Вика отправилась в спа-клуб, легла в теплую ванну с лепестками китайской розы и сосредоточилась на оценке вариантов. Как забеременеть от безжалостного психопата, у которого вместо спермы – молочный коктейль? Самый простой способ – использовать достижения научного оплодотворения отпадает: осеменять нечем. Купить ребенка у бедной семьи? И девять месяцев изображать беременность во вражеском окружении, а потом исхитриться и подложить новорожденного. Такое приключение возможно в мыльном сериале. Честно поговорить с мужем и взять на воспитание сироту? И сколько она проживет после?
Перебрав все более или менее фантастические варианты, Викуся зашла в тупик, из которого светил единственный, а потому простейший, выход. Восстав из ванны Венерой, невольница долга отправилась на поиски спасения.
Наиболее подходящим местом казалось модное в тот год кафе в центре Москвы, где фантастические цены и сервис с натянутыми улыбками официантов давали ощущение ненастоящей, но лучшей жизни. Вика выбрала столик, позволявший обозревать зал, заказала что-то, расправила пошире вырез кофточки и занялась отбором кандидатов. Их было достаточно. На любой вкус и фантазию. Крепыши с бритыми затылками, завидные красавцы в тончайших свитерках ангорской шерсти, солидные господа в дорогих костюмах и часах тяжелого золота. Отборные самцы столицы убивали время, проводили встречи или проглатывали ланч. Кое-кто был со спутницами, но одиноких в данный момент хватало. Надо было сделать крохотный шажок.
И тут Вика осознала в растерянном ужасе, что понятия не имеет, как снять мужчину. Весь ее предыдущий опыт говорил, что все должно происходить наоборот, а обретенные привычки кричали о чем-то вовсе непотребном. Она поняла, что не в состоянии не то что познакомиться с красавцем или уродом с соседнего столика, а даже закрутить с ними легкое кокетство, искренно не умела это делать и видела лишь паскудные примеры подружек по району. В голове завертелась дикая фраза: «Не угостите даму шампанским, гусар?», после которой ее наверняка примут за проститутку и вышвырнут, несмотря на бутиковые шмотки. Честное приглашение к совокуплению, простое и соблазнительное в теории, на практике обернулось неподъемной гирей. Найти полноценного мужчину и переспать с ним оказалось невероятно сложным делом.
Кое-как совладав с собой, Вика стала подбирать успокоительные аргументы. Она красивая и богатая женщина, надо это помнить, надо стать раскрепощенной и доступной, и тогда лишь бровью поведет – выстроится очередь желающих. Что для этого дамы делали в кино? Дрожащими пальцами Викуся вытащила сигаретку. Самцы лениво поглядывали мимо и продолжали заниматься собой. Наконец, один подбежал и щелкнул зажигалкой. Но это был официант.
Загасив незакуренную сигарету, Викуся признала полное поражение с истощением сил. Но тут природный ум, куда же без него, выдал простое и важное объяснение: она пришла не в то место. Ну, конечно, эти мужчины примерно одного состоятельного круга, могут знать ее мужа, и потому вокруг нее стена неприкосновенности. Может быть, они все хотят ее, но никто не решится подойти. Искать здесь мужчину не только бесполезно, но и опасно. А вдруг кто-то донесет Ивану Дмитриевичу. Нет, надо порыться, где попроще.
Швырнув на счет, Викуся выскочила в свободу улицы. Здесь мужчин водилось предостаточно. Обильно посыпались жадные взгляды, хитрые ухмылочки и намекающие улыбочки, многие оборачивались и подмигивали. Пораженная прыжком изо льда в огонь, она стояла посреди улицы, не в силах на что-либо решиться. Одновременно хотелось броситься на шею первому встречному и потребовать сделать ей ребенка, но другая половинка измученного «я» нестерпимо кричала: бежать, не оглядываясь, от похотливых животных.
Ее осматривали и оценивали на предмет быстрого секса с первого взгляда, восточный мужчина поцеловал кончики пальцев, выразив восторг обольщения, но Вика словно онемела. Поняла, что, даже заставив себя улыбнуться и пойти выпить с кем-то стакан водки, то дальше не совладает и убежит. А если не убежит, не сможет раздвинуть ноги. А если на остатке воле все-таки ляжет под первого встречного, ничем не кончится. Или сделает с несчастным мужичком что-то непотребное. Подцепить кобеля на улице, как рассказывали подвыпившие подружки, или стать воплощением мечтаний тихого заморыша, который только и воображал, как предложит переспать красивой женщине, а она в ответ согласилась, – непосильное испытание. Даже ради спасения жизни.
От кипения мыслей подступила тошнота, Вика закашлялась, и чуть было не испачкала туфли. Срочно потребовалось укромное место. Она нырнула в ближайшую станцию метро, забилась в угол вагона и каталась, пока мерзкий озноб не отступил, а остывшее сознание заработало с прежним старанием.
Надо было взглянуть на облом с другой стороны. Оттуда поражение стало выглядеть настоящим чудом, спасением, будто ангел помог. В самом деле, если бы исполнилось безумное намерение, результат был плачевным. Неведомый избранник мог наградить букетом болячек, мог быть психом или алкоголиком, от которого родить урода стало бы легким уделом. Но главное, она не учла маленькую деталь: Иван Дмитриевич верит, что ребенок его, а значит... должен походить на «отца». А искать на площадях и проспектах похожее мужское лицо можно до глубокой старости, которая ей пока не грозит. Нет, плодотворный секс с первым встречным мог оказаться куда страшнее быстрого конца от пустого мужа.
Требовался иной путь. Но следовало торопиться. В эту ночь Иван Дмитриевич спросил прямо: когда супруга собирается забеременеть. Вика поклялась, что уже подходит к пику формы, дело буквально нескольких суток. Строгий супруг поверил еще раз.
Не теряя драгоценное время, она взялась основательно. Заявившись в самый крупный центр, помогавший бездетным парам, а для этого имевший в запасе обширный банк спермы, попросила выдать картотеку доноров. От такой наглости принимавший врач опешил, разгневался и потребовал немедленно покинуть кабинет. Вика предложила круглую сумму наличными, все, что у нее было на карточке. В ответ пообещали вызвать охрану. Видя, что надежда истекает, Викуся сыграла в открытую: сообщила, чья жена, и прямо сказала, что если не родит мужу, то очень скоро погибнет в случайной катастрофе. У нее остались считаные месяцы. Просьба была приправлена настоящими слезами и неподдельной истерикой.
Врач задумался. Конечно, он знал, что случилось с его коллегой. А тут подворачивается шанс отомстить за профессию: отвратительный подонок будет воспитывать чужого ребенка. Месть будет умна.
Дама была оставлена в кабинете наедине с секретной папкой, в которой хранились данные на всех сдатчиков. Она внимательно и жадно вглядывалась в фотографии, ища сходные черты. Все кандидаты деликатного донорства прошли тщательную проверку, многие имели здоровых детей. Обычные, нормальные, правильные, не особо красивые, но и не уродливые мужские лица, в основном до тридцати лет, больше студенты или спортсмены, распираемые тестостероном. Мужчины были качественные, иметь от таких здорового ребенка можно наверняка. Лишь одна незадача: никто и близко не смахивал на Ивана Дмитриевича, даже с поправкой на возраст. Муж Вики имел специфическую внешность, мерзкую, но незабываемую: Иван Дмитриевич напоминал помесь удава с хомячком. Никого похожего в картотеке не обнаружилось.
