не бежал. Дома нужно отбиваться. Но мы ответственность за все население несем. В общем, пути отхода нужно иметь обязательно. Так на самом верху решили, и возразить, по сути, нечего.

— Но всем уйти ведь не получится. Десятки уйдут, а миллионы бросим? Ну даже если «тропу» найдем, это же техника нужна специальная, организация масштабная.

— Все будет. Подопрет — все найдем. Была бы тропа, — Сан Саныч дотянулся до ящика стола, достал фотографию в простой деревянной рамке. — Вот, девчонка ходила без всякой техники. И в «Кальку» ходила, и в «реал». Она одно время с англичанами сотрудничала, пока у них финансирование экспериментов не закрыли.

Девушка на фотографии была очень даже ничего. Яркая высокая блондинка с чувственным жестковатым ртом. Держала под руки Сан Саныча и еще какого-то плотного мужика с простоватой физиономией. Все трое были в камуфляжных армейских комбинезонах, но без оружия.

— Красивая, — сказал Андрей. — Наша психолог не сильно ревнует?

— Что ей ревновать? У Наташки у самой такая внешность, что просто диву даюсь, как ее судьба в психологи закинула. Да и отношения у нас товарищеские, без всякой игривой ерунды. — Сан Саныч решительно поставил рамку на стеллаж. — Нужно мне с вещами разобраться. Как в кабинет вселился, ни минуты не нашлось.

Сан Саныча высадили на Фрунзенской, проскочили через мост — по позднему времени поток двигался почти свободно. Немного постояли у Крымского вала. Впереди, у места очередного ДТП, вспыхнула драка. В ход мгновенно пошли бейсбольные биты…

— Фу, как неэстетично, — сказала Наталья. — Дикари с дубинками.

— Пусть уж лучше дикари, — утомившийся Владимир Михайлович поерзал за рулем. — Вчера в новостях показывали — девица в лицо водиле трижды выстрелила. В упор. А он всего-то нагнулся к окну сказать, чтобы машину от выезда со двора барышня отодвинула. Озверение прямо какое-то. Вы, товарищи начальники, подумайте: может, нам на машины новые армированные стекла поставить? Говорят, свободно пистолетную пулю держат.

— Хорошая идея. — Наталья, сидящая в салоне микроавтобуса напротив Андрея, улыбнулась. — Нужно подумать, пока нам финансирование не прикрыли. Может, броневики просить? Как у Ульянова-Ленина.

— Круто. — Андрей старался не дышать — духи психолога сладко тревожили ноздри. — Только ленинские раритеты нам не дадут. Лучше уж новые «тигры». Их сейчас много наделали, бронирование приличное. Под чоповское прикрытие самое то. И мигалки народ удивлять не будут.

Проползли мимо трех растопырившихся посреди улицы машин. Усиленный наряд ДПС драку уже пресек. Двое мужчин со скованными за спиной руками лежали животами на капотах. Третий сидел у колеса «Тойоты», держался за разбитую голову. Рыдала растрепанная женщина. Вокруг стояли бойцы наряда с глухими «Сферами» на головах и автоматами наизготовку. Через разделительную пыталась повернуть «Скорая помощь»…

Владимир Михайлович покачал головой:

— Нет, если «тигр», то нам натуральный нужен. Немецкий, на гусеницах и с солидной пушкой. Никакие мигалки народу уже не указ.

Остановились, и Андрей вышел у себя на Большой Калужской. Пока перебирался с рюкзаком через размокшую клумбу, отделяющую проезжую часть от тротуара, микроавтобус газанул и укатил. У бордюра осталась Наталья.

— Не возражаешь?

— Нет. То есть удивлен, но не возражаю.

— Мог бы и сам пригласить. — Наталья, прижимая локтем сумочку и папку, поправила воротничок плащика.

— На согласие не рассчитывал, — глупо признался Андрей.

— Ну и зря. Я чуть шею не свернула, высматривая, есть у тебя кто дома или нет. Раз окна темные, решила быть наглой.

— Спасибо. Только не бывает у меня никого. Я и сам-то здесь почти не бываю.

— Дочь могла заглянуть. Она сейчас в Москве.

— Все-то ты знаешь.

— Не все, но многое. Должность такая. Так приглашаешь?

— Еще бы. Только, чур, на пыль не смотреть. Без уборки последнее время обхожусь.

— Сама такая. Мы люди занятые, все на бегу, все экспромтом. — Наталья тихо хихикнула.

Стояла, уверенная и изящная, в слишком легком для холодной мартовской ночи плащике. Высокие каблучки делали ее еще стройнее. Андрей краем глаза видел, как притормаживают проезжающие мимо машины. Черт, неужели и вправду зайдет?

В лифте выяснилось, что губы у Натальи прохладные и горьковато-грейпфрутовые.

После второго поцелуя шепнула:

— Ты не воображай, я не по долгу службы.

Андрей воображать и не пытался, и так крыша ехала. Уж конечно она не по долгу службы — как будто психолог хоть на пять минут нормальным человеком стать может? Только когда тебе за сорок, ты уже способен ощутить нормальное женское возбуждение. Ох…

Развязывая поясок плаща, сразу прошла в комнату. В падающем с улицы свете темная комнатка казалась гораздо просторнее, чем была.

— Обалдеть! Вот это ипподром, — гостья разглядывала огромную низкую кровать.

— Сам делал, — пробормотал Андрей.

— Потрясающе практичное хобби. Ванную ты тоже сам делал? Можно взглянуть? — Наталья бросила плащик на стол.

— Может, ванную на потом оставим? — обнять госпожу психолога сзади, скользнуть губами по душистой шее было истинным кайфом.

— Ну и черт с ней, с ванной. — Наталья не сдержала вздоха и, подставляя поцелуям шею, без колебаний помогла с юбкой…

Потом сидели на темной кухне, пили кофе. Незастегнутая мужская рубашка на гостье смотрелась отлично: в вороте блестела тончайшая золотая цепочка, но Андрея больше волновала мысль, что утром там будут светиться еще и отчетливые следы засосов. О благоразумии забыли напрочь. Госпожа психолог в постели пылала, как факел, Андрей старался не отставать. Кажется, удалось. Оказалось, оба здорово оголодали.